ничего говорить, потому что Табита протягивает свободную руку и обхватывает женщину за локоть.
— Мы благодарим тебя за твою мудрость, Дорис.
Затем моя невеста подмигивает ей.
Мои щёки пылают, и я смотрю на Табиту, вспоминая тот коридор в дерьмовом боулинг-клубе, где она с полной уверенностью в своих силах схватила мой член.
Затем я теряю самообладание. Я думаю о том, чтобы поцеловать её. Здесь. На глазах у всех этих людей.
Последние дни прошли в суматохе подготовки к свадьбе, и предстоящее торжество никак не помогло сократить дистанцию между нами. Вместо того чтобы активно испытывать неприязнь друг к другу, мы оказались в неловкой ситуации. Это терпимо, но мы оба немного смущены тем, к чему это привело. Несомненно, она передумала. Я уверен, что брак с эмоционально ограниченным, скрытным незнакомцем не входил в список её желаний.
— Хорошо, давайте начнём. — Дорис хлопает в ладоши и с лёгкой ухмылкой оглядывает присутствующих. — Эти двое так хотят пожениться, что попросили меня не усложнять, но моя романтическая сторона взяла верх, когда я села с бокалом джина с тоником, чтобы всё спланировать. Так что вам двоим придётся довольствоваться клятвами, которые я для вас написала.
Смешки и протяжные «охи» доносятся до меня, но я едва слышу их из-за стука собственного сердца. Широко раскрытые глаза Табиты прикованы к моим. Я знаю, что она сказала ей составить самые простые клятвы, чтобы нам было легче, и вот мы здесь, с сюрпризом, которого никто из нас не хотел.
— Без дальнейших церемоний, прошу вас взять друг друга за руки и повторить за мной...
Табита и я тянемся друг к другу одновременно. Её руки кажутся такими маленькими в моих влажных ладонях. Она ободряюще сжимает их, а я в ответ слегка киваю. Затем мы повторяем за Дорис обещания, в исполнении которых ни один из нас не уверен.
— Я, Рис, обещаю тебе, Табита, всегда уважать и восхищаться тобой, ценить тебя за то, кто ты есть, и за того, кем ты станешь.
Её глаза становятся стеклянными.
— Я обещаю, что твои мечты станут нашими мечтами, и я сделаю всё возможное, чтобы воплотить их в жизнь для нас обоих.
Мой голос становится хриплым. Эти слова звучат слишком правдиво, учитывая настоящую причину, по которой мы оба здесь сегодня.
— Я обещаю быть зрителем в твоей жизни, участником твоих переживаний и твоим главным защитником в каждый момент. Я обещаю дать тебе пространство, чтобы быть всем этим и в моей жизни.
Тяжёлый камень опускается в желудок, пока эти слова висят в воздухе между нами. Мы оба знаем, что я не был честен и откровенен с ней. И вот мы здесь, обещая быть таковыми.
— Я обещаю поддерживать и ободрять тебя, смеяться с тобой в радости и утешать в печали.
Смеяться. Не знаю, смеялся ли я когда-нибудь с Табитой. А утешал ли я её? Слова Дорис о браке режут меня, как бумажные порезы, каждый заставляя чувствовать себя виноватее предыдущего.
— Я обещаю лелеять и укреплять любовь между нами в хорошие и плохие времена, когда жизнь проста и когда она сложна — когда любить тебя легко и когда это требует усилий.
Мои плечи слегка распрямляются при этих словах. Это не кажется такой уж откровенной ложью, скорее тем, что мы делаем здесь сегодня. Мы можем и не любить друг друга, но этот брак можно назвать заботой друг о друге, когда жизнь не проста. Нет ничего простого между мной и Табитой.
Я делаю паузу, прежде чем повторить следующую строку, которую диктует Дорис. Это ещё одна вещь, которую мы не обсуждали. Я всегда знал, каким бы я был мужем, если бы этот день настал, но больше всего меня поражает, что я не знаю, будет ли эта клятва правдой для Табиты. И от этой мысли сводит желудок. Это вызывает во мне иррациональную ревность.
Поэтому я сужаю глаза на неё и провожу большим пальцем по её руке, прежде чем сказать:
— Я обещаю хранить верность тебе и ставить тебя и нашу семью выше всего остального.
Табита громко вздыхает, её губы приоткрыты, а глаза бегают по моему лицу, словно ищут доказательства, что я лгу.
Но я не лгу.
С хриплым голосом я продолжаю, провозглашая вещи женщине, которую никогда раньше не провозглашал.
— Я обещаю любить тебя полностью и безоговорочно, сегодня и каждый день, и всегда быть рядом с тобой, куда бы жизнь ни привела нас вместе.
Последняя строка горько-сладкая на моём языке. Сладкая, потому что во многих смыслах мы могли бы быть такими.
Может, в другой жизни эти слова могли бы быть правдой.
Глава 19
ТАБИТА
Я произношу свои клятвы, пробиваясь через ком в горле. Есть что-то в том, как Рис смотрит на меня, его тёмные глаза так интенсивно устремлены на мои, что все остальные в комнате словно растворяются.
Это делает произнесение этих клятв вслух немного легче. И то, как его большой палец проводит по моей руке каждый раз, когда я запинаюсь, помогает мне дышать чуть свободнее. Как ни странно, уже одно присутствие Риса делает давление этого дня более переносимым.
И это чертовски сбивает меня с толку. Когда дело доходит до него, я разрываюсь на миллион частей. Мы сталкиваемся, но мы также действуем сообща. Мой разум постоянно противоречит сам себе, когда речь идёт о Рисе.
Он пытается отнять у меня Майло.
Он делает всё возможное, чтобы мы оставались вместе.
Он перевернул всё с ног на голову.
Он продолжает появляться и пытаться всё исправить.
Я ненавижу, что он вообще здесь.
Его присутствие делает мою жизнь лучше.
Пока я размышляю над этим, я пропускаю остальные слова Дорис. Я отчаянно надеюсь, что речь не идёт об огромных членах. Я выбрала Дорис, потому что она уже была лицензированным регистратором, и я думала, что она будет прямой и лаконичной. Я не ожидала, что
