И все-таки после признания Сергея Лера испытывала щемящее чувство потери. Исчезла близкая подруга, понимающая и сочувствующая. Более того, ее никогда и не существовало. К Лере пришло холодное осознание факта, что все в этом мире тяготятся выпавшей им долей, все хотят быть кем-то другим, примеряют на себя чужие роли. И мастер Костик, оживающий только среди цветов, и Тео, превративший свой мир в игрушечное средневековье, и она сама, то развратница, то тургеневская девушка. Но сейчас Лера была журналисткой и, спрятав обиду на писателя, решила сыграть с ним на своем профессиональном поле. Надо попробовать взять интервью.
– Скажите, Сергей, почему вы, математик, начали писать?
– Так ты не сердишься на меня, Лера?
– Просто хочу понять вас.
Сергей вновь посмотрел на девушку. Да, она изменилась со дня новогодней встречи. Жестче стал взгляд, увереннее манера держаться. Новая профессия наложила свой отпечаток. Он мог бы отшутиться, но с такой особой лучше быть откровенным.
– Понимаешь, Лера, математика и сочинительство не так далеки друг от друга. Там и там требуется игра фантазии, логика и глубина увлеченности. Многие писатели – Андрей Белый, Флоренский, Солженицын – получили математическое образование. Ну, и ваш покорный слуга.
– А работа в школе не мешает вашей писательской деятельности?
– Немножко мешает. Но гонорары писателя поступают слишком неравномерно, а заработок учителя хоть и скромен, но кусок хлеба обеспечит. Да и общение с подростками наполняет меня энергией. Я преподаю только в старших классах. В этом году у меня очередной выпуск.
В непростой беседе пролетело два часа. В больничном коридоре вновь началось оживление. Появилась санитарка с тележкой, она развозила полдник лежачим больным. Стали выходить из палат пациенты.
– Ну что ж, – вздохнула Лера. – Ждите статью об Ирине Артюшовой в «Городах и весях». Недельки через две.
– Какая статья? Лера, заклинаю! Издательство запретило мне общаться с прессой без их ведома. Вы очень меня подведете. Я не поставлю своей подписи под материалом!
– А нам и не требуется. Мы поставим ссылочку на непроверенные источники.
– Ты не сделаешь этого, – устало пробормотал Артюшов, глядя в глаза девушки. Затем встал с диванчика. – Пошли, провожу тебя до вестибюля.
– А вам можно? – Лера вспомнила, что разговаривает с больным.
– О чем разговор. Я завтра-послезавтра выписываюсь, залеживаться некогда – в школе сейчас горячие денечки. Знаешь, Лера, приезжай к нам попозже, когда экзамены пройдут и я буду посвободнее. Можешь своего мушкетера прихватить. Возьмем лодку, порыбачим на Ладоге, увидишь наши северные шхеры – это просто чудо! На скалы съездим. Давай забудем об этом маленьком недоразумении с мистификацией. Считай, что ты преподала мне урок. Но хотелось бы, чтобы он не был очень суровым. Надеюсь, ты пошутила насчет публикации.
– Лера еще не решила, как поступит с добытыми сведениями, но отчего не помучить писателя?
– По поводу интервью – видно будет, посмотрю на ваше поведение. Однако гостей не ждите. Через неделю у нас свадьба с Тео, то-сё, а потом мы в Германию уезжаем. Навсегда.
– Да, ты писала. Я не могу понять, зачем ты выходишь за него замуж? Он же совсем еще мальчишка. Одумайся, Лера.
– Вам кажется, что у вас все еще есть право давать мне советы? – холодно парировала Лера. – Я сыта ими. Ведь вы весь год поучали меня от имени Анжелики.
– Ну, прости, Лера.
Если у Леры еще и оставались небольшие сомнения, уезжать или нет, то после встречи с Сергеем они развеялись. Лишь с одним человеком, с подругой, Лера позволила себе быть искренней до самого донышка своей души, и вот чем все закончилось. Нет, в этом жестоком мире должен править расчет. И безусловно, разумнее поехать в развитую и цивилизованную страну. А Тео в общем-то хороший парень. С ним будет легко выстроить новую жизнь.
– Жаль. Очень жаль. – Сергей вздохнул. – А можно тебя попросить… Пиши мне оттуда. Мой электронный адрес тот же.
– Нет.
Лера резко повернулась и пошла прочь. Нет, она больше не желала быть поставщиком материала для этого писаки. Пусть изучает женскую душу на ком-нибудь другом.
Этой же ночью Лера села в поезд, идущий в Санкт-Петербург.
Когда Тео поинтересовался, как поживает Анжелика, Лера сообщила, что подруга недавно уехала в Швецию.
– А математика, ее друга, ты не видела?
Лера замялась. Рассказывать Тео о том, что ее, как дурочку, обвели вокруг пальца, она не собиралась. Но любопытное открытие, касающееся второго занятия Артюшова, смысла скрывать Лера не усмотрела.
– Видела. Представляешь, он, оказывается, еще и пишет женские романы. Может, слышал: Ирина Артюшова? Это его псевдоним.
– Не-а. Сейчас много женщин-писательниц. Всех не упомнишь.
– Но он-то – мужчина!
– Ладно. Забудем о нем. Иди ко мне, моя хорошая!
3При организации свадебных торжеств Тео вдруг взбрыкнул, проявил характер. Узнав, какой сонм тетушек и бабушек пригласили родители, он заявил, что с его стороны гостей не будет.
– Представляешь, Лера, – возмущался Тео, – наших ребят, ролевиков, чинно сидящими вместе с ветхозаветными тетями? Да они с тоски, как мухи, подохнут. Мы лучше один из выездов в поле посвятим нашей с тобой инициации.
– Тогда и я девушек из редакции звать не буду. Выставлю им бутылку шампанского, и дело с концом. А свидетельницей позову Ванду Казимировну из собеса.
У Тео на роль свидетеля отыскался приятель по аспирантуре, «мальчик из хорошей семьи», благосклонно принятый родителями.
В итоге споров и пререканий во дворце бракосочетаний собралось всего человек пятнадцать. Новобрачные выглядели на уровне. На Лере было длинное белое платье с широкой юбкой на кринолине, фата, приколотая к замысловатой высокой прическе. Тео чуть ли не впервые облачился в строгий темный Костюм – обычно он ходил в джинсах и куртке. Костюм подчеркивал его стройность и придавал жениху солидный вид. Всегда лохматые волосы юноши на сей раз были подстрижены и аккуратно уложены. И впервые лоснились блеском безупречно чистые новые ботинки.
Началась церемония. Жених и невеста застыли на ковре. Поодаль замерли свидетели – Ванда Казимировна и «мальчик из хорошей семьи». Гости, люди зрелого возраста, чинными зрителями сидели на отведенных им местах и наблюдали за процессом. Молодые подтвердили представителю администрации серьезность своих намерений, обменялись кольцами.
Потом были и цветы, и поздравления, и шампанское с конфетами. Новобрачные безропотно принимали все. Улучив минутку, Ванда Казимировна шепнула Лере:
– Я так рада за тебя, девочка! Ты нашла хорошего парня. Жаль, конечно, что уезжаешь из России. Вот я, волею судьбы, живу всю жизнь на чужбине. Впрочем, я и родилась здесь. Но душа тянется на родину предков, в Польшу… Если бы не возраст, бросила бы все и уехала. Устала я от наших российских заморочек.
