Красный, — прошептал мужчина и чуть склонился, чтобы лучше рассмотреть небольшое красное пятнышко на огромной ладони. — Кружевные? С бантиком? Вернее, уже без бантика.
Если я думала, что мне было дурно от его мимолетного касания, то я сильно ошибалась. Дурно мне стало сейчас… Когда зрение сфокусировалось, я заметила знакомый крошечный красный бантик из атласной ленты. И я знала его…
Незнакомец прав. Это невинное украшения с моих красных кружевных трусиков, которые я развешивала до того, как отправиться сюда.
— Мужчина, вам трезвый водитель нужен, или вы впустили меня, чтобы отточить свой юмор на грани пошлости? — цыкнула я и хотела было забрать чертову улику, как его ладонь превратилась в кулак.
— Ну, давай посмотрим, на что ты способна, — этот придурок явно наслаждался моим смущением, вдруг его пальцы расслабились, и я ощутила долгожданную свободу.
Отпрыгнула, натыкаясь на что-то гладкое и холодное…
— Аккуратнее, я слишком долго её ждал. Садись, таксистка с бантиком. Меня Игорь зовут.
— А по отчеству? — глупо проблеяла я, пытаясь сообразить, как открываются двери у этого сверкающего монстра.
Таких авто я не то что не водила, я таких и не видела никогда. Огромный, как неопознанный летающий объект. Все значки и опознавательные знаки убраны. Как только открыла дверь, в нос ударил уже знакомый приторный аромат свежести елового леса, пряность можжевельника и горечь горелых кофейных зерен.
Запах навязчивый, мужской, подчеркивающий силу, власть и желание управлять всем миром.
— Ну? Долго вас ждать? Сначала мной любовались, сейчас на тачку слюной капаете.
— Химчистку сделаешь, — шепнула, надеясь, что он ничего не слышал.
Вот ненавижу таких мужиков. Этот щит из напускного веселья, хотя на морде каменный холод отпечатался. Срать ему с высокой колокольни и на мою тонкую натуру, и на мир весь этот. Есть у него задачи, вот их он и выполняет. Остальное неинтересно…
Села на хрустящее кожаное сиденье, пристегнулась, запустила двигатель и строго посмотрела на Игоря, взглядом приказывая пристегнуться. Но… Кажется, я уже решила, что ему все равно на весь этот мир и на его никчемные условности в виде ПДД.
Не стала терять время и тронулась по каменной брусчатке. Высокие ворота скрипнули, Толенька лично открыл шлагбаум, и мне даже показалось, что мой сосед перекрестил меня в воздухе…
Черт! Куда я влипла?
Вопросы стали сыпаться слишком поздно. Куда ехать? И как потом оттуда добираться? Грёбаный ты Сашка… А ведь могла всю ночь щеки давить на мягкой подушке.
Но как только автомобиль свернул с грунтовки на трассу, мои вопросы растворились. Двигатель зарычал, соблазняя меня утопить педальку, но я держала себя в руках, соблюдая скоростной режим. А этот монстр все рычал и рычал… Негодуя из-за моей законопослушности.
Попутчик сидел полулежа, листал что-то в телефоне и не произносил ни звука. Не смотрел на дорогу, не пытался поправлять и хвататься за руль. Но он всего лишь хотел, чтобы я так думала… Потому что корпус его был развернут, чтобы в любой момент оперативно вмешаться.
Вдруг в кармане джинсов завопил телефон. От моего восторга не осталось и следа… По шее скатилась капля холодного пота, а воображение уже вовсю рисовало яркие картинки. Пожар? Потоп? Тёмка плачет? Или Лизавете Михайловне плохо?
Отвечать за рулем я не могла, поэтому истерично искала место для остановки, но ремонтные работы буквально стерли обочину, усеяв её запрещающими знаками.
— Простите, — шепнула и начала сбрасывать скорость, пытаясь что-то придумать. Телефон продолжал тренькать и, кажется, моего клиента это сильно бесило.
— Да ответь уже! Задёргалась, как рыба на суше, — он вдруг подался вперед, бесцеремонно залез в задний карман джинсов, чуть подбрасывая мою задницу, чтобы вытащить. И вдруг в тишине салона раздался голос Сашки. Игорь без спроса включил громкую связь, с интересом рассматривая имя абонента.
— Сонь, тут Тёмка проснулся!
— Саша, мне неудобно говорить! Дай стакан воды, когда ему снится кошмар, он всегда просыпается, — стиснула зубы от злости.
— Ну, всё, не злись. Я же просто, чтобы ты знала и не нервничала! — шепнул Сашка и отбил вызов.
Я выхватила телефон из рук Лешего и бросила в карман.
Хам! Бесцеремонный придурок!
— И куда мир катится? Бабы по ночам таксуют, а мужья с детьми сидят? — Игорь расхохотался, открыл окно и закурил, забыв уточнить, не против ли дама.
Вот только дама я для него относительная. Он тут хозяин. А я просто таксистка. С бантиком…
— Уважаемый клиент, как вы сами выразились, я — всего лишь водитель. А вот за задушевные разговоры полагается двойной тариф, — процедила, прекрасно зная такую категорию пассажиров. — Доплачивать будете?
Бесплатно они готовы ковыряться в чужой душе, охотно раздают советы, стыдят, а вот за копейку удавятся.
— Ну, давай… — Игорь потянулся к внутреннему карману, раскрыл зажим, ломящийся от красных бумажек, и отмусолил три купюры!
Три?
Пятнадцать тысяч?
За что?
За разговор?
И вот теперь мне стало жутко. Трасса, лес, незнакомец с телосложением великана.
— Ну? Шестеренки заскрипели? — вдруг он оказался слишком близко, ухо ошпарило горячим порывистым выдохом. — Страшно стало? Паяный хрен, которому необязательно покупать то, что он может взять силой.
— Сейчас и твои шестеренки заскрипят, — цыкнула я, в отточенном жесте выдергивая из рукава скальпель. Стальное лезвие вспыхнула в свете встречных фар, пытаясь напугать его. Но он даже бровью не повёл, лишь звонко присвистнул.
Ещё год назад, когда я впервые столкнулась вот с такими пьяными придурками, решила, что без оружия женщине никак. А какое оружие может достать врач? Правильно… То, чем спасаем, тем будем и вредить. Сшила потайной карманчик, уплотнила его, чтобы случайно самой не пораниться, и стало куда спокойнее.
— Боже! Это что такое?
Я не успела сориентироваться, как оружие оказался в его руке.
— Это скальпель. Я врач! — шикнула, пытаясь отобрать инструмент, но незнакомец аж засветился, рассматривая новую игрушку.
— Видимо, ты очень плохой врач, раз таксуешь по ночам? Или муж у тебя очень плохой? Одно из двух. Выбрать можешь сама, — Игорь сжал рукоятку и стал размахивать скальпелем, как ниндзя, издавая странные звуки.
— Нет у меня мужа! А звонил сосед, который присматривает за сыном и за свекровью! — в сердцах выпалила я и, воспользовавшись его растерянностью, вырвала острый предмет из неумелых рук. — И, прежде чем с ноги врываться в чужую жизнь, включите мозг!
— Врачам так плохо платят? — Леший притих, но вот самодовольная улыбка с его лица никуда не делась. — И что же должен был натворить твой муж, чтобы ты осталась жить с его матерью?
— Ехать куда? — рявкнула, заметив указатель на город.
— Пятая набережная до тупика, — задумчиво произнес Игорь. — Так что
