с мужем?
— Ничего с мужем… Пять лет как развелись. Два года назад Лизавета Михайловна оказалась без квартиры и без сбережений. Один звонок мошенников, и всё… — я тараторила так, словно боялась не успеть рассказать обо всем дерьме своей жизни. — Свекровь разбил инсульт, и теперь у меня на руках два ребенка. Достаточно? Или ещё вопросы есть?
Хотелось, чтобы он стер эту сытую улыбоньку, когда уже не радуют ни дорогие тачки, ни бабы… Жизнь — она другая! Вот у меня жизнь — через сопли и пот. А он? Баловень?
Я резко затормозила, когда мы упёрлись в ворота шикарного ЖК. Дыхание сбилось, легкие горели, в голове хаос.
Чёрт, что я несу?
Зачем ему все это?
Чтобы завтра, лакая коллекционный коньяк, рассказать друзьям про таксистку с бантиком и дружно поржать?
— Спасибо, — голос Игоря прозвучал слишком резко, как отрезвляющая пощечина. — В паркинг поставлю сам. Деньги на панели, такси уже ждёт. Не переживай, оно оплачено. Я не могу позволить, чтобы женщина ночью добиралась домой на попутках.
Боже, какое благородство!
Я не знаю, сколько мы так простояли в тишине. Но когда я обернулась, рядом и правда стояло авто с горящими шашечками.
Меня ломало и выворачивало. Взгляд упал на три купюры, вот только совесть грызла так сильно, что игнорировать это было невозможно.
Взяла одну и выскочила, не собираясь спорить с Лешим.
Прыгнула в такси, сжимая розовую бумажку во влажной ладони.
Закрыла глаза, не желая видеть ни черный корабль, ни его владельца.
Стало холодно, надвинула капюшон, потянулась, чтобы завязать кулиску ветровки, как пальцы нащупали нечто странное в кармане.
Это были деньги… Розовые, хрустящие…
Глава 3
3
Весь день я была как на иголках. Мало того что не выспалась, так еще эти долбаные деньги, лежащие в кошельке, не давали мне покоя.
Было ощущение, что я их украла! Жалостью выдавила!
Да с моей историей можно на паперти стоять!
Чёрт! Чёрт! Мало мне своих проблем? Теперь переживать за финансовое положение этого напыщенного индюка?
— Сонь, ты чего? — Аня Кушнир потрепала меня по плечу. — Домой не хочешь?
— Хочу, — кивнула и начала собирать свой чемоданчик, чтобы сдать в конце дежурства. — Очень хочу!
Смена была просто адовая. Ещё Степка Мамонов ушел на больничный, и теперь придется делить его время. Моя работа плохо уживается с семьей и с дорогой, на которую уходит слишком много времени.
Я пулей переоделась и уже было рванула в сторону служебной парковки, как снова услышал оклик Кушнир. Аню перевели к нам пару месяцев назад. Быстрая, умная, хваткая. Опыта набирается быстро, шкурой обрастает еще быстрее. А без этого никак.
— Соня! — Аня перебежала дорогу и замерла в паре шагов, внезапно опустив голову.
— Что случилось?
— Сонь… Ты прости, но я знаю, что тебе нужны деньги, — девушка вспыхнула румянцем, так и не поднимая на меня взгляда.
— Ну, допустим, что деньги нужны всем, — скрипнула зубами, стараясь не выдать злости. О своей ситуации я никому не рассказывала, потому что это не тема для пересудов. Но в эпоху интернета иголку в стоге сена стало прятать все труднее.
— Сонь, прости, мне жутко неудобно!
— Аня, говори, потому что мне пора, — посмотрела на часы, до следующей работы оставалось меньше часа, а мне еще нужно успеть поужинать, пока коньки не отбросила.
— Просьба весьма деликатная, и мне бы не хотелось, чтобы кто-то об этом знал, а тебе доверять можно — сразу видно. Мне нужна помощь, Сонь. Мы когда проходили практику в хирургии, однокурсник предложил поработать. Пару смен в месяц, иногда реже. Платят неприлично много, взамен требуют полного молчания. Мы с Сашкой Сикеровой уже три года работаем, и ни разу не обманули…
— Аня, я правда тороплюсь. Нужны подробности.
— У нас в городе есть бойцовский клуб. Бои без правил, где мужики выходят и лупят друг друга. Они нанимают дежурные бригады на случай экстренной помощи. Травматологи, медсестры, хирурги. В основном — ребра, носы, рассечения, ушибы внутренних органов. Там такие мужики — закачаешься. Штопаем наживую, а им хоть бы хны, через пару часов уже снова готовы бросаться в драку. Одна смена — пятьдесят тысяч на двоих. Так вот, Сашка беременна, и её муж больше не отпускает. А мне нужен напарник. Соня, ты подумай спокойно. Люди там работают хорошие, отморозков в руководстве нет. С нами везде охрана, место довольно приличное, кормят, ещё и с собой целую сумку соберут, — Аня тяжело вздохнула, выпалив это на одном выдохе. — Завтра состоится бой, и если ты согласишься, мне было бы приятно с тобой поработать.
— Ань, а ты понимаешь, что если руководство больницы узнает, нас выгонят одним мощным пинком? — усмехнулась, открывая свою старенькую «тойоту», оставшуюся от отца.
— Соня, я ни к чему тебя не принуждаю. Прости, если потревожила, — девушка улыбнулась и поспешила к своей, пусть и недорогой, но новенькой машине.
Её кореец ласково заурчал двигателем, сверкнул красным пятном стоп-сигналов и выскочил под шлагбаум.
— Привет, красотка, — я ласково проскользила рукой по рулю, поцеловала истершуюся оплетку. — Ничего... Мы с тобой ещё побегаем, да? Старенькие, да удаленькие.
До частной клиники я добралась почти вовремя. На мои опоздания уже устали обращать внимание. Я была благодарна своему первому профессору, благодаря рекомендации которого меня взяли на полставки. Смен мало, зарплата стабильная, хоть и небольшая, потому что нет ночных смен, но дневные я старалась отрабатывать на все сто.
Здесь в основном лежали спортсмены. Операции плановые: мениски, голеностопы, переломы… Монотонно, скучно, зато без мотаний по вызовам. Смена шесть часов, после чего, если было нужно, я могла подменить санитарок.
Деньги не пахнут, а мое докторское эго уже давно дало трещину. Если будет нужно, я и утки потаскаю, лишь бы выбраться из болота.
— Софья Егоровна, у вас талант травматолога, — хирург стянул перчатки, скинул маску и шапочку, стирая со лба пот. — Может, подашь резюме? Уверен, Петрович тебе не откажет. Штопай футболистов, хоккеистов и сноубордистов — не жизнь, а малина.
— Костя, ты же знаешь, что я не могу брать много ночных. Но спасибо, — обняла бывшего сокурсника и ушла в раздевалку, откуда доносилась трель телефона.
— Алло, — сухо произнесла, заметив незнакомый номер.
— София! София, ты что, специально не берешь трубку? Мне пришлось просить телефон у соседа, чтобы связаться с дочерью! — сходу повысила голос мама. — Где такое видано?
— Мам, я даже не буду оправдываться. Что случилось? — поставила на громкую и вошла под душ. Тело ломило от пятичасового стояния у стола, мышцы приятно тянуло, по стопам
