могло быть по понятным причинам.
Однажды предал? Всегда предаст снова.
— Что случилось? — спросила я, глядя на то, как дрожит Богдана, бледнеет все сильнее и заметно переживает. — С вами все в порядке?
Она вздрогнула и посмотрела в мои глаза.
— Нет, — ответила вдруг. — Понимаете, я… должна вас предупредить.
— О чем?
Казалось, еще немного и девушка просто упадет передо мной в обморок. Такая взволнованная, напряженная и как будто бы полностью обесточенная теми проблемами, которые на нее навалились.
— Что за предупреждение? — спросила снова.
Богдана покачала головой. Обняла себя руками. И как не пыталась успокоиться, только еще сильнее затряслась.
У нее чуть ли зубы не стучали.
— Богдана? — мягко обратилась к ней опять. — Может быть, вам чаю горячего сделать? Или…
— Нет-нет, не надо, благодарю вас, — скороговоркой пробормотала девушка. — Мне так неудобно. Как бы я хотела этого не делать. Но выбора нет.
— Что происходит?
— Юлиана, — наконец, выдохнула Богдана. — Она требует, чтобы я дала против вас показания в полиции.
— Что? — шокировано спросила я.
— Французская полиция, — повторила девушка. — Юлиана хочет обратиться туда. Сказать, что вы украли у нее драгоценности. А ваш бывший муж, ее сын, не хочет ничего предпринять, покрывает вас.
— Что за бред?
— Понимаю, как это все звучит, — кивнула девушка и печально улыбнулась. — Если бы у меня был выбор, я бы отказалась, никогда бы не стала принимать участие ни в чем подобном. Но сейчас… такие обстоятельства. Я никак не могу отказать Юлиане. От нее зависит судьба моих родителей. Одно ее словно, вернее один лишь документ — и моя семья станет банкротами. А это для них хуже смерти. Поверьте. Отец с ума сойдет, если потеряет свое состояние.
— Подождите, — не могла ничего разобрать, мысли путались. — Как Юлиане удалось? Она же не занимается бизнесом.
— Она — нет, — кивнула девушка. — А ее муж — да. И так получилось, что он держит мою семью очень крепко. Несколько лет назад уговорил отца принять участие в одном рискованном проекте. Настолько сильно его одурачил, что тот вложил туда все. До копейки. Вот так бывает… мой папа обычно вел бизнес очень взвешенно, благоразумно. А тут, как он сам выразился, словно его бес попутал. Он поставил на карту все свои финансы. Не сразу, конечно. Сперва одно вложение сделал. Получил прибыль. Потом еще — и снова успешно все прошло. Тогда у него и загорелась жадность. Это была ошибка. Ловушка как он понял позже. Но ничего было не поменять и не вернуть обратно. Условия в итоге сложились так, что весь его бизнес перешел к Арсанову.
В том, что отец Давида мог вести дела не слишком честно, я не сомневалась. Что он, что его супруга вообще не производили впечатление тех людей, которым можно было бы доверять хотя бы в чем-то.
— В общем, все состояние моих родителей теперь под полным контролем Арсановым, — продолжила Богдана. — Сейчас Юлиана шантажирует меня. Сначала хотела устроить мой брак с Давидом, несмотря на то, что я собиралась замуж за другого человека. По любви. Но она угрожала родителям. Заставила меня поехать следом за ней во Францию. К счастью, ваш муж любит только вас, поэтому на меня не обратил никакого внимания.
Здесь я бы могла серьезно поспорить. Вряд ли Давиду в принципе знакомо понятие «любовь» с учетом того, как он с нами обошелся в прошлом.
Но пока это не имело особого значения.
— Теперь у Юлианы возник новый план, — прибавила девушка. — А я не могу отказаться. Иначе начнутся огромные проблемы.
— Хорошо, — пробормотала я. — Допустим, вы пойдете в полицию. Расскажите, будто я что-то украла. Но кроме слов у нее нет никаких доказательств. Это дело развалится, ведь я ничего у нее не брала.
— Не знаю, — покачала головой Богдана. — Она не говорит мне весь свой план. Не доверяет. Сегодня к вам приезжал какой-то мужчина. Не представляю, что именно произошло, но Юлиана… всегда нервная и злая, а сегодня ее совсем понесло. Она буквально взбесилась. Остананела! Носилась по комнате, долго бормотала что-то про завещание. Я ничего не поняла, но в какой-то момент она радостно заявила о своем новом плане.
Интересно получается.
Выходит, я не так уж и неправа в своих подозрениях относительно завещания, которое оставил мой отец? Это про него?
Звучит фантастически. Где моя обычая семья, и где богачи Арсановы. Но кто знает, в каких темных схемах они замешаны?
— Ну и вот, — развела руками Богдана. — Тогда Юлиана заговорила про показания.
— Ясно, — кивнула я, раздумывая о своем.
— Но я не могла так поступить. То есть мне придется это все сделать. Но как же я подставлю вас. Вы же не виноваты. У вас дети! Маленькие… а она… их родная бабушка. Не понимаю, почему так с вами поступает. Разве не понимает, что никогда нельзя лишать детей матери?
— Думаю, ей наплевать.
— Но это же ее внуки.
Богдана еще умела удивляться, а я давно перестала. Арсановы много раз себя показали. Родители Давида с нашей первой встречи относились ко мне будто к мусору. А он выгодно отличался на их фоне. Он казался, совершенно другим человеком. Однако я жестоко ошиблась в своих суждениях.
Давид из одного теста со своими родителями. Все же кровь не вода. И я могла только делать все возможное, чтобы в детях его дурные черты не проявились настолько же ярко, и чтобы дурное не взяло верх.
Радовало пока одно — Арсанов не имел отношения к воспитанию малышей. С детства ими занималась практически лишь я одна.
Но сейчас Юлиана решила это поменять. В тюрьму меня отправить. Видимо, такой у нее план.
Хотя стоит ли беспокоиться на такой счет, если у женщины против меня нет ничего кроме словесных обвинений?
— Благодарю вас, что сказали правду, — нарушила напряженную тишину, которая повисла в комнате.
— Я чувствую себя такой жалкой. Извините, как бы я хотела, чтобы…
— Понимаю вас, Богдана. Пожалуйста, не переживайте. Вам не стоит волноваться. В полиции работают не дураки. Они разберутся.
Но с другой стороны — ситуация складывается серьезные.
Такие обвинения — не шутка.
И пусть серьезных доказательств нет. Лишь пустые фразы против меня. Кто знает, как сумеет Юлиана все это преподать?
А дальше начнутся разбирательства. Моя репутация в любом случае пострадает. Конечно, в итоге за дачу лживых показаний отвечать будет именно Юлиана. Но разве мне от этого легче?
Богдана тоже под угрозой. Лгать полиции нельзя.
— Боюсь, это все плохо закончится, — озвучила девушка то, о чем я сейчас сама размышляла.
Да, верно. Очень вероятно.
