стон разочарования. В ответ я слышу лишь тихий смешок Као.
КАО
Я на пределе, но, желая Фэллон, я перехватываю край ее штанов и белья и стягиваю их вниз. Я вижу, как ее глаза расширяются, когда я снимаю свои спортивки. Не желая, чтобы она начала нервничать, я говорю:
— Без проникновения. Я просто хочу почувствовать тебя.
Она быстро кивает.
— Но я не против секса.
Я снова нависаю над ней, и когда прижимаюсь, чувствуя ее жар и влагу, мое тело содрогается от наслаждения.
— Черт, как же хорошо.
Я припадаю к ее груди, жадно лаская сосок, пока моя правая рука сжимает кожу на ее талии и ребрах. Я оставляю дорожку поцелуев на ее шее, начиная тереться своим членом о ее лоно. Руки Фэллон снова находят мои ягодицы, ее ногти впиваются в кожу, когда она широко раздвигает ноги, открывая мне полный доступ.
Искушение почти лишает меня рассудка, но мне удается зацепиться за остатки самоконтроля — я хочу, чтобы мы занялись любовью по-настоящему в эти выходные. Когда я снова смотрю ей в лицо, Фэллон говорит:
— Если ты лишишь меня девственности сейчас, мы сможем покончить с неловкой частью и просто наслаждаться выходными.
Я смотрю на нее в полном шоке, и мне требуется время, чтобы переспросить:
— Девственности? Ты девственница?
Фэллон усмехается:
— Почему все думают, что у меня уже был секс? Даже девчонки впали в ступор, когда я сказала им об этом на днях.
— Потому что ты чертовски великолепна, — констатирую я. — Не то чтобы я жаловался.
Боже, она будет принадлежать только мне. Меня переполняет невероятная гордость и осознание чести быть ее первым мужчиной.
Фэллон приподнимает бровь, и когда я все еще молчу, она склоняет голову набок:
— Ну? Да? Нет? Сейчас не время слишком много думать.
Широкая улыбка расплывается по моему лицу.
— Я просто наслаждался мыслью о том, что ты вся моя.
— О. — Она касается моей челюсти и, как истинный фанат контроля и практичности (за что я ее и люблю), говорит: — Я пью таблетки. Мы можем обойтись без презерватива? Я не хочу лишаться девственности с резиной между нами.
Я тихо смеюсь. Я уже собираюсь ответить ей, когда в дверь моей комнаты раздается стук, заставляющий меня прокричать:
— Мы спим! Уходи!
Фэллон под моим телом начинает хихикать.
— Ты закапал капли? — орет в ответ Ноа.
— Да! Уйди!
Я слышу его смех, отчего Фэллон начинает хохотать еще громче. Посмотрев на нее, я ворчу:
— Выходные не могут наступить достаточно быстро.
— Не забудь про защитные накладки на глаза! — снова выкрикивает Ноа.
— Отвали! — кричу я, прежде чем уронить голову на плечо Фэллон.
Наконец-то я раздел ее догола, и тут происходит это дерьмо. Момент безнадежно испорчен этим придурком, так что я слезаю с Фэллон и ложусь рядом.
— Клянусь, это как жить с кучей детей. Мы еще даже не переспали, а они уже лезут.
Все еще смеясь, Фэллон прижимается к моему боку и начинает лениво выводить узоры на моей груди.
— Спорим, я смогу вернуть тебе настроение?
— О да? — ухмыляюсь я.
Ее рука проводит горячую дорожку по моей груди и прессу, но сначала она останавливается, чтобы обвести V-образную линию на бедрах, прежде чем ее пальцы обхватывают мой член. Она нависает над моим телом, и ее губы встречаются с моими. Этого оказывается достаточно, чтобы мое возбуждение мгновенно вернулось после вмешательства Ноа.
Перехватив ее за бедро, я опрокидываю ее на спину и, желая, чтобы она достигла оргазма, покрываю ее тело поцелуями, спускаясь все ниже. Мои плечи заставляют ее ноги раздвинуться еще шире, и я целую ее. Когда мой язык касается ее клитора, я чувствую, как ее бедра начинают дрожать. Вкус Фэллон взрывается на моем языке, и желая большего, я жадно ласкаю ее, пока ее бедра не начинают приподниматься над кроватью. Я на мгновение замираю, чтобы взглянуть на нее, и вижу, что она накрыла лицо подушкой. Улыбка касается моих губ.
Я чередую быстрые движения языка и глубокие ласки, и вскоре бедра Фэллон начинают непроизвольно выгибаться. Когда ее тело напрягается и она начинает содрогаться, я помогаю ей рукой, чтобы оргазм длился дольше. Я целую ее в живот и только когда она убирает подушку от лица, жадно хватая ртом воздух, я поднимаюсь выше и впиваюсь в ее губы, чтобы она почувствовала собственный вкус на моих губах.
Когда Фэллон приходит в себя, ее рука снова скользит вниз и обхватывает мой член. Она начинает медленно ласкать меня, но, желая, чтобы ей было удобно, я перекатываюсь на спину и притягиваю ее к себе сверху. Фэллон улыбается мне и сжимает ладонь крепче. Волны удовольствия прошивают мое тело, и я начинаю непроизвольно толкаться ей в руку.
— Черт, как же хорошо, — стонаю я. — Не останавливайся.
Взяв ее за подбородок, я притягиваю ее лицо к своему, сминая ее губы в поцелуе.
Я чувствую ее грудь, прижатую к моей, нашу кожу, ставшую влажной от пота и желания. Фэллон начинает двигать рукой быстрее, пока я не начинаю задыхаться ей в губы.
— Черт, я сейчас кончу тебе на руку...
Я сильнее толкаюсь в ее пальцы, тело напрягается, а затем меня прошибает мощная дрожь удовольствия.
ГЛАВА 23
ФЭЛЛОН
После того как мы привели себя в порядок и оделись, я помогаю Као закапать капли. С моего лица не сходит глупая улыбка. Мой первый сексуальный опыт с Као... с мужчиной... и это было идеально, даже несмотря на то, что у нас не было самого полового акта.
Пока мы ждем положенное время между каплями, я спрашиваю:
— Интересно, будет ли больно? — Заметив, как он нахмурился, я поясняю: — В первый раз. Ну, когда все случится по-настоящему.
Као обхватывает мои бедра и целует меня в живот, затем снова запрокидывает голову.
— Мы просто позаботимся о том, чтобы ты была хорошо подготовлена.
— Хм-м. — Я смеюсь. — Как сегодня, когда ты... ласкал меня? На будущее: мне очень понравилось то «движение» языком.
Као качает головой.
— Нет сомнений, что вы с Джейсом родственники. У тебя напрочь отсутствует фильтр.
— Прямота — лучший путь, — бормочу я, наклоняясь над ним. — Открой глаза. — Он слушается, и я закапываю последние капли. — Готово.
Я сажусь
