быстро.
К тому времени, как мы с Денисом добрались, уже вовсю работала бригада. Они отогнали зевак на безопасное расстояние и теперь носились туда-сюда, пытаясь потушить пламя, возвышающееся над моим домом.
Я впервые в жизни увидела пожар и мне стало страшно. Очень.
Сердце рвалось на ошмётки, ведь помочь я ничем не могла. Кто я такая против этой стихии? Огонь беспощаден. Он сжёг мой дом за считаные минуты, как потом сказали сотрудники МЧС.
Я стояла недалеко от того места, который когда-то назывался моим двором… Всё вокруг было чёрным, обугленным, сгоревшим дотла.
Тогда я плакала без остановки. И пару раз порывалась ворваться в дом.
— Отпусти меня, там папа и мама, — кричала я, молотя кулаками по плечам Дениса, — там фотоальбомы! Они же сгорят! Там бабушка! Её вещи…
— Уже ничего нет, Женечка, — он прижимал к себе и терпел череду ударов, которую я снова и снова обрушивала на его грудь и плечи.
Ему как-то удалось увезти меня прочь. Я сидела на сиденье, намертво прилип к его спинке. Сердце бешено стучало в груди, а тело сотрясало мелкой дрожью.
Денис привёз нас к безлюдному месту на набережной. Помог мне выбраться из машины, и я резко рванула с места и побежала вперёд!
Я кричала. Громко!
Упав на колени и зарывшись лицом в ладонях, я выла, орала.
Голос сорвала до хрипа.
Не знаю, сколько так просидела, но на улице уже начало темнеть. Денис помог подняться с колен, а затем отвёл к своей машине и накачал меня спиртным.
Впервые в жизни я пила крепкий и противный алкоголь. Да ещё из горла бутылки. Кашляла. Плакала. Но пила.
Домой вернулись затемно. Ноги непослушные и ватные с трудом передвигались и когда я чуть лужицей не растеклась на пороге дома Стрел, Денис подхватил меня на руки и понёс в свою спальню, аккуратно ступая по лестнице.
Утром проснулась с жуткой головной болью. И поначалу я даже подумала, что всё могло присниться. Не было звонка соседки. Не было пожарной машины красного цвета. Не было моего сгоревшего дома.
В комнате скрипнула дверь, и я увидела Дениса. Выглядел он не очень. Под глазами залегли круги, а волосы на голове были растрёпанными. Кажется, он совсем не спал этой ночью.
— Доброе утро, как себя чувствуешь? — спросил он, опустившись рядом со мной на кровать.
— Голова болит. Жутко. И пить хочется.
А я только сейчас заметила в его руках стакан воды.
Денис разжал кулак и протянул мне большую круглую таблетку белого цвета. Я сунула её в рот и запила водой, а затем откинулась на подушку и недолго полежала так с закрытыми глазами.
Он коснулся меня рукой, и я открыла глаза, сфокусировав взгляд на Денисе.
— У тебя есть загранпаспорт? — я покачала головой, и тогда Денис продолжил: — Жень, нужно будет уехать. Я подготовлю документы и в течение этой недели всё устрою.
Я перепугано захлопала ресницами.
— Ну ты чего, малыш? — он обнял меня за плечи и притянул к себе, а затем шепнул на ухо: — это ненадолго, пока я не решу все вопросы. Вы с Тимохой полетите в Европу. Ты когда-нибудь была за границей?
— Я никуда не хочу… без тебя, — запротестовала я.
Денис отстранился. Обеими руками обхватил моё лицо и стал пристально смотреть.
Он едва заметно улыбался, когда говорил:
— Я обязательно приеду к вам с сыном. Но немного позже. А ты будь хорошей девочкой и делай всё, как говорю я. Хорошо?
18
С Денисом мы не виделись почти месяц и сейчас, спускаясь по трапу самолёта, я очень волновалась.
Соскучилась до безумия.
Хоть мы и созванивались по видеосвязи каждый день и рассказывали друг другу буквально обо всём, мне всё равно его не хватало. Так получилось, что после смерти бабушки Денис стал мне самым близким человеком и какие бы ни были обиды на него в прошлом, сейчас я не представляла без него своей жизни.
Он стоял среди встречающих. Я его сразу узнала, а потому ускорила шаг и двинулась навстречу.
Рядом была Оксана Васильевна, её Денис отправил за границу вместе со мной. Она забрала у меня Тимоху, а потому я едва не побежала вперёд, чтобы через несколько секунд оказаться в объятиях Дениса.
Дэн сомкнул мою талию кольцом своим рук и, оторвав тело от земли, стал на радостях кружить. Я держалась за его плечи мёртвой хваткой, боясь отпускать. Мы не виделись месяц, а по ощущениям будто прошла целая вечность.
— Ну привет, — сказал он, опуская меня на землю, но не убирая рук с моей талии. — Я безумно рад тебя видеть.
— Я тоже рада видеть тебя, Денис.
— Здравствуй, сынок, — послышался женский голос и я поспешила отойти в сторону, чтобы родные люди могли друг друга поприветствовать.
А сына Денис расцеловал всего, с ног до головы просто. Было видно, как он сильно скучал, да и малыш первое время говорил "папа" и так жалостливо заглядывал мне в глаза, словно спрашивая, куда я спрятала папу.
* * *
В этот же вечер мы провожали Оксану Васильевну на поезд. Женщине было пора возвращаться домой. Она и так слишком долго отсутствовала дома, а всё потому, что Денис не мог нас с сыном отпустить одних в Европу. Хоть мы и гостили всё это время у его родственников в Польше, мне было гораздо легче оттого, что рядом с нами была родная бабушка Тимоши.
Посадив маму Дениса в поезд, мы покинули вокзал, но вместо дома поехали гулять в один парк.
Уже вечерело. И малыш вскоре заснул. Денис разложил коляску, откинув спинку, и опустил козырёк от лишних взглядов.
Мы устроились за столиком в кафе прямо на улице. Заказали овощи и мясо на гриле и пока ожидали приготовления заказа, Денис расспрашивал меня о том, как я провела последний месяц.
Я поделилась впечатлениями о другой стране, показала фотографии интересных мест и достопримечательностей, где мы с его мамой успели побывать, а потом я всё-таки осмелилась спросить то, что меня волновало больше всего.
— А как там наш с бабушкой дом? Нашли виновных в том поджоге?
— Нашли исполнителя, но он отказывается назвать имя заказчиков, но я и так их знаю.
— Не понимаю. Всё закончилось, Денис? Или же ещё есть какие-то проблемы с теми нехорошими людьми?
— Я закрыл все вопросы, — мужчина взял меня за руку и некрепко сжал мои пальцы, — ещё я нашёл реальных покупателей на землю. Предлагают хорошую сумму, несмотря
