макияж, надменное выражение лица. Она выглядела как женщина, которая привыкла получать всё, что хочет. Которая не принимает отказов. Которая смотрит на мир как на свой личный супермаркет, где можно взять любую игрушку. Включая моего мужа. Я закрыла ноутбук и сделала глоток кофе. Спокойно, София. Ты — Руссо. Ты — Северова. Ты — принцесса. А принцессы не опускаются до уровня уличных кошек. Но дать понять этой кошке, где её место, я могла.
Я оделась тщательно. Чёрное платье-футляр от итальянского дизайнера — строгое, но обтягивающее каждую линию тела. Высокие каблуки. Волосы собрала в тугой высокий хвост — никакой романтики, только холодная элегантность. Макияж — smoky eyes и алая помада. Посмотрела на себя в зеркало и осталась довольна. Из стекла на меня смотрела не просто жена Ярослава Северова. Смотрела принцесса мафиозного клана, готовая защищать своё.
Я знала, где она обедает. Ресторан «Палладио», центр города, столик у окна. Мои люди — точнее, люди мужа, которых я попросила об услуге — сообщили мне. Я не стала предупреждать Ярослава. Это был мой бой. Женский. И я собиралась его выиграть.
«Палладио» встретил меня прохладой кондиционеров и тихой музыкой. Белые скатерти, хрустальные люстры, официанты с идеальной осанкой. Публика — сливки общества: жёны бизнесменов, любовницы политиков, дочери мафиози. Все они знали меня. Знали, кто я. И когда я вошла, разговоры на секунду стихли.
Карина сидела за столиком у окна. Одна. Перед ней стоял бокал белого вина и тарелка с каким-то салатом. Она была одета в светло-бежевый костюм, который подчёркивал её фигуру. На шее — жемчуг. На запястье — золотые часы. Волосы уложены волна за волной. Она выглядела как картинка из глянцевого журнала. Красивая. Холёная. Опасная.
Я подошла к её столику. Она подняла глаза. Узнала меня сразу — я видела это по тому, как дрогнули её ресницы. Но она быстро взяла себя в руки и улыбнулась профессиональной улыбкой.
— София Северова, — произнесла она. — Какая неожиданность. Присаживайтесь.
— Спасибо, — я села напротив, положила клатч на стол. — Я ненадолго. Просто хотела познакомиться лично. Мой муж упоминал вас.
— Неужели? — она выгнула бровь. — И что же он говорил?
— Что вы приходили в офис. Пытались возобновить партнёрство. И заодно напомнить о прошлом.
— Прошлое — это всего лишь воспоминания, — она сделала глоток вина. — Но иногда приятно их освежить, не находите?
— Нет, — я улыбнулась так же холодно. — Я предпочитаю жить настоящим. И будущим. Прошлое — для тех, у кого нет ничего лучше.
Её глаза сузились. Она поняла намёк.
— Вы очень уверены в себе, — сказала она. — Для женщины, которая замужем всего месяц. Месяц — это не срок. Особенно в нашем мире. Сегодня ты жена, завтра — вдова. Или разведёнка.
— Вы говорите по опыту?
— Я говорю по наблюдениям. Такие мужчины, как Ярослав, не созданы для моногамии. Им нужно разнообразие. Им нужен огонь. А не... — она сделала паузу, разглядывая меня с головы до ног, — домашний уют.
— Вы его плохо знаете.
— А вы? Что вы знаете о нём? Вы знаете, что он любит на завтрак? Что он читает перед сном? Что ему снится?
— Знаю, — я подалась вперёд, глядя ей прямо в глаза. — Он любит чёрный кофе без сахара. Он не читает перед сном — он слишком устаёт. А снится ему порт и будущее, которое он строит. Для нас. Для нашей семьи.
— Семьи? — она рассмеялась. — Вы думаете, он хочет детей? Ярослав Северов? Человек, который убивает людей голыми руками? Он не создан для семьи. Он создан для войны.
— Война закончилась.
— Война никогда не заканчивается, дорогая. Она просто меняет форму. Сегодня он с вами. А завтра — кто знает? Может быть, ему надоест эта... игра в счастливую семью. Может быть, он вспомнит, каково это — быть с женщиной, которая понимает его мир. Которая не боится крови. Которая сама держала оружие.
— Вы держали оружие? — я усмехнулась. — Или просто спали с теми, кто держал?
Её лицо застыло. Я попала в цель.
— Вы дерзкая, — сказала она. — Но дерзость без силы — это просто шум. Что вы можете мне сделать? Пожаловаться мужу? Вызвать охрану? Расплакаться?
— Нет, — я встала, взяла её бокал с вином и медленно вылила содержимое на её бежевый костюм. Вино потекло по дорогой ткани, оставляя красные разводы. Она вскочила, задыхаясь от возмущения.
— Ты!..
— Это чтобы ты запомнила, — сказала я спокойно. — Я — София Руссо Северова. Принцесса. И я не плачу. Я не жалуюсь. И я не вызываю охрану. Я действую сама. Если ты ещё раз приблизишься к моему мужу, если ты ещё раз войдёшь в его офис, если ты ещё раз произнесёшь его имя — я уничтожу тебя. Не его руками. Своими.
Я наклонилась ближе, так что мои губы почти коснулись её уха.
— Ты думаешь, я просто красивая жена? Ты ошибаешься. Я — дочь Лучано Руссо. Я выросла среди людей, которые убивают за косой взгляд. И если ты думаешь, что я не способна на то же самое — проверь. Рискни. Сделай шаг в мою сторону. И ты узнаешь, почему моего отца боялись даже такие, как твой.
Я выпрямилась и улыбнулась.
— Хорошего дня, Карина. Приятного аппетита.
Я развернулась и вышла из ресторана. За моей спиной повисла тишина. Я знала, что все взгляды устремлены на меня. И мне было плевать. Я сделала то, что должна была. Поставила стерву на место.
Дома я скинула туфли, налила себе бокал вина и села на диван. Руки дрожали. Не от страха — от адреналина. Я сделала это. Реально сделала. Я, та самая София, которая ещё полгода назад сидела в золотой клетке и мечтала о свободе. Теперь я сама была свободой. И никто не смел угрожать моему дому.
Через час приехал Ярослав. Он вошёл в гостиную, и я сразу поняла: ему доложили. Его лицо было мрачным. Но когда он увидел меня — спокойную, с бокалом вина, — его выражение изменилось. Сначала недоверие. Потом — что-то похожее на восхищение.
— Мне доложили, — сказал он, садясь рядом. — Ты вылила вино на Карину Волконскую.
— Да.
— В ресторане. При всех.
— Да.
— Зачем?
— Она угрожала нашему
