и на мгновение она становится пугающе похожей на улыбку Блэр — не то чтобы она когда-либо улыбалась мне.
— Черт возьми, да! Красава, мужик!
— Долго же я с ней возился.
— Можешь наконец сказать, что это за компания? Мне нужно знать, где закупиться в последний раз.
— Би. Си. Адамс.
Его улыбка гаснет.
— Дерьмо. Серьезно?
— Ага.
— Эта сеть огромна. И она разваливается. Люди уже ставки делали на то, сколько она еще продержится на плаву.
— Ну, как минимум еще немного продержится. Мне нужно сначала выжать из нее прибыль.
Коул запускает руку в волосы.
— Твою мать, — повторяет он. — Сеть одежды. У них же должны быть колоссальные складские остатки.
— На это я и ставлю, да.
— И тебе нужно быстро перепродать ее, чтобы покрыть накладные расходы. Ты хоть что-нибудь понимаешь в ритейле?
Как бы неприятно ни было это признавать, я отвечаю честно:
— Нет. Но я найму людей, которые понимают.
Он наклоняется, чтобы завязать шнурки. Обручальное кольцо на его левой руке золотом сияет на солнце. Мужчина стал почти невыносим от счастья после свадьбы со Скай.
— Найми Блэр, — предлагает он. — Она разбирается в моде.
Я смотрю на него сверху вниз.
— Что?
— Она изучала бизнес и моду. У нее был тот модный бренд несколько лет назад, помнишь?
Да, я помню, и воспоминание это не из приятных. В двадцать три года она запустила коллекцию, которая с треском провалилась не продержавшись и двух лет. Не самая лучшая рекомендация.
Но даже если бы это было не так — будь она хоть самым квалифицированным специалистом на планете — она ни за что не согласилась бы работать со мной.
— Я помню, — говорю я. — Но...
— Но что? — Коул встречается со мной прямым взглядом. Я знаю, что он не потерпит ни одного плохого слова о Блэр. Я на тонком льду, и впервые за долгое время чувствую опасность. Коул дает мне много свободы действий, конечно, но абсолютно никакой, когда дело касается его семьи.
И тут до меня доходит.
Она ни за что не согласится.
— Это хорошая идея, — произношу я. — Ты прав, она знает индустрию. Я мог бы нанять ее в качестве консультанта.
Плечи Коула расслабляются.
— Это пойдет ей на пользу. И вам обоим, я уверен. Кто знает, может, вы наконец-то научитесь ладить?
Я киваю, хотя согласие — абсолютная ложь. Это звучит как ночной кошмар.
— Я спрошу ее, — продолжает Коул. — Увижусь позже.
— Хорошо, — я закидываю сумку на плечо и придаю лицу бесстрастное выражение. Она ответит «нет» — какую отговорку придумает для Коула, я не знаю. Но в одном уверен точно: Блэр Портер никогда не ненавидела никого сильнее, чем меня.
3
Блэр
— Ты когда-нибудь запираешь входную дверь?
— Не тогда, когда есть ворота, — брат прислоняется к кухонному острову, все еще в грязной спортивной одежде, с протеиновым коктейлем в руке.
— Ты решил навсегда отказаться от душа?
Он бросает на меня взгляд в стиле «даже не начинай».
— Я только что вернулся после игры с Ником.
Я игнорирую это.
— Скай дома?
— Нет, она сегодня вечером ушла куда-то с Тимми и сестрой.
— Оу.
— Постарайся не выглядеть такой расстроенной из-за этого, ладно? — Коул закатывает глаза. — Вообще-то, это я твоя родная кровь.
Проходя мимо, я целюсь пинком ему в голень. Мы, может, и повзрослели, но он всегда будет на это напрашиваться.
— К сожалению, я об этом помню, да.
Я запрыгиваю на один из барных стульев и тянусь за маффином из корзины. С тех пор как Коул женился на Скай, в доме всегда есть вкусная еда. Это одно из многих, многих позитивных изменений, которые она произвела над братом.
— Скай написала мне насчет лыжных выходных, — говорю я, — через три недели. Я так понимаю, вы закрыли сделку по дому в Уистлере?
Коул тянется за своим маффином.
— Да. Это была третья ссылка, которую я тебе отправлял.
— Знаешь, — добродушно замечаю я, — многие миллиардеры покупают себе острова на Карибах. Ты не мог оказаться именно таким миллиардером, а?
Брат бросает на меня насмешливо-свирепый взгляд.
— Нет. Это для эгоманьяков и злодеев из «Джеймса Бонда».
— А шале на восемь комнат, запрятанное глубоко в заснеженных горах, — нет?
Он щелчком отправляет бумажную формочку от маффина на мою сторону.
— Еще одно слово, и ты не приглашена.
— Не посмеешь. Скай выкрутит тебе шею.
— К несчастью, это чистая правда, — он тянется за еще одним маффином. — Как работа?
— Хорошо, — отвечаю я. — У меня осторожный оптимизм.
Взгляд, который он бросает на меня на этот раз, кажется усталым.
— Пора в какой-то момент перестать быть осторожной, Блэр. Ты никогда не проявляешь осторожность ни в одной другой сфере жизни.
В его словах есть доля правды, но я игнорирую их, вместо этого крутясь на барном стуле. С тех пор как модный бренд с треском провалился и сгорел — настолько эффектно, что его до сих пор приводят в СМИ как пример того, чего делать не стоит, — разговоры о моих карьерных мечтах причиняли боль. Лучше работать в тишине, чем позволить людям увидеть мой провал во второй раз.
— Вероятно, ты прав, — признаю я.
— Вероятно?
— Это лучшее, что я могу выдать, — говорю я. — Помни, я запрограммирована перечить тебе на каждом шагу. Именно так поступают младшие сестры.
— Да уж, мне ли этого не знать, — произносит Коул. — Но притормози с этим хоть на пять минут, ладно? У меня появилась идея, — в его голосе звучит предостережение. — И прежде чем откусишь мне голову, позволь просто сказать, что я искренне считаю, что это может быть стоящим делом.
— И что ты уже натворил?
— Я ничего не творил, но я... ну, кое-что предложил Нику, и он согласился.
Я поднимаю на него глаза.
— Нику?
— Да. Он только что купил гиганта индустрии одежды. Вообще-то, это довольно масштабная сделка. Ему нужно нанять консультанта, чтобы тот консультировал по вопросам ритейла и модной стороны. Ты могла бы стать этим консультантом. Ты знаешь индустрию.
Я с грохотом опускаю сумочку на кухонный остров.
— Работать на Ника?
— На компанию Ника, да, — Коул косится на меня. — Если только не считаешь это слишком отвратительным. Наверное, он прямо в эту секунду сокращает рабочие места, чтобы убедиться, что те будут приносить достаточно прибыли столько, сколько ему нужно.
Мои пальцы пробегают по подолу юбки.
— Ты сказал, Ник согласился?
— Да, согласился. Это была практически его идея.
Моей поднятой брови, должно быть, было достаточно в качестве вопроса, потому что старший
