Сколько у тебя нулей на банковском счету?
Он знал, куда нужно надавить. Или ему чертовски везло по жизни, раз он угадал с первого раза и наступил на больную мозоль.
— Иди нафиг, Юсупов, — рыкнула я, взяла Павлито вместе с сумками и пошла в свою новую спальню.
— Запирай кота в комнате! — крикнул в спину Кирилл. — И жду обещанный подарок!
— Да-да, жди, — пробурчала я тихо. — Может, тебе ещё и массаж сделать, козлина? Хорошо устроился, блин! Место на бюджете получил, квартиру практически отжал, теперь ещё и кота нельзя? Пошёл ты!
Под собственный недовольный бубнёж я начала разбирать сумки.
В реальности комната оказалась даже лучше, чем на фото: просторная, светлая, с нежно-персиковыми стенами и тонкими летящими занавесками на огромном окне. Большая кровать с деревянным широким изголовьем и тумбами по бокам, минималистичный белый стол с ящиками и стеклянной вазой-миской, наполненной лепестками и бутонами сушеных роз. Белый шкаф-купе вытянулся вдоль одной стены: в нём было настолько много полок, что туда поместились бы вещи всей нашей семьи. Здесь было идеально всё. Разве что не хватало пушистого ковра на насыщенно-коричневом паркете.
Павлито сразу запрыгнул на кровать и начал увлечённо обнюхивать одеяло, изредка поднимая на меня вопросительный взгляд жёлтых глаз и громко требовательно мяукая. Через пару часов, когда я разложила вещи по своим местам и повесила на стену милую гирлянду с памятными фото, до меня дошло — кот просто хочет в туалет. А обустраивать его в комнате было бы глупо.
Поэтому мы с Павлито пошли в общий коридор, чтоб установить лоток.
— Эй, я же сказал, чтоб ты держала своего монстра при себе, — грозный голос раздался так неожиданно, что я подпрыгнула от страха. Пришлось напрячься и понять, откуда говорит Юсупов, ведь в гостиной его точно не было.
Разгадка оказалась куда проще: Кирилл сидел прямо на полу в углу застеклённой лоджии, откуда открывался прекрасный вид на комнату.
— Ему нужно где-то ходить в туалет, — строго заметила я. — Он не может безвылазно жить в комнате.
— Хочешь сказать, что он будет гадить в коридоре и вонять на всю квартиру? — серые глаза округлились от ужаса.
Вообще-то при каждодневной уборке лоток практически не пах. Но кто я такая, чтоб переубеждать этого осла?
С громким стоном Юсупов схватился за телефон и что-то начал делать. Он ругался себе под нос, кривился и проклинал всех подряд, пока я разбиралась с котом.
— Тебе очень повезло, Светлячок, — буркнул Кирилл.
— Во-первых, перестань меня так называть. Мы с тобой не друзья, — я снова покосилась на парня, который внимательно следил за моими действиями. Кажется, он даже тихо хмыкнул — было похоже по исказившейся на миг мимике. — Во-вторых, что бы ты там не думал, квартиру нашла я, договорилась с хозяйкой тоже я. Она, чтоб ты знал, вообще-то очень не хотела сдавать жильё студентам. Ещё надо разобраться, кому и с кем повезло.
— Конечно, тебе со мной, — фыркнул он.
Я не стала отвечать. Просто мысленно представила, как душу́ поганца и отдаю его отцу сворованную карту. Это ведь не так сложно.
«Даже если не получится найти карту, всегда можно накопить денег на комнату и съехать, — размышляла я, сидя на полу в коридоре. — Устроюсь на работу, в конце концов.»
Хоть мы с Юсуповым физически и находились в одной квартире, оба застряли в собственных размышлениях. Он сидел на полу на балконе, прислонившись спиной к окну и немного запрокинув голову. При этом в руках постоянно вертел какой-то брелок, словно пытался успокоиться, только никак не получалось. Кир выглядел грустным. Даже печальным. И я прекрасно понимала его — мне самой хотелось кричать и плакать от несправедливости мира. В квартире должны были жить мы с подругой! Но что-то явно пошло не по плану.
У судьбы оказалось поганое чувство юмора.
Наверное, если бы я продолжила нагло разглядывать парня, он в итоге заметил бы. К счастью, в кармане джинсовых шорт завибрировал телефон, заставив меня встрепенуться и убежать в комнату.
Мама.
— Светуль, — снова это обращение, не сулящее ничего хорошего, — в общежитии уже нет мест. Я вообще едва дозвонилась до них. Представляешь?
Вполне ожидаемо. Заявление на место в общежитии нужно было подавать сразу при подаче документов в университет. Подруга надеялась жить вместе со мной, поэтому тоже осталась без койко-места и теперь искала комнату.
— А к брату нельзя? — без особой надежды уточнила я.
В трубке ненадолго воцарилась тишина.
— Владик сегодня продал квартиру, — призналась мама упавшим голосом.
В горле застрял комок — я понимала, что случилось что-то очень плохое. Настолько, что брат предпочёл скрыть это от меня, чтоб не нервировать в начале учебного года. Но я хотела знать. Должна была.
— Что случилось? — твёрдо спросила я.
На мгновение в трубке повисла тишина.
— Он сама тебе скажет, Светуль, — голос мамы был необычайно тихим. — Вот наберётся смелости и расскажет. Я не могу на него повлиять. Он обязательно позвонит тебе, как сможет.
— И ты ничего не скажешь?
— Прости.
Мама задала парочку дежурных вопросов по поводу моего нового соседа и попросила не слишком привязываться к новому жилищу, раз уж я хочу сбежать.
А я уже и сама не знала, чего хочу больше: остаться честной или отомстить Юсупову. У обоих вариантов были плюсы и минусы, поэтому я решила посоветоваться с лучшей подругой Женькой. Она ответила на звонок после первого гудка.
— Наконец-то! — закричала в трубку Баландина. — Я всё жду, когда ты уже позвонишь! Немедленно рассказывай, кто тебе достался в соседки? Нормальная девчонка? Будет разрешать оставаться у тебя? Или вредная?
— Вообще-то, — протянула я, — как раз вредная. Точнее, вредный.
— Гонишь! — слишком уж радостно взвизгнула Рина. — У тебя сосед-парень⁈ Вот везуха! Хоть симпотный?
Евгения всегда считала, что если парень в меру смазливый, то скорее всего хороший и инициативный. В крайнем случае, ему можно всё простить. Главное, чтоб он не был слишком красивым и самовлюблённым, тогда дело плохо. Но с Кириллом никакие формулы не соотносились.
— Ты его знаешь, — траурным тоном ответила я. — Это Юсупов.
Счастливый писк из трубки услышал даже Павлито, задремавший на краю кровати.
— Погоди, ты же вроде из-за него вылетела с олимпиады и не поступила на бюджет. Или я что-то путаю? — испугалась Женя. — Как так вообще вышло?
Конечно, я всё рассказала Баландиной. И про то, как родители Юсупова предложили мне сделку, и про самого Кирилла, слишком уж резко перешедшего от стадии «не хочу жить с левыми людьми» к стадии «привет, соседка». О том, как парню не понравился мой кот, как
