ни друзей.
— Я уже сказала куда, больше вы ничего не услышите. И, спасибо за все. Вы итак сделали для меня больше, чем должны. Просто отвезите либо туда, либо выпустите из машины.
— Окей, — все же злится на меня, и мы срываемся с места.
Резко срываемся. Дождя уже нет, так что свист шин слышен очень хорошо. Вжимаюсь в сиденье за счет законов физики, ну и страх тоже присутствует. Правда, его явно меньше.
Мужчина уверенно ведет машину, лавируя в плотном потоке машин. Хорошо, что в городе есть ограничения и почти все их соблюдают, поэтому моему спасителю тоже приходится, как он сказал, плестись, как черепахе. А по мне мы движемся нормально.
По такой дороге сто процентов не стоит превышать ограничения. Правда, мне кажется, мужчина чувствует в каком я состоянии, поэтому периодически гонит на полную и резко тормозит, чуть ли не «целуя» впереди идущие машины. В такие моменты сердце пропускает удар, а то и три. Я так поседею к концу дороги.
Повороты, смена улиц, очередной экстрим, и прихожу в себя только тогда, когда мы паркуемся на подземной парковке.
— На выход, малышка, — подмигнув через салонное зеркало, выходит из авто, открывая мою дверь. — Пошли, — и протягивает руку.
— Я с вами не пойду. Вы куда меня привезли? — заикаясь, немного отползаю назад, на что татуированный недовольно цокает.
— Пойдешь. Куда денешься. Считаю до трех. Я тебе шанс давал, ты не захотела. Теперь решаю я.
— Нет, — возмущенно пискнула, только кому это интересно?
— Раз.
— Отпустите.
— Два.
— Да хватит издеваться! — не оставляю попыток выкрутиться.
Не понимаю, к какому маньяку села в машину? Не нравится мне его блеск в глазах. Словно кот на сметану на меня смотрит. Мамочки.
— Три. Я предупреждал. Даже предлагал домой отвезти. Все, малышка, пошли, — и сам наклоняется в салон, протягивая ко мне руки.
— Нет! Что вы делаете? — пытаюсь брыкаться, но противник сильнее.
Он ловко скручивает руки и вытягивает к самому краю, что-то недовольно шипя себе под нос, пока я пихаюсь, надеюсь, что больно, хотя, такая скала не заметит. Раз, и все, я повисла на его плече попой вверх. Да что за наглость? Мне мало было измены, теперь какой-то неандерталец пристает. Господи, неужели тебе мало?
— Отпусти. Что ты творишь? Немедленно поставь меня на землю!
Кричу, ударяя его по спине ладошками, пока движемся к лифтам. Если сейчас зайдем, то это конец.
— Нет. Домой не хочешь, значит мы с тобой развлечемся, скрасив друг другу вечер.
Довольно мурлычет, и вместе со звуком прибывшего лифта раздается звучный шлепок по попе.
Что он сказал?
— Ты с ума сошел?! Немедленно отпусти, — не оставляю попытку высвободиться, но он ведёт себя, как пещерный человек.
Даже руку с попы не убирает. Возмутительно! Хотя, есть что-то в его поведении такое, что заставляет все внутри трепетать от восторга. Господи, Вера, как тебе не стыдно? Ведешься на манипуляции животного.
— Ага, отпущу. Позже, — сжимая попку, довольно произносит, уверена, еще и облизывается.
Спокойнее, Вера. Ему все равно придётся тебя поставить на землю. Приехали мы не на окраину, где ни души, а в элитный жилой комплекс, уж слишком дорого тут все отделано, значит плохо-хорошо, человек приличный. Ага, бандит.
Мне просто нужно выждать время. Не будет же он набрасываться на меня сразу? По-любому будет пауза. Вот тогда и сбегу. Не знаю куда. Бомжевать до утра буду, надеясь, что никто не заявит на меня никуда.
— Успокоилась? Умничка. Люблю, когда ласковые кошечки, а не дикие, — дверцы лифта разъезжаются, и мы выходим на площадку.
Говорю же, элитное жилье. Все отделано мраморной плиткой. Чёрный пол, серые стены, и все с красивыми золотыми разводами, знаете, словно кисть несколько раз окунули в воду и на водной глади появился лёгкий рисунок. Смотрится дорого, но я люблю простоту. Она тоже бывает роскошной.
Несколько секунд, и мы оказываемся в квартире. Незнакомец резко возвращает меня на землю, отчего даже голова кругом начинает идти. И пока я приходила в себя, он исчез.
Попыталась выйти, но не получилось. Заперто! Ну, как так? Дергаю ручку в безуспешных попытках, не поддаётся. Глупая Вера, очень глупая. Все равно выберусь. Лучше провести ночь в участке, позвонить Игорю, чтобы подтвердил личность и убегать из бывших родными стен, чем пасть в собственных глазах, отдавшись незнакомцу.
— Замок с секретом, без меня не выйдешь, — довольно ухмыляется, и мне приходится развернуться.
Стоит, оперся на косяк и смотрит. Ух, паразит, так бы и покусала. Но я ведь не такая. Я тихая и спокойная, так почему эмоции затапливают рядом с ним?
— Я хочу уйти, — говорю с нажимом, чтобы понял, но нет, только шире улыбается.
— Футболка, — и протягивает черную материю, при этом оставаясь на месте. — Душ там. Тебе надо согреться и привести себя в порядок.
— Ты не слышишь? Я хочу уйти.
— Слышу, — оттолкнувшись от косяка, идёт ко мне, застывая напротив, — но тебе некуда идти, а мне нужна компания на ночь. Вперед, остальное утром.
И нагло подхватив под попу, несёт в душ. Даже ставит паразит, прямо в кабинку, не забывая осмотреть жадным взглядом.
— Купайся. Полотенца с футболкой на крючок повешу. Так и быть, сам уйду.
Вроде серьёзно говорит, а сам смеётся. Паразит. Да он же издевается надо мной, не больше. Но возмутиться не успеваю, он выходит из ванной, которая выполнена в цвете морской пены.
Ладно, мне и правда хочется согреться. Начинаю мёрзнуть, то ли от холода, то ли от пережитого стресса. Не хочу сегодня думать ни о чем, но не получается. Пока раздеваюсь и нежусь под тёплыми струями тропического душа, в голову то и дело лезут вопросы о том, как я могла не замечать столько лет ложь? Они ведь так давно меня обманывали, а я, как дурочка…
Что меня ждёт завтра? Выставленные чемоданы или попытка вернуть? Ни то, ни то не устраивает, и как быть, не знаю. Одно только знаю, разводу быть. Пусть они будут счастливы. А я переночую здесь. Уверена, мужчина просто играет на моих нервах.
Приведя себя в порядок, подсушиваю волосы полотенцем, потому что фена не нахожу. Натягиваю футболку на голое тело и чувствую себя дискомфортно. Я даже дома такого себе не позволяла. Но что поделать. Белье еще мокрое, будет не очень приятно, и, если бугаю что-то со мной сделать, его оно не остановит.
Выглядываю из ванны, надеясь, что он куда-то ушел, но нет.
— Выходи. Мне тоже туда надо, — раздается его голос, и я с обреченным вздохом выползаю из убежища.
