зонта, а сам направляется к штурвалу.
— Лежи здесь и жди меня, — просит муж.
Послушно откидываюсь всем телом и наблюдаю, как берег медленно удаляется от нас. Яхта мягко покачивается на волнах, унося нас всё дальше от суши прямо к ярким лучам багрового заката.
Вокруг плывут бойцы, они сутками нас охраняют, но держатся на расстоянии, чтобы не мешать. На судне всегда только я и Рагнар.
Через какое-то время ощущаю, как яхта замедляет ход, а потом и вовсе замирает. Лишь легкое покачивание свидетельствует о движении. Рагнар сбрасывает якорь и возвращается ко мне.
Его загорелая кожа блестит на солнце, татуировки переливаются не только темными чернилами, но и искрят от падающих под углом лучей. В этой белой футболке и шортиках мой муж выглядит довольно необычно, и мне все чаще хотелось запрыгнуть на него, чтобы раздеть.
Когда он приближается почти вплотную, я подгибаю колени и отодвигаюсь назад, словно срабатывает какой-то инстинкт, который кричит о том, что мне нужно убегать. Но мне это нравится! Я хочу, чтобы меня Рари преследовал.
— Убегаешь? — с хрипотцой спрашивает он, улыбаясь уголком губ. — Ты же знаешь, что я тебя схвачу.
Рари наклоняется и хватает меня за лодыжки. Осторожно тянет вперед и тут же забирается сверху, подгибает свои ноги и садится, но при этом не давит своим весом на мое тело.
— Попалась! — одним рывком он стягивает через голову мое белое платье, развязывает веревки купальника и отбрасывает в сторону.
— Если кто-то увидит… — шепчу я, завороженная его торсом.
Господи, как прекрасен мой муж!
— Бойцам отдал приказ, а других они тут же выгонят, — шепчет у моих губ он. — Я бы не позволил, чтобы тебя увидели обнаженной! Особенно в моменты оргазма, а они сейчас точно будут!
Мой муж быстро скользит языком по моим губам и отстраняется, чтобы достать из кармана шорт шоколадку. Обычная плитка в синей обертке, только мягкая и какая-то…
— Рари! — то ли удивление, то ли стон выдаю я, когда вязкая теплая шоколадная жидкость течет мне на грудь.
Он вскрыл лишь уголок, а теперь выдавливает растаявшую массу мне на кожу.
— Малины нет, Эсфи, но шоколад ты тоже любишь, — он опускает руку ниже, спускаясь по моему животу.
Мышцы на нем подрагивают под тающей на солнце сладостью, дыхание сбивается напрочь, когда он опускается еще ниже, прямо к моему клитору, и, широко раздвинув мои ноги второй свободной рукой, щедро заливает шоколадом то самое место.
— Рари, — почти пищу я, когда терпеть эту пытку становится совсем невыносимо.
Низ живота скручивает от желания, ноги подрагивают, даже пальчики на ногах подгибаются от нетерпения. Шоколад заканчивается, Рагнар упорно дожимает остатки и облизывает пару капель с пальцев, что остаются на его руке.
— Эсфи…
— Я не боюсь, — сразу же бросаю ему я, ведь уже знаю, о чем он скажет.
Его глаза наполняются смесью нежности и огня. Не отрывая взгляда, он кладет ладонь на ложбинку между грудей и проводит вверх, оставляя коричневые следы на коже до самой шеи. Большой палец ложится на нижнюю губу.
— Тогда сегодня я наконец трахну твой очаровательный ротик, олененок, — он сглатывает, вынимая свой палец обратно, — но только после того, как ты несколько раз кончишь!
От его слов меня просто кроет накатывающими волнами. А когда мои глаза цепляются за оттопыренную ткань шорт в области паха, то губы размыкаются сами собой.
Интересно, какой он на вкус, ощупь? Понравится ли ему? А мне? Я ведь даже не знаю, что делать…
— Я не умею, — вот так просто отвечаю ему я. — Но очень хочу попробовать. Ты меня научишь?
— Мой невинный олененок, — муж целует меня, заменяя палец. — Я тебе все покажу.
Его язык ныряет в мой рот и проходится по небу, я стону от каждого его толчка и хватаю сильнее за плечи. Шоколад липнет к его футболке. Рагнар тут же ее снимает, обнажая свой торс. Его мышцы перекатываются от малейшего движения, завораживая, но я не успеваю полностью рассмотреть: он наклоняется, чтобы снять и шорты, и тут же возвращается ко мне.
От правой груди до шеи Рари проводит языком, натягивая мое тело как струну. Я выгибаюсь навстречу его языку и мычу от ласки.
— Так хорошо… — не знаю, говорю ли это вслух или в своих мыслях, но когда мой муж спускается ниже, слизывая шоколад вместе с мурашками, и захватывает между зубами сосок, то все слова теряются, и я просто забываю как дышать.
— М-м-м, — мурлычет он, отдавая вибрации по моей груди, оттягивает и чмокающе отпускает, чтобы повторить с другим полушарием.
— Рари, — цепляясь за его волосы, протягиваю я единственное, что сейчас могу внятно сказать.
Его щетина приятно колет нежную кожу, этот контраст распаляет еще сильнее. Поцелуй за поцелуем спускается вниз по животу, слизывая вдоль дорожки шоколад, затем ныряет языком в дырочку пупка, и меня просто выворачивает наизнанку. Рагнар ладонями, пытается удержать мое извивающееся тело, чтобы я не препятствовала его языку, но с каждой секундой терпеть становилось все труднее!
— Я больше не могу!
— Это только прелюдия, Эсфи, — смеется тихо он, разводя мои ноги шире в стороны.
Всего на пару секунд наши глаза встречаются, я знаю, что он намерен сделать дальше, от этого еще сильнее ноет мой живот. Шоколад тает, смешиваясь там вместе с моими соками, и Рари жадно слизывает все.
Широкие ладони подхватывают под ягодицы и приподнимают наверх к беспощадному языку, который с каждым разом все сильнее ударяет по клитору.
— Ты слаще любого шоколада, олененок, — говорит он, добавляя ещё и пальцы.
Натягивая меня на них, Рагнар доводит до самого края, но когда я уже готова взорваться в оргазме, замедляет, чтобы эта волна затихла. И в последний раз, когда не выдерживаю, снова ловлю этот чистый экстаз, пальцами тяну его за волосы, подталкивая к самым чувствительным точкам, и получаю желаемое.
— Рари… — бедра сотрясаются от сладких судорог, я держусь за него до самого конца, пока меня не отпускает.
Он нежно убирает мои руки со своих волос и прижимается своим лицом к моему животу.
— Ты меня почти изнасиловала, олененок! Но я не против… — пальцем собирает жидкость между ног и отправляет себе в рот. — Ты сильно кончила.
Мне становится как-то неловко. Я использовала
