– Найэль! – слышу я всплеск восторженных детских голосов, когда она подходит к столу.
Я заполняю последний бланк и возвращаю планшет Мэдди. – Спасибо.
Я иду через зону ожидания, где читают и разговаривают родители, и прохожу мимо мальчиков за игровой приставкой. Я останавливаюсь в нескольких ярдах от стола, наблюдая, как Найэль достает из сумок запасы для творчества.
– Они чувствуют страх, – говорит медсестра за моей спиной, заставляя меня повернуться.
Я глотаю комок в горле.
Найэль оглядывается. – Ты идешь?
Я осторожно подхожу, чувствуя себя лицом, вторгающимся на чужую территорию. И по странным взглядам, которые я ловлю на себе, я понимаю, что они, должно быть, тоже так думают.
Найэль берет меня за руку и ведет меня к столу. – Они не кусаются… обычно.
Кто-то смеется. Я бросаю взгляд через плечо на мужчину с маленьким мальчиком, сидящим у него на коленях. Он смотрит вниз, пытаясь скрыть улыбку. Это не помогло.
– Ты кто? – пристально разглядывая меня, спрашивает маленькая девочка без двух передних зубов, с ярким шарфом, намотанным на лысую голову. Она держится за металлическую стойку с аппаратом, который качает прозрачную жидкость по трубке, спрятанной под ее розовым свитером.
Я открываю рот, но не могу ничего сказать. Меня пугает эта маленькая девочка. Это нехорошо.
– Это Кэл, – говорит ей Найэль. – Он немного стесняется. - Она ухмыляется, а я закатываю глаза.
– Привет, – говорю, наконец, я. – А ты кто?
– Тэлли, – отвечает она. – Мне шесть лет.
– Что мы будем делать сегодня? – спрашивает мальчик с черными кудряшками на голове, наклоняясь над столом и с озабоченным выражением лица поднимая розовый цветок. Он не подключен к аппарату. – Только не девчачьи штуковины. А то меня вырвет.
– Мы будем мастерить вот это. Найэль достает меч из сумки. Лезвие обтянуто фольгой, а рукоятка украшена пластмассовыми цветами. Вдоль лезвия приклеены наклейки в виде сердец. – Не переживай, Джейкоб. Ты можешь украсить его, как хочешь. Тебе не обязательно использовать цветы. Если только ты не захочешь. – Она улыбается ему.
– Ух, ты! – восклицает он, напоминая мне Рей в детстве, и я начинаю смеяться.
– А у тебя есть что-нибудь для принцесс? – спрашивает девочка самыми большими голубыми глазами, которые я когда-либо видел. Ее маленькая, лишенная волос голова делает ее круглые глаза еще больше.
– У принцесс тоже могут быть мечи, – говорит Найэль, садясь на синий стул рядом с ней.
Девочка, кажется, смущена. – А как же тогда принц? – Она смотрит на меня. У меня глаза лезут на лоб. – Разве ему не нужен меч, чтобы спасти тебя?
Найэль смеется. – Мне не нужно, чтобы меня кто-нибудь спасал. И тебе тоже. Именно поэтому ты собираешься смастерить свой собственный меч, чтобы смочь побороться за себя. Возможно, нам придется спасать его. Найэль наклоняется и шепчет: – Я думаю, что ты похожа на того, кто сможет убить дракона в одиночку. А он… не совсем.
Девочка смотрит на меня и хихикает.
Что-то тянет меня за штаны. Я смотрю вниз. Там маленький мальчик в бейсболке пристально смотрит на меня. Рядом с ним пищит аппарат. Я опускаюсь на колени.
– Моя мама говорит, что мне нельзя играть с пистолетами и мечами, – говорит он тихо.
Я медлю с ответом и поворачиваюсь к Найэль в надежде, что она выручит меня. Но она разговаривает с голубоглазой девочкой. – Гм… думаю, тогда мы должны смастерить тебе щит, а?
Мальчик улыбается и кивает.
Мы проводим следующие несколько часов, помогая детям мастерить щиты и мечи. Они такие забавные. И им все равно, что я понятия не имею, чем занимаюсь.
– Это вполне клевый и надежный меч, – говорю я Джейкобу, помогая обернуть рукоятку черной изолентой.
– Я знаю, – хвастливо говорит он, забирая у меня меч и нанося удар по воздуху.
– Я не знала, что у тебя есть художественные способности, – говорит Найэль, когда я помогаю мальчику смастерить меч, похожий на дорогу с едущими по ней грузовиками.
– У меня их нет, – отвечаю я тихо, так чтобы мальчик не мог услышать. – Но они не очень требовательны.
Найэль кивает в сторону девочки с большими голубыми глазами, которая сидела рядом со мной все время. Она старательно выстраивает на своем радужном мече наклейки в виде сердечек. – Я думаю, что Изабель влюбилась в тебя без памяти.
Когда я бросаю взгляд на девочку, ее лицо освещает робкая улыбка.
– Да, думаю, она меня сразила, – я наклоняюсь к Найэль и шепчу ей: – Это все голубые глаза – они делают меня беспомощным. - Щеки Найэль вспыхивают.
Изабель подходит ко мне, когда я собираю оставшиеся наклейки, готовясь уходить. Я сажусь на корточки, чтобы быть с ней одного роста. Она прикладывает руку к моему уху и шепчет: – Ты не должен бояться. Я спасу тебя.
– Спасибо, – шепчу я в ответ. Она кладет в мою руку наклейку в виде сердца и убегает. Я смотрю не наклейку и улыбаюсь.
Я смотрю, как Найэль раздает объятия и пожимает руки, прежде чем уйти. Счастье, которое она принесла в их мир, запечатлено на их лицах. Несмотря на все, через что им приходится пройти, они все еще просто дети. И независимо от того, через что она прошла, чтобы быть здесь, я не представляю ее ни в каком другом месте.
– Дети не такие уж и плохие. Ну, по крайней мере, эти дети, – замечаю я, когда мы идем к грузовику.
Найэль смеется. – Они удивительные.
Когда мы подходим к грузовику, я поворачиваюсь к ней и притягиваю к себе за талию.
– Итак, что еще?
Найэль с удивлением смотрит на меня. – Что ты имеешь в виду?
– Ну, давай посмотрим… Ты добровольно прогуливаешься по самым подозрительным улицам Креншоу, чтобы убедиться, что бездомный человек не умирает от холода. Ты помогаешь маленьким детям сражаться со своими драконами. Ты опекаешь стриптизершу…, – тут Найэль впивается в меня взглядом, и я быстро исправляюсь: – Я имею в виду студентку биологического факультета. Наряду с этим, не имея денег, ты посещаешь лекции в университете, студенткой которого не являешься. Ах да, в свободное время ты катаешься на горках, лазаешь по деревьям и дерешься с кретинами. Ты стараешься, чтобы каждый день был веселым. Я ничего не упускаю?
– Гм… все верно, – с усмешкой отвечает Найэль.
– Так что еще есть в этом списке, который ты еще не выполнила? – Я обнимаю ее, притягивая к себе.
Она напрягается.
– Найэль? – спрашиваю я, когда она отталкивает меня. – В чем дело?
Она отворачивается от меня, пытаясь спрятать блестящие глаза.
– Эй. Что происходит? – Я понятия не имею, как так получилось.
