А эта шикарна! Я – шикарен!
– Позер, – хмыкает Глеб.
– Кто бы говорил, – пихает друга локтем Никита. – Аврора нам тут всем уже рассказала, как ты вчера полдня подбирал шмот на съемку.
– Я просто пытаюсь выжать максимум пользы из нашего дела. Это же очевидно!
– Тогда раздевайся. Пользы будет больше. Девчонки любят торсики, тебе же сказали!
– Этот торсик только для одной девочки. Да, детка?
Парни гогочут. Аврора закатывает глаза, с улыбкой бросая:
– Мальчики, вы когда-нибудь повзрослеете?
– Да! – отвечает троица хором.
– После сорока с нами станет легче, – добавляет Сотников.
– После ваших «сорока» или наших? – уточняет ехидно Ира. – А то это сильно большая разница: потерпеть пять лет или целых пятнадцать! – В наигранном ужасе округляет глаза.
– Ну, в вашем случае вариантов других все равно уже нет, – весело подкидывает масла в огонь Марк. – Даже если пятнадцать, девчат, придется терпеть и страдать. Страдать и терпеть! Эти влюбленные придурки вас уже точно не отпустят. Вы, может, вообще их последний шанс не скопытиться в одиночестве!
Теперь мы с девчонками переглядываемся и хохочем. Тогда как оскорбленные Никита и Глеб показывают другу средние пальцы.
– Ладно, повеселились и за работу! – командует Ира. – Кит, начнем с тебя и Лимончика! – подводит к Сотникову на поводке молоденькую дворняжку, чья шерсть на солнце приобретает легкий желтый отлив, и передает синее кольцо-пуллер. – Сделай счастливое лицо, родной! – Чмокает своего парня в губы.
– А нас кормить на этой работе будут вообще? – спрашивает Марк.
– Трошин, тебе бы только пожрать! – Ворчит Глеб.
– Я растущий организм. Мне надо.
– И куда же ты растешь? В ширь?
– Хорошего человека должно быть много.
Пока ребята в шутку переругиваются, Никита присаживается на корточки и поглаживает морду пса. Тот его доверчиво обнюхивает и начинает радостно вилять хвостом. Мы с Ирой отходим чуть в сторону. Аврора настраивает камеру и… начинается та самая магия!
Сотников кидает собаке резиновое кольцо. Лимончик со всех лап рвется с места. Подхватывает пастью игрушку на лету и приносит обратно Нику. Они играются, бегают и дурачатся. Лимончик опирается передними лапами на грудь парня, гавкая. Никита подхватывает пса и укладывает на плечо, чуточку по позерски поигрывая бицепсами, трицепсами и прочими прокачанными до идеала мышцами. Рори кружит вокруг них с фотоаппаратом и ловит особо удачные кадры, стараясь не захватывать в объектив лицо Никиты целиком, чтобы максимально сохранить его инкогнито.
Мы с Ирой и Алевтиной позорно засматриваемся!
Следом наступает очередь Глеба и Перси – нашего взрослого добермана с непростой судьбой и суровым характером. Ира заставляет Глеба накинуть на голый торс кожаную куртку, что совсем не приводит Савицкого в восторг при плюс тридцати в тени. Персику нацепляет ошейник с шипами, вручая парню Авроры в руки массивный кожаный поводок. Ставит обоих на фоне грозного внедорожника Трошина. И если фотки Никиты и Лимончика были сама нежность, ориентированная на ребят чутких и семейных, то съемка Глеба и Перси получается брутальной и до ужаса пафосной! Настоящее хулиганье! У девочек от вида таких мальчиков с грозными собачками сразу заходится сердечко и намокают трусики…
Не мои слова! Иры!
Рашу достается в напарники очаровательный Бим – помесь пуделя и спаниеля, с глазками бусинками и милыми светлыми кудряшками, собранными на макушке в забавный хвостик. И смотрятся эти двое в объективе камеры как единое целое! Особенно после того, как Ириска вылила на голову Марка половину банки геля, закрепляя его вьющиеся от природы волосы в стильную, неряшливую прическу. Для них мы оборудовали место для пикника с бежевым клетчатым пледом, плетеной корзинкой и заумной книжкой, которую Раш «по легенде» должен внимательно читать, откинувшись спиной на ствол березы. Пока его собака-компаньон неизменно крутится рядом: спит у него в ногах или лежит на голой, рельефной груди, прикрытой лишь красными подтяжками в стиле Гэтсби. На фото получается очень уютный вайб, уютного парня, живущего свою уютную жизнь.
А все кадры в целом максимально передают наш с девчонками посыл: ваша собака – ваш верный спутник в любых начинаниях!
На все про все у нас уходит чуть больше часа. В тот момент, когда Аврора делает последние кадры Раша с Бимом, на горизонте появляется машина Вани. А едва он успевает припарковаться и выйти, как Полинка с Клепой наперегонки бросаются ему навстречу:
– Папоська! Папоська пвиехал!
– Привет, бандитка! – подхватывает Ваня дочурку на руки, потрепав пса за ушами. – Ну рассказывай, чем вы тут занимались?
Полинка начинает торопливо и сумбурно докладывать отцу обо всем произошедшем в его отсутствие. Ваня отыгрывает искренне удивление. Слушает внимательно, не позволяя улыбке сойти с лица.
– …дядя Мавк отвевнулся, и Бим сожлал целое ябвоко. Воть!
– Ох уж этот дядя Марк! Привет, чудачка, – говорит мне и сгребает в свои объятия свободной рукой, когда я подхожу. – Развлекаетесь? – Мимолетно чмокает меня в висок.
– Парни напрягаются, мы глазеем, – перебираю я пальчиками по его спине. – Вот, ждем твоего фееричного финального выхода с Кексом.
– Кексом? – Дергает бровями Ваня. – М, как многообещающе звучит…
– Это кличка собаки, дурачок!
– А я-то подумал… – вздыхает он.
– Я поняла, о чем ты подумал, – закатываю я глаза.
– Но вечером-то мне за старания положен кекс?
– Кекс? – включается в разговор Полинка. – А сто такое кекс? Я тозе кочу. Мне мозно? Няня, мозно? – обхватывает своими ладошками мои щеки Полинка.
– Можно, – смеюсь я. – Купим тебе кекс с изюмом.
– Квуто!
– …А мне с Соней, – шепчет мне на ушко Соколов, – можно?
– А начинка твоего кекса будет зависеть от того, как хорошо свою съемку отработаешь.
– Понял. Посыл принял. Вопросов нет. Моя очередь напрягаться, – покорно кивает Ваня.
– Сокол, умоляю, скажи, что ты привез рабам этих властных женщин еды! – кричит Марк с другого конца поляны, привлекая к себе наше внимание.
– Не поверишь, – бросает весело мой Сокол, – полный багажник!
– Серьезно?! Брат! Ты лучшее, что случалось со мной за много-много последних часов изнурительной работы!
– Всего два, – закатывает глаза Ира. – Два часа мы работали, Трошин. Как тебя вообще в СОБР взяли с твоей тягой к лени?
– А у него было спецзадание, – ржет Глеб, –
