оставить Джемму на произвол судьбы. Эта девочка росла вместе со мной с самого начала. Мы были рядом друг с другом во всём: в смерти её матери, в старшей школе, в ужасах взрослой жизни в мафии. Она была мне сестрой во всех смыслах. Если бы был хоть малейший шанс, что она ещё жива, я бы спасла её.
Я распахнула дверь, прокралась на цыпочках по коридору и спустилась по лестнице. В остальной части дома было темно. Я предположила, что все уже легли спать.
Но я ошиблась в своих предположениях.
Лампа в гостиной зажглась, как только я потянулась к двери. Киллиан сидел в кресле, сложив руки на коленях, и наблюдал за мной прищуренными глазами. Он не выглядел ни капельки удивлённым. На самом деле он был впечатлён тем, что я каким-то образом смогла зайти так далеко.
— Ты его вырубила? — Спросил он. — Потому что только так он мог позволить тебе выйти за эту дверь.
Я вздёрнула подбородок.
— Ты собираешься меня остановить?
Он фыркнул.
— Если ты вырубила Данте, то ни за что на свете я не смогу тебя остановить. — Он взглянул на потолок. — Но чтобы прикрыть мою задницу, когда он проснётся, скажи ему, что ты и меня вырубила.
Я немного расслабилась.
— Спасибо, — выдохнула я.
Он встал и подошёл ближе, так что между нами осталось всего несколько шагов.
— Просто чтобы ты знала, я понимаю, почему ты это делаешь. Если бы это был Данте… — Он замолчал, но его мысль была ясна. — Насколько я знаю, эта девушка тебе как сестра. А в нашем мире семья – это всё. Ничто не должно мешать нам защищать её.
Я не смогла сдержаться.
— Это совсем не то, что ты говорил раньше.
— Я знаю, — он пожал плечами. — Это была паника. Теперь я справился с ней. — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Просто устрой ему ад, Сиена. Если кто-то и сможет наконец достать этого ублюдка, я не удивлюсь, если это будешь ты.
— Спасибо. — Я была удивлена его словами. Когда я впервые встретила Киллиана, он не был в восторге от того, что я присоединилась к их семье. На самом деле, насколько я помню, он открыто высмеивал свадьбу, называя её фиктивной.
— Просто, чтобы ты знала, ты не такая уж плохая невестка. — Он засунул руки в карманы, прижав плечи к ушам.
Открывая дверь, я улыбнулась ему через плечо.
— И ты не такой уж плохой зять. Не позволяй Данте убить тебя, пока меня не будет. — Я помедлила, всё ещё держа руку на дверной ручке. — И… передай ему, что я его люблю, хорошо?
Он быстро отсалютовал мне.
— Передам. Только постарайся остаться в живых.
— Постараюсь.
Я вызвала такси, даже не потрудившись пройти квартал пешком. Змей явно знал, где мы прячемся. Он мог бы отправить сюда своих агентов «Эгиды», если бы хотел нашей смерти. Очевидно, что эта игра была чем-то большим, чем просто игра в кошки-мышки. Он хотел, чтобы я отправилась на верфь, и мне нужно было понять почему. Должна быть какая-то причина, по которой он заманивал меня, чтобы я вышла на открытое пространство, а не пришёл за мной.
Может быть, это была извращённая потребность дать жертве надежду, прежде чем отнять её. А может, ему просто нравилось воочию наблюдать за полным уничтожением своих врагов. Я старалась не думать о том, что произойдёт, когда я наконец доберусь туда, пока такси ехало через город. Если Джемма действительно жива, я не хотела думать о том, в каком она состоянии, и не хотела думать о её смерти.
Страх сжимал мою грудь, поднимался по позвоночнику и разливался по венам. До этого момента до меня не доходило, что в сообщении даже не упоминалась моя мать. Если бы она была всё ещё жива, разве он не использовал бы мою маму и Джемму в качестве приманки? Что говорило мне…что моей мамы не было в живых.
Я знала, что это возможно. Я знала, что она, скорее всего, мертва. Но это только сделало всё это слишком реальным для меня. Я не могла плакать. Мои слёзы уже были выплаканы. Не осталось ничего, кроме ошеломляющего чувства потери. Тоска, которую испытываешь, когда тебя бросает семья, но сейчас я не могла сосредоточиться на этом. Мне нужно было собраться с силами. Я всё ещё была слаба после обморока в аукционном зале и измотана после грубого секса с Данте, прежде чем я его вырубила.
Во мне почти не осталось сил, чтобы сопротивляться. Я не смогла бы в одиночку справиться с агентами «Эгиды», если бы Змей послал за мной именно их. Если бы они пришли, я была бы в их власти, но я была готова рискнуть, если это могло спасти мою подругу.
Если она ещё жива.
Я вышла из такси у входа на верфь. Если Змей знал, что я приду, то скрываться не имело смысла. Я пролезла под ограждением и пошла по пустой парковке. Казалось, что с тех пор, как я была здесь в последний раз, прошли годы. Воспоминания о том, как Данте наставлял пистолет на Дэвида, как я говорила ему, что ношу его ребёнка, заполнили мой разум. Я пригрозила, что позабочусь о том, чтобы он никогда не увидел своего ребёнка, если он не поедет с нами. Так вот, я, возможно, выполняла эту угрозу, подвергая себя опасности.
У меня было не так много времени, чтобы разработать план, а из-за нехватки ресурсов мне было не на что опереться. У Змея была рабочая сила. Но я не была полностью беззащитна. Я спрятала замаскированные кинжалы и складные ножи в пряжке своего пояса и кольца на пальцах. Я спрятала ножи в подошвах своих ботинок, а последнее оружие было спрятано в кулоне на моей шее. Это было немного, но всё же лучше, чем ничего.
Я молилась, чтобы Змей пощадил меня, если узнает, что я беременна. Но я сомневалась в этом. В этом мире ты не добьёшься успеха, если у тебя есть мораль и совесть. Если жизнь моей семьи ничего не значила для Змея, то я сомневалась, что жизнь, растущая внутри меня, значит больше, тем более что, когда ребёнок станет достаточно взрослым, он будет наследниками двух мафиозных семей.
Выйдя с парковки на тротуар, я окинула взглядом офисные здания,
