мне достаточно отсосать ему, чтобы получить скидку. Это работает на благо нам обоим.
— С нетерпением жду, муж, — мурлычу я, отстраняясь, чтобы он не схватил меня снова, и забираюсь в машину.
Мой муж. Ривер Бентли.
Как только я устраиваюсь на сиденье, я пишу Алеку сообщение.
Сообщаю, что вышла замуж.
Ответа нет.
Нет, он всё ещё ищет эту чёртову танцовщицу.
Как бы я хотела найти её первой и прикончить.
Но, по крайней мере, он теперь дома.
БОНУСНАЯ ГЛАВА
Он ходит по моей спальне, взад-вперед, взад-вперед.
— Я хочу жить с тобой, — говорит он, не глядя на меня, а его руки сжимаются в кулаки.
Наши отношения были идеальными.
А это о многом говорит, учитывая, какие мы люди.
Сейчас здесь живет его мать. И он все еще живет по соседству. Но теперь он хочет переехать ко мне.
— Тогда можешь жить со мной, если не хочешь, чтобы я был в этом доме, — говорит он.
Я качаю головой.
— Я не хочу жить с тобой.
Он указывает на кольцо на моей руке.
— Мы женаты.
Я тяжело вздыхаю и снова качаю головой.
— Почему ты не хочешь жить со мной?
— Потому что мне нравится проводить время в одиночестве. — Это единственный ответ, который я могу ему дать. На самом деле, это потому, что я боюсь, что если он будет проводить со мной так много времени, он не будет хотеть меня так сильно, как сейчас.
Все остальные так или иначе меня покинули.
Даже Алек в итоге ушел. Конечно, он вернулся, но это не суть. Он ушел, не общаясь месяцами. Зачем мне снова проходить через это?
Я люблю своего брата, но мужа я люблю больше.
Я сильная женщина, и я расцветаю от этого. И дать мужчине столько власти — это одна из немногих вещей, которая меня действительно пугает.
Ривер подходит ко мне, на нем только полотенце, обмотанное вокруг талии.
Мой муж горяч.
Чертовски горяч.
— Я бы никогда тебя не бросил. Ты же понимаешь это, да? — Я ненавижу, как он может меня читать. Я горжусь тем, что не позволяю людям так легко меня видеть. Но он может, даже не взглянув еще раз.
Засранец.
— Ты не можешь мне этого обещать. Люди меняются, браки меняются. Так устроен мир. — Я отталкиваю его руку, но он упрямо стоит передо мной.
— Нет, Ред, я не изменюсь. Я не изменюсь. Мои чувства к тебе никогда, черт возьми, не изменятся. Единственный способ изменить это — трахнуть кого-то другого. Даже тогда я могу запереть тебя и выбросить ключ, потому что я так сильно тебя люблю. Конечно, я убью этого человека, но ты, моя милая, будешь со мной навсегда.
Мой муж такой романтик.
— Теперь выбирай. Я предоставлю тебе выбор: мы с мальчиками переедем сюда, или ты переедешь ко мне домой.
Мне не нужно спрашивать, о каких мальчиках он говорит. Я знаю. Барри и Стэн, наши идеальные дети. По крайней мере, это все дети, которые у него когда-либо будут.
— Мальчики обожают твое место, — говорю я ему.
— Да, но им здесь тоже нравится, — возражает он.
И им нравится. Сейчас они лежат на полу у изножья моей кровати, на своих собственных кроватях, и храпят. Они даже не сдвинулись ни на дюйм, пока мы спорим. Думаю, они уже привыкли.
— Я люблю тебя, Ред. — Он наклоняется, его рот замирает в нескольких дюймах от моего, прежде чем сократить расстояние. Он нежно целует меня, и я наклоняюсь к нему, но он отстраняется, ухмыляясь, прежде чем повернуться и пойти к сумке, которую принес. Он достает коробку и возвращается ко мне.
— Что это? — спрашиваю я, охваченная волнением.
— Сначала дай мне свой ответ, — настаивает он. Я снова смотрю на коробку и улыбаюсь.
— Да, ладно. Твой дом. Но я оставлю свой.
Мы проводим почти каждую ночь вместе, если только кто-то из нас не уезжает на работу. Но даже тогда мы говорим без умолку. Я никогда не думала, что у меня когда-нибудь будут здоровые отношения. Такие, которые мне будут нравиться.
Секс просто охренительно лучший.
И Ривер потрясающий.
Мой.
Я не вижу себя с другим мужчиной. Я даже не смотрю на других мужчин. Когда он в пределах моей досягаемости, все, что я вижу, это он.
Я как влюбленный подросток, тоскующий по своему мужу.
И ему это чертовски нравится.
— Зачем тебе сохранять свой. — Он держит шкатулку с драгоценностями в заложниках в своей руке.
— Это мой дом.
— Я добавлю твое имя в свой акт, — говорит он. — Я даже уберу свое имя, если тебе от этого станет легче.
Я улыбаюсь ему и встаю с кровати. Его глаза впитывают меня, и я не думаю, что мне когда-нибудь надоест то, как он на меня смотрит. На мне только шелковая комбинация, сквозь нее видны мои проколотые соски, и его взгляд всегда прикован к ним.
— Ты можешь оставить дом на свое имя. Теперь давай, — говорю я, раскрывая руку. Он улыбается, протягивая мне коробку. Он знает, что бриллианты — это путь к моему сердцу, поэтому он душит меня ими. Я открываю коробку и нахожу простое золотое кольцо с бриллиантами, обернутыми вокруг него.
Это потрясающе.
— Эта улыбка. Я бы купил тебе все гребаные бриллианты в мире, если бы получал ее каждый день.
— Ты получаешь ее каждый день, — говорю я, перемещая другую руку к его талии.
Я стягиваю полотенце и обнаруживаю, что его член уже твердый, когда я тянусь к нему.
— Это заставляет меня улыбаться.
Он притягивает меня к себе.
— То, что твой член делает для меня, — говорю я, поднимаясь и целуя его. — То, что ты делаешь для меня, — добавляю я.
— Моя жена, — выдыхает он. Он любит называть меня так.
— Да, — говорю я ему, как будто мне нужно подтвердить его слова.
— Моя чертова жена, — говорит он, прежде чем поднять меня, и бриллиантовое кольцо падает на пол.
Он собирается выебать из меня все мои последние сомнения по поводу нас.
И я с радостью ему это позволю.
Мой муж, дамы и господа, Ривер Бентли.
