погружаясь по самые яйца.
— Твоя задница создана для моего члена, куколка, — говорю я, наслаждаясь невнятным стоном, который срывается с её приоткрытых губ.
Обхватив руками её колени, я раздвигаю их шире, наклоняюсь над девушкой и начинаю трахать её задницу. Я наклоняюсь и целую Шарлотту в губы.
Шарлотта отвечает на мой поцелуй, но нежно. Её тело покачивается взад-вперёд на матрасе, пока я беру то, что она хотела мне дать. Мне понравилось, что она бросила мне вызов. Чёрт, этот ужас в её глазах, но решительность в её словах были словно чистый адреналин.
Она бросила мне вызов. Я знал, что Шарлотта будет такой. И мне это нравится.
Отстранившись, я сажусь и смотрю, как мой член скользит в её задницу и выходит из неё. Скольжу рукой к её киске, и Шарлотта выгибает спину, с её приоткрытых губ срывается тихий стон.
— Я... не могу... — шепчет девушка.
Я шлёпаю по набухшему клитору, и её тело невольно дёргается.
— Кончи для меня ещё раз, Шарлотта. Я хочу, чтобы ты показала мне, какая ты шлюха для моего члена.
— По-жалуйста... — умоляет девушка, выгибая шею в ошейнике.
Я снова и снова шлёпаю киску. Крики Шарлотты становятся громче, и я ввожу в неё два пальца. Вытаскивая пальцы, играю большим пальцем с клитором, и замедляюсь до мучительного темпа в её заднице.
Я хочу снова увидеть, как она кончает. Это было самое сексуальное зрелище из всего, что я когда-либо видел. Она заслужила это.
Шарлотта тяжело дышит, её тело покрыто потом, и я дрожу. Я так близок, но пытаюсь сдержаться. Глубоко вхожу в её задницу, и Шарлотта выгибает спину. Я вытаскиваю член и делаю это снова, пока продолжаю играть большим пальцем с её клитором.
— О... Боже...
— Вот так, куколка. Дай мне ещё разочек.
Я снова ускоряю темп и наслаждаюсь тем, как она извивается подо мной.
— Ты так красива, Шарлотта. Как потрёпанная игрушка, умоляющая о большем.
Её тело напрягается, а прекрасные голубые глаза закатываются, прежде чем я вижу, как влага вытекает из её пульсирующей киски.
— Вот моя хорошая девочка, — улыбаюсь я.
Проводя пальцами по её влаге, я подношу их ко рту и обсасываю, пробуя её на вкус. Снова замедляя темп, я раздвигаю её ноги, обхватывая их руками, и трахаю Шарлотту в задницу.
Не проходит много времени, как я кончаю в неё. Наклонившись, я целую её в лоб, пытаясь восстановить дыхание. Всё оказалось даже лучше, чем я себе представлял.
— Охереть, ты потрясающая. Ты так хорошо справилась, Шарлотта, — хвалю я её.
— Хайдин, — произносит девушка, выгибая спину, и её отяжелевшие веки бесцельно блуждают по сторонам.
Я целую её губы, и она открывается для меня.
— Уже хочешь ещё один раунд? — усмехаюсь я, не отрываясь от её губ.
Её тело дрожит, а взгляд остаётся расфокусированным. Она так близка к тому, чтобы стать безмозглой игрушкой, а я всего лишь трахнул её в задницу.
— Ты заслужила награду, куколка, — встав с неё, я подхожу к шкафу и беру нужные вещи, после чего снова опускаюсь на колени рядом с ней.
Она повернула голову набок и закрыла глаза; её дыхание начинает выравниваться. Я провожу костяшками по её лицу и улыбаюсь.
— Посмотри на меня, — мягко приказываю я.
Мокрые ресницы трепещут, когда Шарлотта открывает глаза, и её отяжелевший взгляд встречается с моим. Я улыбаюсь ей.
— Открой для меня, — скольжу пальцами к её пухлым губам, прежде чем она их размыкает. — Какая хорошая девочка.
Вставляя ей в рот кляп, я наслаждаюсь звуком её стонов.
— Я не буду его застёгивать. Просто прикуси его для меня. Сможешь, куколка?
Шарлотта моргает, и я принимаю это за согласие, поскольку ошейник ограничивает её движения, и она больше не может говорить. Взяв другую вещь, которую я достал из шкафа, я осторожно переворачиваю Шарлотту на бок, лицом к бетонной стене. Поднимаю её колени к груди и удерживаю их на месте своим коленом, а одну руку кладу на её ягодицу, а другой рукой беру последнюю вещь, которая мне нужна.
— Просто помни, что ты сама этого хотела, Шарлотта.
ШАРЛОТТА
Я просыпаюсь, мои тяжёлые веки закрываются, но тут же открываются, когда я понимаю, что снова нахожусь в своей спальне. Шторы открыты, и солнце освещает комнату. Садясь, я вздрагиваю от боли в ягодице.
— Ай... — Я пытаюсь потереть её и снова вздрагиваю, чувствуя, насколько она чувствительна. Чёрт, он снова использовал на мне ремень? Я очень осторожно провожу пальцами по левой ягодице и чувствую что-то на ней… пластырь? Какую-то повязку. Невозможно сказать, что произошло.
Подняв руки, я вижу, что ремни и соединяющие их цепи исчезли. Я сбрасываю с себя одеяло, и обнаруживаю, что ремней больше нет на моих лодыжках. Я дотрагиваюсь до шеи, и моя кожа болезненно реагирует, но ошейник снят.
Я смотрю на тумбочку и вижу свой телефон. Беру его, ожидая, что он разряжен, но с удивлением обнаруживаю, что он полностью заряжен. Провожу пальцем по экрану и просматриваю все пропущенные звонки, сообщения и множество уведомлений, пока я была «в отлучке» с Хайдином.
Я пролистываю их, пытаясь игнорировать боль в теле. Сглатывая, вздрагиваю от болезненных ощущений. Проклятье, он был такой большой. Я никогда раньше не видела член такого размера. Хотя слышала, как девушки в школе и в Баррингтоне говорили о мужчинах, с которыми они трахались, и о том, что у некоторых члены больше, чем у других, но думала, что они просто преувеличивают. Когда я начала смотреть порно, то поняла, что они имели в виду, но Хайдин... был другим. Его внушительные размеры и пирсинг… это было, мягко говоря, пугающе.
Бросив мобильник, я беру пульт слева от себя и включаю телевизор. Моё и без того напряжённое тело холодеет, когда я вижу свою спальню. На экране я сплю в кровати, одеяло спущено, обнажая моё обнажённое тело. Я стону имя Хайдина, прежде чем просыпаюсь. Сев прямо, я открываю тумбочку и беру свою игрушку.
«Почему это показывают?»
Я видела это раньше, когда он держал меня в «Бойне». Как, чёрт возьми, умудрился показать это на моём телеке?
Моё сердце колотится, пока я наблюдаю, как кончаю, затем встаю с кровати. Хайдин выходит из-за угла комнаты, и мой взгляд устремляется туда, где он наблюдал за мной в ту ночь. Через несколько
