работы я мчусь на всех парах, чтобы постучаться в дверь и увидеть, как мне ее открывают с улыбкой, и тут же обнимают, целуют и сообщают, как соскучились. Каждое утро, просыпаясь раньше Карины, я несколько секунд смотрю на нее и не верю, что все мои мечты исполняются с этой девушкой. Семья, о которой долго грезил, и есть Карина, Тамара и Алиса, возможно, в будущем появятся еще дети. А пока друг у друга есть мы. Мои любимые родственники еще первое время присматривались к Карине, так как последствия очарования Миланы иногда о себе напоминали, но чуть позже каждый нашел в своей душе местечко для моих девочек. О том, что Алиса неродная дочь Карине, они до сих пор не знают. С Кариной договорились об этом не распространяться, именно поэтому я сейчас нахожусь в квартире матери Миланы и сижу напротив нее в кресле.
— Как дела? — Милана приветливо улыбается, рассчитывая, что ее чары все еще действуют на меня. Усмехаюсь, складывая руки в замок перед собой.
— Хорошо. Давай обойдемся без церемоний и перейдем сразу к сути моего визита. — Внимательно смотрю на напряженную молодую женщину, она мигом расслабляется и приподнимает губы в милой улыбке.
— Я тут много думала о нас последнее время, мы допустили ряд ошибок, из-за которых произошло недопонимание, поняла, что твоя позиция семья — это крепость, мне близка. Сейчас, когда у нас с тобой дочка, мы должны быть вместе, быть поддержкой друг другу, вкладывать в Алису все лучшее, что есть в нас…
— Милан, — перебиваю, дабы она не тратила энергию на пустые разговоры. — Мы не будем вместе. «Мы» уже не существует, есть только «я» и «ты», и у нас теперь разные дороги. Я не люблю тебя, как выяснилось, и не любил никогда. — Милана вспыхивает, сжимает кулаки на своих коленях. — Что касается Алисы, по факту, она тебе не нужна. Твоя задумка была в том, чтобы при помощи ребенка обязать меня финансово тебя содержать.
— Неправда! Я люблю своего ребенка!
— Ты всегда умела эмоционально говорить, заставляя людей тебе верить, но поступки твои разнятся со словами. Я закрою глаза на твои махинации со счетами, не буду возбуждать дело по поводу причастности к похищению Тамары. Взамен попрошу подписать документы. — Достаю из портфеля несколько листов и кладу их на стол перед Миланой. Она поджимает губы, пытается выглядеть оскорбленной.
— Это бумаги об отказе от родительских прав на Алису. Ты их подпишешь, и мы тут же забудем о существовании друг друга. Ты будешь жить своей жизнью, я своей, и нас ничто не будет связывать.
— А если я не подпишу, что тогда? — голубые глаза прищуриваются.
Я откидываюсь на спинку кресла, спокойно разглядываю Милану. Если она не подпишет отказ, значит, мне придется использовать все возможности, чтобы защитить своих любимых людей от алчности некоторых личностей.
Назар Каримов защитил Карину от Глеба и Дани. Бывшего мужа быстро осудили по нескольким статьям. Подозреваю, что Каримов использовал все рычаги, чтобы Глеба осудили на большой срок. Когда он выйдет из тюрьмы, если выйдет, будет чахлым стариком. Даню, похоже, пожалел в память о Карине, того приговорили к пяти годам общего режима. Если будет хорошо себя вести, освободится раньше.
Однажды, чтобы раз и навсегда закрыть тему отношений Карины и Назара, я у нее все же спросил, почему они не сумели быть вместе. Карина не сразу поделилась воспоминаниями, но рассказала, что их роман с самого начала был обречен. Назар из другого мира, другого воспитания и ценностей, она для него была больше приключением, чем чувством на всю жизнь. Что могла восемнадцатилетняя девчонка предложить взрослому мужчине, кроме своей глупой, слепой любви? Ничего. Ничего у них и не вышло, в довесок отец Назара узнал об этих отношениях, и это ему не понравилось. Глава семьи тет-а-тет переговорил с Кариной, ясно дал понять, что ей рассчитывать не на что, припугнул физической расправой. Но влюбленные страха не знают, лишь неожиданная беременность заставила Карину включить голову и сделать выбор. Она выбрала ребенка, поэтому при первой же возможности выскочила замуж за Глеба. Когда Назар неожиданно нарисовался на горизонте, сказала, что ребенок от мужа, что устала от бесперспективных отношений. Он исчез, но, как показала жизнь, всегда присматривал за Кариной. Возможно, даже сейчас, зная, что рядом с ней есть другой мужчина, Каримов, точнее его люди, все так же будут где-то поблизости.
— Тимур! — звонкий голос Миланы возвращает меня в настоящее, заставляя сосредоточиться на важном вопросе.
— Будет суд. Будем с тобой судиться до тех пор, пока не примут мою сторону. Учти сразу, это дело затратное не только по времени, но и по финансам. Я готов потратить кучу денег, чтобы добиться результата в свою пользу. — Встаю с кресла, намереваясь уйти, так как к сказанному мне добавить нечего. Милана вскакивает следом за мной, хватает за руку.
— Ты не посмеешь этого сделать, Тимур! Алиса — моя дочь!
— Она перестала быть твоей в ту самую минуту, когда ты обчистила семейный бюджет и скрылась с любовником. Если ты хочешь со мной бодаться, что ж, будь по- твоему. Но знай, ты все равно проиграешь.
— Тимур! — Удерживает меня, цепляется за рукав пиджака, я скидываю ее руку со своей и направляюсь на выход, натыкаюсь на Ирину Олеговну, застывшую в дверях с подносом. Женщина растерянно смотрит сначала на меня, потом на дочь.
— Ирина Олеговна, уверен, что чай очень вкусный, но мне пора. Приятно было вас повидать. — Обхожу ее стороной, покидаю квартиру навсегда. Теперь с этими людьми меня ничто не связывает.
* * *
— Тимур, я не слышала, как ты пришел, — Карина виновато смотрит на меня, лежа на кровати. Рядом с ней, причмокивая, лежит Алиса, на моей половине спит Тамара.
— Ты сегодня поздно, — тихо замечает она, когда я, повесив пиджак на стул, ложусь рядом с Тамарой. Это уже ритуал — засыпать вместе, потом я переношу старшую в ее комнату, а Карина младшую перекладывает в кроватку.
— Много работы было и важных дел. — Смотрю на спящую Тамару, ласково убираю с ее лица темные пряди. Жду, когда Карина задаст вопрос о Милане, она в курсе, что сегодня я должен был встречаться с бывшей женой по поводу дочери.
— Как прошла встреча с Миланой? — равнодушным голосом озвучивает волнующий ее вопрос.
— Никак. Я ее предупредил, что, если она не подпишет документы, будет суд. Посмотрим, что она скажет утром, после того, как ночью подумает над перспективами.
— Может, не стоило все это затевать? — в карих глазах
