Элла очевидную вещь, поддерживая разговор.
Девушка едва заметно вскидывает брови, накрывает крышкой залитый кипятком чайник и ставит его перед Эллой на стойку.
— Да кому же здесь нравится. Никаких перспектив.
— Вы можете переехать отсюда в любой район или город, — логично предполагает Элла, на что получает поникший взгляд в ответ.
— Не могу. Я … Мой парень… В общем, у него кое-какие проблемы, и всё сложнее, чем хотелось бы. Я завязана с этим местом, — делает паузу девушка, и Элле не нужно вдаваться в подробности, чтобы примерно предположить, в чём дело. — Ну а ты почему оказалась здесь?
Элла смотрит на девушку перед собой, её несмелую улыбку и слегка напряжённые плечи и совершенно опускает фривольный переход на «ты».
— Я приехала к родителям, — обхватывает ладонями свою чашку с горячим чаем Элла, греясь.
— Откуда? — тут же заинтересованно вытягивается вперёд девушка.
— Из Берлина. Последние несколько лет я живу там.
— Вау, — вполне искреннее восхищение. — Классный город, я бы тоже хотела там побывать.
— Но мешает парень и «всё сложнее, чем хотелось бы», да? — усмехается Элла, и девушка лишь грустно улыбается в ответ, кивая.
— Да. Я не могу отсюда уехать.
Молчаливый кивок в ответ, рождающий ощущение сочувствия и взаимопонимания.
— Тебе не нужен такой человек, — задумчиво смотрит в свою чашку с чаем Элла. — Если ты не чувствуешь себя счастливой рядом с ним, то зачем тогда всё это? Я думаю, что ты можешь добиться очень многого, если освободишься от того, что тянет тебя назад.
— Ты что, психолог? — усмехается девушка, ловя взгляд Эллы.
— Нет, врач.
— Надеюсь, не психиатр? — снова усмешка.
— Нет, хирург. Точнее пока только ассистент хирурга, — делает глоток чая Элла.
— Да ты талантливая, — присвистывает девушка.
Элла всматривается в лицо напротив и пытается рассмотреть на нём хоть каплю усмешки, но видит только искреннее восхищение.
— С чего ты это взяла?
— Ну, тебя взяли ассистентом хирурга, и ты явно слишком молода, чтобы иметь какой-то основательный опыт в хирургии, так что… ты явно чего-то стоишь.
Элла неосознанно закусывает губу, водя пальцем по дереву столешницы, и пытается обдумать эти слова.
— Я тоже так думала, пока не узнала, что главврач больницы, куда меня взяли работать, знакомый моего парня.
— Тебя это напрягает? Думаешь, тебя взяли на работу только из-за связей твоего парня?
— Не знаю, — пожимает плечами Элла, стараясь не пропускать в голову лезущие мысли о собственной бесполезности. — Но это вряд ли просто совпадение.
— Возможно, — кивает девушка за стойкой. — А, может, и нет. Ты мне кажешься толковой девчонкой, хотя я знаю тебя меньше получаса. Не думаю, что тебя взяли бы на эту должность, будь ты совсем никудышной. Тебе дали шанс, и ты его использовала — всё честно.
Элла слышит все эти слова, так ясно отзывающиеся в ней, и впервые чувствует себя полной дурой. Почему она так усиленно отказывается верить, что её взяли на работу, потому что она и правда была хороша? Рэйвен мог быть знаком с половиной Берлина, но это ведь не значит, что вся эта половина будет потакать Элле, верно? В конце концов, она окончила институт с блестящими результатами и имела опыт работы в больнице, так что её навыки точно можно было считать полезными.
— Возможно, ты права, — заключает Элла. — Я подумаю об этом.
— Подумай, — довольно хмыкает девушка. — Твой парень явно о тебе заботится, так что не будь совсем идиоткой. Если бы кто-то мне предоставлял такие шансы, я бы использовала каждый, поверь.
Отчаяние, с которым произнесены эти слова, буквально пропитывает воздух вокруг, заставляя предположить, что ситуация у девушки сложилась и правда не слишком-то радужная.
— Расскажешь?
— Ты точно не психолог? — кривая усмешка в ответ.
— Нет, но могу предположить, что держать все переживания в себе — явно не выход.
Девушка переводит взгляд на потёртую столешницу барной стойки и нервно кусает губу, явно обдумывая слова Эллы.
— Ладно. Хорошо, — делает она глубокий вдох. — Мой парень… он подсел на всякую дрянь, вроде азартных игр и наркоты, накопил долгов, просрал работу, а теперь мне нужно где-то достать триста штук, чтобы оплатить его залог и расплатиться с долгами. Я знаю, что сама выбрала себе такого дерьмового мужика, но, поверь, раньше он был совсем не таким.
Элла смотрит на сконфуженную девушку и ей почти ощутимо становится её жаль. Женщина, которая разгребает проблемы своего мужчины — что может быть хуже.
— Беги от него, — говорит самую очевидную на свете вещь Элла. — Даже если боишься до чёртиков — всё равно беги. Лучше не будет. Люди не меняются, и ты совсем не обязана хоронить свою жизнь в этих проблемах так же, как и он.
— Знаю. Всё это знаю и не могу ничего с собой сделать. Мне некуда бежать. Здесь моя семья, близкие мне люди… Он или его друзья их достанут, понимаешь? Они настоящие отморозки, — голос девушки почти срывается на шёпот, и Элла понимает, насколько больную точку задела. — Чёрт, прости, что тебе пришлось всё это слушать. Не грузись этим, ладно? Я разберусь, как смогу, — пытается вернуть своему голосу былую уверенность девушка, быстро смаргивая с глаз появившуюся влагу.
Элла прикусывает губу, смотря на свою пустую чашку в руках, и думает, что хотела бы ей помочь. Думает, что могла бы ей помочь.
— Как тебя зовут? — спрашивает она у девушки, принимая слишком быстрое решение.
— Зачем тебе?
— Я Элла Брандт, — протягивает ей руку через стойку Элла, ловя удивлённый и недоверчивый взгляд в ответ.
— Вельма Холлз, — неуверенно жмёт её ладонь в ответ девушка.
— Один человек может тебе помочь, и я бы очень хотела, чтобы ты приняла эту помощь, — говорит Элла быстрее, чем осознаёт свои слова.
Брови Вельмы ползут вверх, а во взгляде читается сомнение напополам с неверием. О чём Элла вообще думает? Рэйвен имеет прочные связи в Берлине, но распространяется ли его влияние на другие города? Элла надеется, что сети картеля гораздо длиннее, чем она думает.
— Ты же понимаешь, что простым предупреждением тут не поможешь? — с опаской спрашивает девушка, ловя уверенный взгляд Эллы и получая кивок в ответ. — И откуда у ассистента хирурга такие связи?
— Не переживай об этом. Просто позволь тебе помочь, ладно?
Девушка смотрит на Эллу немигающим взглядом, прежде чем робко кивнуть.
— Что хочешь взамен? — настороженно спрашивает она.
— Мои высохшие вещи, — улыбается Элла, вытягивая свои босые ноги.
Вельма усмехается, окидывая её ещё раз изучающим взглядом, и удаляется в подсобку, куда до этого относила мокрые вещи.
— Не знаю, в каких кругах ты вертишься, раз у тебя такие знакомые,
