буду ещё больше занят, — сказал Скотт. — Я просто хочу знать, что у нас все в порядке.
Кип кивнул.
— Все хорошо.
— Пожалуйста, останься. Я так тебя люблю, Кип. Ты мне нужен. Пожалуйста, будь ко мне снисходительнее.
Как Кип мог этому сопротивляться?
— Я останусь.
Глава 21
Несмотря на рев толпы Кип всё же расслышал Елену, когда та наклонилась к нему и сказала на ухо:
— Кажется, кому-то сегодня светит шикарный секс.
Кип покраснел и улыбнулся ещё шире, чем уже улыбался. «Адмиралы» только что выиграли четвёртую игру подряд в первом раунде плей-офф, разгромив вышестоящий в турнирной таблице Питтсбург и пройдя в следующий этап. Кип смотрел, как Скотт обнимался с товарищами по команде на льду. Он так им гордился.
По мере приближения плей-офф у Скотта оставалось всё меньше времени на него. Хотя Кип проводил большинство ночей у Скотта, тот присутствовал дома лишь половину из них. Кипу пришлось сказать родителям, что тусуется с друзьями на Манхэттене. Как-то нужно было все объяснить.
Их отношения продолжались ещё совсем недолго — всего два месяца. Кип напоминал себе об этом, когда начинал раздражаться. Иногда он задавался вопросом, будет ли Скотт когда-нибудь готов открыться. Стать его настоящей парой.
Но в те редкие моменты, когда тот находил время побыть с ним наедине, всё было чудесно.
Обе команды выстроились в линию, чтобы пожать друг другу руки. Каждый игрок из Питтсбурга, казалось, задерживался на мгновение, чтобы что-то сказать Скотту, когда доходила очередь. Некоторые даже обнимали его по-мужски. Это показывало, насколько Скотта уважали даже соперники.
Кип его любил. И ждал потрясающего секса этим вечером.
* * *
Кип чистил зубы в квартире Скотта, когда получил от него сообщение: «Иду тусить с парнями. Вернусь, скорее всего, поздно.»
Кип постарался проигнорировать охватившее его разочарование. «Адмиралы» только что вынесли Питтсбург из плей-офф! Конечно, Скотт хотел отпраздновать это с командой.
Он присел на краешек кровати и ответил: «Ок. Веселись.»
Он вздохнул. Правда состояла в том, что в последнее время он часто оставался один. Не то чтобы у него не было друзей — просто никто, кроме Елены, не знал о Скотте. Его семья тоже не знала. Семья, с которой он, технически, всё ещё жил в одном доме.
Становилось всё труднее.
Каким бы шикарным ни был пентхаус Скотта, он был пустым и одиноким. К тому же, это был не его — Кипа —дом. Он привёз сюда немного одежды и туалетных принадлежностей, его ноутбук теперь почти всегда лежал здесь, но Кип всё равно оставался гостем.
Все первоначальное трепетное возбуждение от их тайных отношений окончательно угасло. Провальный поход в музей, вероятно, добил остатки этого чувства. Кип устал осторожничать, общаясь с друзьями и семьёй. Он устал от лжи и полуправды. А больше всего он устал избегать всех, чтобы не врать. Он ненавидел это. Он всегда был очень общительным парнем.
Скотт, похоже, чувствовал себя гораздо комфортнее в их странных отношениях. Ему явно нравилось возвращаться домой к Кипу — он всегда приветствовал его тёплой улыбкой и поцелуем. Даже самые обычные бытовые занятия, вроде готовки еды или просмотра телевизора, казалось, делали его счастливым. Кипа они тоже радовали, но он чувствовал себя... изолированным. Он вписывался в домашнюю жизнь Скотта, для того было важно, чтобы он посещал матчи, но на этом всё. Кип не рассказывал о нем друзьям, а Скотт, как пить дать, не рассказал ни одному другу о Кипе. Черт.
Их отношения нельзя было назвать плохими. Кип был влюблён. По уши и безоговорочно. И не сомневался, что Скотт тоже его любил. Плюс, их сексуальная жизнь по-прежнему была потрясающей. Для парня с ограниченным опытом Скотт умудрялся удивлять Кипа в постели.
Было бы неправильно сказать, что Кип чувствовал себя пленником в квартире Скотта. Дело было не в этом. Просто их отношения существовали лишь в этих стенах. Самую важную часть своей жизни Кип не мог вынести за входную дверь. С началом плей-офф он потерял надежду, что Скотт в обозримом будущем объявит об их отношениях. А после плей-офф тот планировал тайно поехать с ним в Европу.
И что дальше? Начнётся новый хоккейный сезон, Скотт будет занят, Кип, возможно, начнёт учиться... или, что хуже, продолжит работать на своей паршивой работе и притворяться, что ни с кем не встречается. Притворяться, что не делит жизнь с человеком, которого любит. Позволит родителям думать, что кочует по диванам на Манхэттене или спит с кем попало.
Кип бросил телефон на матрас. Он был таким эгоистом. Этим вечером город праздновал победу «Адмиралов». Он должен был чувствовать только гордость. А еще благодарность за то, что Скотт даёт ему столько, сколько может.
Скотт его любил. Кип это знал. Просто он хотел, чтобы всё не было так сложно.
***
Кип услышал характерный глухой удар — Скотт врезался в комод, а затем тихо выругался. Кип включил прикроватную лампу.
— Эй, — позвал он хриплым голосом.
— Привет, — прошептал Скотт. — Извини, что разбудил. Спи дальше. Я просто раздеваюсь.
— Ты немного пьян, да? — спросил Кип слегка улыбнувшись.
— Чуть-чуть. Не особо. Может быть.
Кип сел, улыбаясь шире.
— Никогда не видел тебя пьяным.
— Не такой уж я пьяный, — пробормотал Скотт. — Просто... хорошо провёл время.
— М-м.
Скотт скинул рубашку и брюки и пошёл в ванную чистить зубы. Кип смотрел на дверь, ожидая его.
— Спи дальше, — повторил Скотт, вернувшись. — Тебе завтра на работу.
Это была правда. Кипу предстояло вставать на работу слишком скоро.
