я поддаюсь почти сразу.
— Я твоя.
Невозможно отрицать это — я его, а он мой.
— Верно. — Бормочет он, пока его руки скользят под мою задницу, и он поднимает меня, прижимая к стене.
Его губы снова находят мои в поцелуе, и я обхватываю его ногами за талию, еще глубже вжимаясь в него бедрами. Еще один горловой стон вырывается из его губ, когда я прижимаюсь к нему, чувствуя, как сильно я его напрягаю. Это заставляет меня улыбаться ему в губы.
Это похоже на награду — ведь это я заставляю его чувствовать себя так.
Мы продолжаем целоваться, и я не замечаю, что мы двигаемся, пока моя спина не ударяется о что-то мягкое — кровать.
Он разрывает поцелуй, его губы прочерчивают дорожку из огненных поцелуев вдоль моей челюсти.
Его голос — соблазнительный шепот на моей коже, наполненный голодом, который совпадает с моим собственным.
— Ты даже не представляешь, как давно я этого хотел.
Его руки медленно, дразняще бродят по моему телу, разжигая шлейф электризующих ощущений везде, где они касаются.
Кончики его пальцев скользят по моему платью, и тепло его прикосновений к обнаженной коже моей шеи кажется невероятным.
Я выгибаю спину в поисках новых прикосновений, а мои пальцы хватаются за ткань его хорошо сидящей рубашки.
Когда наши тела переплетаются, я остро чувствую все тончайшие детали — игру ткани, контуры мышц и непреодолимую силу, притягивающую нас друг к другу.
Мои руки тянутся к нему, и я снова прижимаюсь губами к его губам.
На этот раз все в моих руках, и я хочу большего.
Мой язык проникает в его рот, и он встречает меня своим.
Я обхватываю его руками, притягивая ближе, желая ощутить каждый сантиметр его тела на себе.
Наши тела движутся вместе в ритме, который одновременно знаком и пьянит, как будто мы всегда должны были найти друг друга в этот момент.
Но это ощущение быстро пропадает, когда он отстраняется, разрывая нашу связь.
— Нет! — Вздохнула я, потеряв его губы.
— Мне нужно, чтобы ты сказала мне, что я могу прикасаться к тебе наедине.
С моих губ срывается хихиканье.
— Разве ты не прикасался ко мне?
Я приподнимаюсь, опираясь на руки. Хихиканье исчезает, когда я вижу его серьезное лицо.
— Нет, я хочу по-настоящему прикоснуться к тебе. Я хочу, чтобы ты чувствовала меня повсюду в течение многих дней.
— Да, пожалуйста. Пожалуйста, прикоснись ко мне.
Это, кажется, удовлетворяет его, потому что он кивает и снимает рубашку, и я снова ошеломлена. Несмотря на то, что я видела его без рубашки несколько раз, в этот раз все по-другому. Его татуировки ощущаются как вновь открытая тайна, хотя я видела их много раз. Они плавно переходят с рукава на грудь, создавая замысловатый гобелен из арабских каракулей и символов. Каждый знак, кажется, хранит в себе уникальную историю, и меня охватывает непреодолимое любопытство, чтобы расшифровать каждое слово.
Прослеживая линии глазами, я не могу устоять перед желанием протянуть руку. От моего прикосновения все его тело вздрагивает, и я поднимаю взгляд, чтобы увидеть, что он пристально смотрит на мой палец, а его глаза горят желанием. Я провожу пальцем по его животу, следуя за слабой линией волос, которая спускается по его невероятно мускулистому животу и исчезает за его поясом. Пояс, который я хочу спустить прямо сейчас.
Он чертовски совершенен.
— Спасибо. — Он смеется, наклоняясь и нависая над моими губами. — Ты и сама совершенна.
Я сказала это вслух? Я даже не знаю, как существовать нормально, а он заставляет меня сбиваться.
Его руки находят подол моего платья, и он задерживает дыхание, когда медленно скользит по материалу вверх по моим бедрам и животу, пока моя грудь не оказывается полностью выставленной на его обозрение.
Его губы тут же опускаются к ним, и он посасывает один из моих сосков, одновременно массируя другой — переключаясь с одного на другой.
Это так приятно, но мне нужно больше.
Гораздо больше.
С моих губ срывается несколько хрипов, и, прежде чем я успеваю опомниться, его рука проходит по моему животу, оставляя мурашки на коже.
Предвкушение нарастает с каждой лаской, а его рука опускается все ниже, приближаясь к тому месту, которое больше всего жаждет его прикосновений.
Мое дыхание сбивается в горле, а по венам течет волна нетерпения.
— Ты уже намокла для меня, Леора?
Он ухмыляется, потому что знает ответ. Он знает, что найдет меня полностью и без остатка промокшей для него.
— Тебе придется узнать это самому. — Шепотом произношу я слова, наполненные именно той потребностью, о которой он спрашивает.
Он так близко, и все, что я хочу сделать, — это закричать, чтобы он прикоснулся ко мне.
Я на грани, и, если он не утолит мою жажду его прикосновений в ближайшее время, мне, возможно, придется самой прижать его руки к себе, направляя его.
Но в этом нет необходимости.
Его пальцы скользят по моему красному нижнему белью, и когда он наконец ощущает скопившуюся там влагу, то ругается под нос.
— Черт, это все для меня?
Его пальцы ласкают меня через намокшее белье, заставляя мою голову откинуться назад. Последние недели были прелюдией — споры, нажимание на кнопки друг друга, флирт, все. Что-то витало в воздухе с того самого дня, когда я впервые увидела его в холле, и, хотя мне это не нравилось, я хотела его с тех пор.
Его ласки прекращаются, и мои глаза встречаются с его глазами, умоляя продолжить.
Что он делает?
— Ответь мне. Это все для меня, Леора?
Этот мужчина станет моей смертью. Ухмылка на его лице одновременно соблазнительна и яростна — опасная комбинация, от которой у меня почти перехватывает дыхание.
— Да, для кого же еще?
Я огрызаюсь, и в ответ он лишь дьявольски улыбается, прежде чем его ласковые пальцы возвращаются. На этот раз для того, чтобы сдвинуть в сторону мое нижнее белье и наконец-то, наконец-то коснуться меня.
Кожа к коже.
Он собирает пальцем мою влагу и размазывает ее по всему телу, дразня меня и сводя с ума.
— Лукас, пожалуйста. — Умоляю я.
Он изучает мое лицо, в его глазах появляется игривый блеск.
— Терпение, Ya Amar.
Его палец перемещается к моему входу, и он медленно вводит его внутрь, с его губ срывается глубокий стон.
Моя спина выгибается еще больше, а его глаза переходят на мои, изучая меня. Он останавливает свое движение, выглядя совершенно потрясенным.
— Еще. — Вздыхаю я, и он вознаграждает меня, просовывая внутрь второй палец и медленно вводя и
