протягивает мне руку. — Пойдем в воду.
— В воду?
Его улыбка становится шире.
— Давай я покажу тебе, как кататься на волнах.
Воздух теплый, вода холодная. Прекрасный день для серфинга, и я не могу поверить, что у него есть такая возможность, что он мог бы делать это каждый день, если бы захотел.
Судя по довольному выражению его лица, держу пари, он был бы не против.
Я занималась серфингом всего раз и была по-настоящему ужасна. Но Эйден, похоже, не против моей неопытности. Я беру запасной гидрокостюм, и мы держимся ближе к берегу, чем профессиональные серферы, катающиеся на больших волнах дальше в океане.
— Почему ты не делаешь это каждый день? — спрашиваю я его.
На нас обрушивается волна. Вода сверкает, и я чувствую привкус соли на языке. Я улыбаюсь ему, и он улыбается в ответ.
— Что ты сказала? — кричит он.
— Почему ты не делаешь это каждый день?!
Он смеется.
— Честно говоря, сам не знаю, Хаос. Не знаю.
Мне дважды удается встать на доску. Он громко кричит, пытаясь мне что-то объяснить, и в конце я, смеясь, падаю в прибой. Адреналин захлестывает меня.
— Это было невероятно!
Он ухмыляется мне.
— Ты выглядела как профессионал.
— А теперь ты мне врешь.
Он обнимает меня за талию под водой.
— Ты хорошо выглядела, Хаос. Счастливой. Нам нужно делать больше таких вещей. К черту офис.
Я целую его.
— К черту офис.
Он ухмыляется и поднимает лицо к небу.
— К черту весь мир!
Позже он заворачивает меня в полотенце и прижимает к себе на широкой веранде, где я прислоняюсь к его обнаженной груди, и солнце купает нас в своем тепле. Я все еще в бикини. Моя кожа все еще соленая.
Он полон заразительной энергии — его прикосновения легкие, а губы всегда на открытом участке моего тела — в волосах, на виске, на щеке. Я поворачиваюсь и обнимаю его за талию, прижимаюсь губами к его все еще небритому подбородку и шепчу о том, что чувствую с тех пор, как мы покинули холмы Бель-Эйр.
— Я не хочу возвращаться в город.
Он прижимает меня к себе крепче, бедро к бедру, грудь к груди.
— Тогда мы не вернемся, — просто говорит он.
Я знаю, что это неправда, но закрываю глаза и притворяюсь, что верю. Притворяюсь, что это может длиться вечно.
— Мне нужно кое-что тебе сказать, — говорит он, и это разрушает наш волшебный момент. — И мне нужно за это извиниться.
Глава 54
Эйден
Она застывает в моих объятиях.
Вдали солнце начинает садиться, озаряя небо буйством красок. Мне нужно это сказать. Даже если это разрушит наш мир. Мне нужно, чтобы она знала.
— Эйден...
— Джеффа уволили. Я уже тебе говорил.
Я целую ее в висок.
— Я провел большую часть утра на совещаниях. Блейк больше у нас не работает.
Она выпрямляется, ее взгляд устремляется на меня.
— Что?
— Он уволен, приказ вступает в силу немедленно. Сезон «Необитаемого острова», в котором он снимается, все еще будет транслироваться. Я не могу от этого отмахнуться. Но после этого он больше не появится в проектах «Титан Медиа» до конца своих дней.
Она медленно качает головой.
— Ты правда это сделал?
— Да. Ты не против?
Я внимательно смотрю на ее лицо.
— Тебе все еще... все равно?
— Забочусь ли я о нем? Конечно, нет.
Она выдыхает.
— Вау. Спасибо тебе за это. Ужасно благодарить тебя за то, что ты оставил двух людей без работы, но...
— Не расстраивайся, — говорю я. — Это было мое решение. Я возьму это бремя на себя. Не тебе его нести. Не после того, что они оба с тобой сделали.
Она снова выдыхает, и складка между ее бровями смягчается.
— Хорошо. Спасибо, Эйден.
— У меня также была встреча с моими финансовыми консультантами и бухгалтерами.
Я протягиваю руку и откидываю назад ее все еще влажные, жесткие от соли волосы.
— Ты мало заработала на «Риске».
Взгляд ее становится настороженным.
— Что ты имеешь в виду?
— То, что ты мне рассказала. Песня? Футболки?
Мой голос непроизвольно повышается, но я стараюсь взять себя в руки.
— Тебе должны были за это заплатить.
— Мне не нужны деньги за это.
— Люди эксплуатировали тебя и то, что с тобой случилось, а ты ничего не получила. Диджей с песней? Серьезно?
Я качаю головой, гнев мешает мне сохранять спокойствие.
— Тебе причитаются гонорары. Это твой голос они вставили в эту музыку.
Розовый отблеск играет на ее щеках. На переносице еще больше веснушек — свидетельство того, что мы весь день провели на солнце.
Она такая красивая. Купающаяся в угасающем свете, с развевающимися на ветру волосами.
— Прошло много лет, — шепчет она.
— И все же, это было неправильно. Позволь мне помочь с этим. Пожалуйста, Шарлотта. Пусть мои адвокаты разберутся. Ты заслуживаешь большего.
Она долго молчит, и я вижу, как поднимается и опускается ее грудь. Но затем она кивает.
— Хорошо. Я... хорошо. Спасибо. Никто об этом не подумал. Кроме меня тогда. Теперь... Ну, я считала, что это проигранная битва.
— Это не так. Я буду бороться за тебя, милая.
И я не остановлюсь. Я уже связался с журналисткой и подкинул ей идею для сюжета. Чтобы разобраться, насколько дискриминационными могут быть некоторые реалити-шоу. Я хочу публично опозорить Блейка, а не просто уволить его. Не хочу, чтобы его наняла другая телекомпания.
Она быстро моргает несколько раз, а затем падает мне на грудь с глубоким вздохом.
Я обнимаю ее.
— Эй, что случилось?
— Почему ты так добр ко мне? — бормочет она мне в шею.
Я усмехаюсь.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты очень, очень усложняешь соблюдение правила номер один.
— Ага. И не буду извиняться за это, Хаос.
Она откидывается назад и улыбается мне. Я улыбаюсь ей в ответ.
— А с пляжа хорошо видно это патио?
— Нет, если мы немного отойдем. Тогда нас смогут увидеть только киты и дельфины.
Она касается моих губ своими.
— Хорошо.
Шарлотта целует меня, и я возбужденно стону от ее прикосновений. Она сладкая. Я больше не буду использовать это слово, но нельзя отрицать, что она сладкая. Притягательная и восхитительная. Я крепко обнимаю ее и усаживаю к себе на колени.
Легко, так легко развязать ниточки на ее шее. Чашечки бикини спадают, и я провожу большим пальцем по твердому кончику ее розового, дерзкого соска. Мы целуемся, пока она не теряет хватку в моих объятиях, ее руки скользят между нашими телами, чтобы дотянуться до моего
