— Ну, тогда поздравляю. Уже уволился с прежней работы?
— Да. Вчера отправил заявление по электронной почте. Как только мне предложили эту работу.
— Ох.
— Ты в порядке?
— Да, — ответил Скотт. — Просто... у меня тёплые воспоминания о том смузи-баре.
— Ах. Придётся навестить меня на новой работе.
Кип ждал от Скотта привычной реакции. Но вместо этого тот сказал:
— Навещу. Обещаю. Как только... смогу.
— Будет к чему стремиться.
— Ага.
Кип потянулся к нему с поцелуем.
— Останешься? — спросил Скотт. — На ночь?
Кип провёл пальцами по его галстуку.
— Да. Конечно.
Скотт рвано выдохнул, а Кип прошептал ему в ухо:
— Чем бы ты хотел заняться?
— Не знаю.
— А как тебе такое — ты снимаешь этот чертовски сексуальный костюм, ложишься на кровать, а я пару часов целую каждый дюйм твоего тела?
Скотт улыбнулся ему в плечо.
* * *
Скотт дрожал на кровати. Ему было одновременно холодно и жарко: кожей он ощущал прохладу воздуха, а губы и руки Кипа обжигали, заставляя кровь кипеть подобно лаве.
То, что делал Кип, казалось почти потусторонним опытом. Медленно, осторожно целуя и лаская каждый участок его тела, тот словно составлял каталог. Кип покрывал поцелуями внутреннюю сторону одного бедра дразняще близко к члену, затем переключался на запястье и нежно его покусывал. Он лизал сосок, доводя Скотта до грани безумия, потом ласково проводил пальцами по его бороде.
Смесь блаженства и мучительной агонии — возможно, самый чувственный опыт в жизни Скотта. Когда-нибудь он обязательно отплатит Кипу тем же.
Наконец, Кип скользнул языком по его яйцам, и тихо мурлыкая, втянул одно в рот. Скотт ахнул и выгнулся.
— Я тебя люблю, — выдохнул он. — Так сильно люблю, и я всё исправлю. Обещаю. Я…
— Т-с-с, — прервал его Кип, заменяя рот рукой. Он нежно погладил набухший член, невесомо коснулся губами головки. — Ни о чём не думай. Просто расслабься. Позволь мне о тебе позаботиться.
Скотт вздохнул и закрыл глаза. Кип обхватил его член своими мягкими, чуть припухшими губами и принялся языком разбирать Скотта на части.
Удовольствие нарастало неотвратимо и восхитительно. Скотт чувствовал всё — каждое движение губ и пальцев Кипа. Он ощущал, как напрягается тело, как учащается пульс. Ему хотелось кончить, но в то же время — чтобы это длилось вечно.
Он хотел очень многого.
Но стремительно приближался к краю.
— Кип, — хрипло выдавил он.
Кип отстранился, вновь заменив рот рукой.
— Хочу это увидеть, — сказал он. — Покажи мне. Давай, малыш.
Скотт кончил, беззвучно и ошеломлённо, под взглядом своего прекрасного, идеального парня. Густые белые струи его оргазма брызнули на живот и грудь.
— Милый, это такой красиво, — сказал Кип, подползая ближе и целуя Скотта.
Тот с благодарностью ответил на поцелуй.
— Ты так добр ко мне, — прошептал Скотт. — Я тебя люблю. Не забывай, хорошо? Я тебя люблю.
— Не забуду.
Позже той ночью они лежали в темноте. Кип спал, положив голову на грудь Скотта. Он отдал Скотту так много, выложился полностью. И теперь, явно уставший, свернулся калачиком рядом.
Обнимая его, Скотт мысленно обещал себе стать мужчиной, который ему нужен. А затем счастливо погрузился в сон.
Глава 26
Скотт впервые за неделю хорошо выспался.
Проснувшись, он моргнул и услышал тихий, довольный вздох рядом. Он повернулся и увидел мирно спящего мужчину, которого любил. Белая простыня, укрывавшая их, соскользнула до впадины обнажённой поясницы Кипа. Его мягкие каштановые волосы беспорядочно спадали на глаза, несколько волнистых прядей касались лёгкой щетины на щеке. Лицо Кипа выглядело расслабленным и прекрасным, губы были слегка приоткрыты. Скотт приподнялся на локте и просто смотрел на него какое-то время.
Он наблюдал за спящим Кипом, пока, наконец, не выдержав, не провел нежно пальцами по линии его челюсти. Тот дёрнулся во сне и недовольно заворчал. Скотт улыбнулся и поцеловал его в плечо, то, что находилось ближе. Кип не пошевелился и не выразил протест, Скотт продолжил мягко целовать его спину, спускаясь вниз.
Он был бы счастлив остаться в этом тихом моменте навсегда.
Но также ему было немного скучно бодрствовать одному, поэтому он слегка прикусил Кипа за бок, чуть выше бедра, зная об особенно чувствительном месте.
Два лёгких укуса, и Кип начал извиваться, пытаясь отстраниться. Скотт усмехнулся.
— Доброе утро.
— Отвали, — пробормотал Кип в подушку.
— Сожалею, — сказал Скотт. — Не смог удержаться.
Он вернулся в исходное положение, лёжа на боку рядом с Кипом. Спустя какое-то время тот повернул голову и посмотрел на него.
— Привет, — его голос был мягким и счастливым.
— Люблю просыпаться рядом с тобой, — ответил Скотт.
— М-м.
Кип перекатился на спину и потянулся. Скотту нравилось, как напрягались мышцы на его руках и груди, и как тонкая простыня сползала ещё ниже с его бёдер.
— Который час? — поинтересовался Кип.
— А? — Скотт прошелся взглядом по дорожке темных волос, идущей от пупка Кипа вниз, под простыню. — Не знаю. Кажется, восемь.
Кип закрыл глаза и застонал.
— Чёрт. Надо вставать. Я обещал быть на работе к девяти, чтобы помочь обучить новичка.
— Точно? — спросил Скотт,
