проговорила, посмотрев на нее через плечо. – Совет вам да любовь!
И, больше не обращая на них внимания, скрылась в комнате.
Я надеялась, что успею справиться со всем до возвращения родителей. И если бы не рука, то так все бы и было. Но из-за сильной боли приходилось двигаться медленно и аккуратно. Я не могла понять, где именно болит рука: кисть или локоть. Боль простреливала так, что порой казалось, болит и плечо. Единственное, я надеялась, что это не перелом, иначе мне придется туго, поскольку пострадала правая рука.
Взяв небольшой чемоданчик, я сложила туда все самое необходимое: то, что может понадобиться в ближайшее время. Остальное заберу позже. Надеюсь, родители не выкинут мои вещи из-за того, что я решила уйти из дома.
Стоя в дверях, я услышала радостные голоса родителей на лестничной площадке. Испытав страх, что меня застукали с поличным, я хотела быстренько вернуться в комнату и уйти позже, когда выдастся удобный момент. Но неожиданно я вспомнила об ужасном поступке родителей и решила, что ничего ужасного не делаю. Так что бояться или стыдиться мне нечего!
Я наблюдала за тем, как открылась дверь, и в квартиру первыми вошли родители моего бывшего. Заметив меня, они счастливо заулыбались.
– Здравствуй, милая! – поприветствовала меня мама Юры, Олеся Тимуровна. – Рада тебя, наконец, увидеть в живую! – и женщина обняла меня. – Ну, дай я на тебя посмотрю. Ай да красавица! Я могу тебя уже поздравить? Срок хоть какой? Когда мне ждать внуков?
С родителями Юры я познакомилась уже давно. Мы общались часто по скайпу. Вот только Лизе об этом откуда знать? Она думает, что я не знакома с родителями ее жениха, что они не заметят смены невесты и примут ее как родную. Что ж, не хочется разочаровывать сестренку, но мне все же придется это сделать.
– Я тоже рада была с вами повидаться, – ответила я и немного грустно улыбнулась. – Только поздравлять не меня нужно. Ваша невестка сейчас находится в гостиной вместе с Юрой. А теперь извините, мне пора.
– Как? Куда? – растерянно проговорила Олеся Тимуровна, когда я с чемоданом прошла мимо нее. – Что здесь происходит? Юра!
На крик женщины из гостиной выскочил виновник событий, а в квартиру ворвались перепуганные родители вместе с мужем Олеси Тимуровны Вадимом Матвеевичем.
Пока все пытались узнать причину истерики Олеси Тимуровны, я под шумок выскользнула из квартиры.
Медленно бредя по темным улицам города, я пыталась решить, как теперь быть дальше. Первое время можно пожить у Катьки, а дальше? Постоянно скитаться по друзьям и знакомым – это не выход. Снять квартиру было бы замечательно, вот только денег у меня нет. Может, стоит бросить учебу и найти работу? Тоже не вариант, до конца учебы осталось каких-то жалких пару месяцев. И бросить институт, когда до диплома рукой подать, будет самым глупым моим поступкам. Тогда, может, вернуться домой? Родители не прогонят, знаю. Да, повозмущаются, возможно, устроят очередной скандал, но не выгонят. Продержусь как-нибудь до конца учебы, а потом уеду куда-нибудь.
Нет! Что за странные мысли? Сдаться так просто? Ни за что! Я справлюсь и с этим. К тому же я не одна. Катя поможет и поддержит. Мы обязательно что-нибудь придумаем!
Так за размышлениями я и дошла до дома, где подруга снимает квартиру. Кое-как поднявшись на третий этаж, волоча за собой чемодан и проклиная лифтеров за вечно сломанный лифт, я нажала на звонок, ожидая, когда Катя откроет двери.
Я позвонила ей сразу же, как покинула квартиру. Понимала, что уже поздно, знала, что она устала и, скорее всего, спит, но мне больше не к кому было обратиться. Но я зря опасалась, Катя, выслушав меня внимательно, в приказном порядке заявила, чтобы я ехала к ней.
– Ты что, ехала через Китай? – возмутилась подруга, открыв двери. – Я тебя еще когда ждала! А чего трубку не брала? – она тараторила, а сама уже и чемодан закатила в квартиру, и меня в нее затолкала. – Чего встала как вкопанная? Время видела сколько? Нам завтра на учебу, так что давай бегом переодеваться и в постель! Об остальном подумаем завтра.
А я неожиданно для нас обоих разревелась. Мне стало так жаль себя. Ведь у меня нет никого, кроме Кати. Даже не знаю, что было бы, если бы у меня ее не было. Она единственная, кто переживает за меня, кому не все равно, что твориться в моей жизни.
– Ну ты чего? – растерялась Катя. – Все же хорошо?!
Она сама не верила в это, но все равно спрашивала. А ведь ничего хорошего в моей жизни нет! Нет и никогда не будет!
– Кать, почему я такая непутевая? – сквозь всхлипы спросила у подруги.
– Нормальная ты! – буркнула раздраженно она. – Люди тебя просто окружают нехорошие.
– Ты хорошая, – успокаиваясь, проговорила.
– Неее, подруга! Я в первую очередь нехорошая! – сказала она и засмеялась, обнимая меня, чтобы утешить.
– Ай! – вскрикнула от боли, когда Катя затронула пострадавшую руку.
– Что? – испугалась подруга, отскакивая от меня как ошпаренная.
– Рука.
– Что с ней? Тебя что, били? – вскрикнула возмущенно Катя.
– Упала, когда потеряла сознание, – призналась, тяжело вздохнув.
– Ага, – немного спокойней произнесла она. – А сознание ты потеряла?…
– Наверное, перенервничала, – пожимая плечами, ответила ей.
– Ясно! Значит, планы наши немного меняются. Сейчас спать, а завтра вместо института пойдем в поликлинику!
– Может, не надо? – спросила, не желая идти никуда. – Само пройдет.
– Не начинай, а?!
Ну что я могу с собой поделать, если не люблю поликлинику и все, что с ней связано? Мне проще перетерпеть боль, чем отправиться туда.
Глава 8
– Кать, может, пойдем отсюда? – спросила подругу, которая уверенно шла по коридору поликлиники. – У меня уже рука не болит, честно.
Да, я понимала, что веду сейчас себя как маленький капризный ребенок, но ничего не могла с собой поделать. Трудно быть сильной и отважной, когда до смерти боишься врачей и все, что с ними связано. Не знаю, откуда появился этот страх, но сколько себя помню, никогда не любила поликлиники.
– Не выдумывай! – бросила она, идя дальше и внимательно всматриваясь в таблички на дверях. – Если у тебя перестала болеть
