Елена Любимова - Как подготовить ребенка к экзаменам. Советы для родителей в помощь детям

Темперамент – это качество врожденное, поэтому дети бывают сангвиниками и меланхоликами точно так же, как и взрослые. Более того, темперамент заметен по ребенку даже лучше, чем по взрослому, поскольку, если первые пока не умеют хорошо скрывать свои душевные движения, вторых целенаправленно учит этому жизнь в обществе.

Естественно, темперамент ребенка весьма заметно влияет на каждый отдельный момент его обучения в школе, хотя в целом это влияние можно скорректировать другими качествами его личности. Так, холерики – это дети «взрывные», способные начать скандал на уроке в ответ на бестактное замечание учителя, но и способные быстрее других среагировать на вопрос, новую ситуацию, новые знания. И если такие случаи не происходят с ребенком постоянно, он вполне может показать себя учеником способным и азартным, хотя и несколько непоседливым. А вот на экзамене как событии исключительном особенности темперамента сказываются значительно заметнее.

По большей части это влияние связано с тем, что центральная нервная система ребенка в периоды активизации и угнетения срабатывает всегда одинаково – эти особенности ее поведения на пике или спаде активности и зовутся темпераментом. С самого пробуждения в день экзамена и до его окончания нервная система ребенка попытается продержать пик напряжения – с целью как можно быстрее и эффективнее отреагировать на любые вызовы, которые буду брошены ей сегодня. Как мы понимаем, мыслительная способность коры головного мозга в моменты пика активности ЦНС тоже выше, чем в моменты ее спада – в конце концов, кора тоже является частью ЦНС! Потому-то, если ребенок «добирается» до экзаменационного билета, когда его нервы уже устали держать этот «накал» и их активность тормозится сама собой, блестящего ответа от него тоже ожидать не приходится, хотя еще час назад он был вполне на это способен.

Таким образом, совершенно необходимо учитывать среднее время ожидания «на взводе», которое может позволить себе его ЦНС, если судить о нем не по секундомеру, а по темпераменту.

Допустим, маленькие сангвиники, как и большие, способны быстро и стабильно включаться и выключаться по сотне раз на дню, в зависимости от необходимости.

А юные меланхолики способны на такой подвиг, как активная мыслительная или физическая деятельность, всего раз, после этого им нужен отдых и новый разгон.

Поэтому многим детям, как они говорят, легче идти в первых рядах сдающих, чем в последних. Их время ожидания коротко от природы, и чем заметнее затягивается период, проведенный под дверями экзаменационного класса, тем больше они устают, еще не приступив к работе. А для многих, напротив, жизненно важно «набраться решимости», постояв предварительно перед своим рабочим местом или входом в аудиторию, обсудив те или иные спорные вопросы с другими сдающими, словно «подпитавшись» их страхами и надеждами.

Очень плохо, если ребенок пропустит такой пик собственной активности. Он будет вынужден отвечать на экзаменационные вопросы, борясь с нарастающей апатией и сонливостью, чему затянувшийся страх, кстати, только способствует за счет своей способности ускорять выработку кортизона – гормона стресса.

Поэтому следует подсказать ребенку, что для него лучше – идти первым, чтобы поменьше «мотать себе нервы», или ближе к концу, если болтовня с одноклассниками снимет его «мандраж». Первый выход идеален для детей решительных, азартных, озорных – смело идущих на риск, любящих исследовать новое. Второй же может оказаться хорошим решением для ребенка медлительного, но основательного во всех своих поступках – привыкшего подумать перед тем, как делать что-то, склонного присматриваться ко всему новому с «почтительной дистанции».

Если ни мы, ни наш ребенок не можем определенно сказать, как долго он может выдерживать напряжение, будет лучше, все-таки, посоветовать ему идти в первой группе, чуть ближе к середине. Дело в том, что долгое ожидание выматывает, а короткое и среднее в этом плане не столь губительно для нервной системы.

Окончательное решение нужно принимать на основе собственных наблюдений за чадом, а для этого следует, в сущности, знать ответ лишь на один вопрос: терпелив ли он или ненавидит всякого рода проволочки и ожидание? Снижает ли это его интерес к предмету или, напротив, увеличивает его? Словом, нужно только знать свое чадо таким, каким оно является в обычной жизни и в периоды, когда ему волей-неволей приходится ждать какого-то важного события, не важно, хорошее оно или плохое.

Как и все взрослые, мы прошли длинный путь, многого добились и теперь ждем от своих детей таких же рекордов – ждем, что их достижения станут дополнительным поводом для нас гордиться и ими, и, следовательно, собой. Это вполне понятное желание каждого родителя. Однако следует помнить, что стремление «выжать» из ребенка то, чего он не захотел сделать для нас по собственной воле, обычно приносит обратные результаты. Не стоит рубить нити доверия и взаимопонимания, заставлявшие ребенка прислушиваться к нашему мнению, из-за оценки, которая не повлияет решительным образом на его дальнейшую жизнь.

Мы, в отличие от преподавателей, можем себе позволить игнорировать такие соображения, как количество часов, отведенных на изучение предмета, или обязательный план по контрольным и практическим занятиям. Это значит, что мы можем «доучить» ребенка всему, что он не смог или не захотел осилить в школе (или что школьная программа опустила «за ненадобностью»). Но все эти безграничные возможности реализуемы только при одном условии – если мы остаемся ребенку не только родителями, но и самыми близкими друзьями на свете!