class="p1">Северная пчела. 1829. № 58. С. 2;
Lipiński T. Zapiski z lat 1825–1831. S. 134;
Фалькович С. М. Польское общественное движение и политика царской администрации Королевства Польского (1815–1830). С. 407;
Kowalczykowa A. Królewskie wizyty Mikołaja I w Warszawie.
Фалькович С. М. Польское общественное движение и политика царской администрации Королевства Польского (1815–1830). С. 407; Zajewski W. Koronacja i detronizacja Mikołaja I w Zamku Królewskim. S. 15–28. Нельзя в полной мере согласиться с утверждением М. Д. Долбилова, что указание первых лет царствования Николая I на необходимость наследнику быть «столь же хорошим поляком, как и хорошим русским» выражало «формулу управления исключительно разнородной империей» (Долбилов М. Д. Поляк в имперском политическом лексиконе // Понятия о России. К исторической семантике имперского периода. Т. 2. М.: Новое литературное обозрение, 2012. С. 299). Очевидно, что формулировка как таковая содержала в себе и отсылку к конкретной польской ситуации и коронационным планам Николая.
AGAD. F. 191. № 19 (161). K. 11–12v, 24, 26–32.
Ibid. K. 24–25.
Уортман Р. Сценарии власти. Мифы и церемонии русской монархии. Т. 1.
Каштанова О. С. К истории коронации Николая I в Варшаве (1829 год). С. 44. Во время московской коронации императора герольды также были «одеты по древнему обычаю» (РГИА. Ф. 437. Оп. 3. Д. 287. Л. 3).
РГИА. Ф. 473. Оп. 3. Д. 63. Л. 4.
Там же; О коронации Его Императорского Величества. С. 419.
В русском варианте «Тебя, Бога, славим» (РГИА. Ф. 473. Оп. 3. Д. 63. Л. 4 об.).
[Kołaczkowski K.] Wspomnienia generała Klemensa Kołaczkowskiego. Krakow, 1900. Ks. III. S. 110.
Дивов П. Г. Из дневника П. Г. Дивова (1831 г.). С. 620.
Северная пчела. 1829. № 61. С. 2.
Milly A. de. Hommage offert à sa Majesté Nicolas I-er, Empereur de toutes les Russies, à L’ occasion de son couronnement comme Roi de Pologne [1829].
Ibid. P. 4–5.
Ibid. P. 6–8.
РГИА. Ф. 473. Оп. 3. Д. 63. Л. 3. Польский исследователь И. Гжелюк, отдельно занимавшийся вопросом использования тронов во время коронации Николая I в Варшаве, указывает также, что в документах Национального музея в Варшаве есть указания, что после Советско-польской войны 1919–1921 гг. и заключения Рижского мира (1921 г.) Польше были возвращены три трона-кресла. Два из них описаны следующим образом: «…PZS 2127, Кресло тронное резное, позолоченное, покрытое красным бархатом фиолетового оттенка с двойным широким и высоким галуном, на спинке есть накладное резное украшение, венчающееся короной. Старый номер: Музей Ленина 2710а. PZS 2128, аналогичный предыдущему. Старый номер: Музей Ленина 2710b.». Кресло под номером PZS 2127 в настоящий момент находится в Вавеле, второе (PZS 2128) – в Тронном зале Королевского замка в Варшаве. По мнению исследователя, из‐за отсутствия комментария в инвентарной описи невозможно связать третье тронное кресло (PZS 2129) с варшавской коронацией. Кроме того, в «Инвентарной описи Королевского замка Варшавы от 1837 г.» под позицией 2081 в качестве «тронного кресла царя Николая I» оно описано как «…тронное кресло с венцом (от 1786 г.), с фигурами, символизирующими Мир и Справедливость на спинке» (Grzeluk I. Zachowane elementy symboliczne z ostatniej koronacji na Zamku. P. 79).
РГИА. Ф. 473. Оп. 3. Д. 63. Л. 3.
Щиты, украшавшие тронное место и троны-кресла из зала Сената, были вывезены в Россию после восстания 1830–1831 гг. Часть из них была выставлена в Оружейной палате. В 1921 г. эти предметы были также возвращены Польше. Щиты сейчас находятся в коллекции Национального музея в Варшаве. Музейное описание, приведенное И. Гжелюком, гласит: «Щиты, от трона Николая I из Коронационного зала Королевского замка в Варшаве. 12 штук, овальные, часть покрыта бархатом ярко-красного цвета. На лицевой стороне резное изображение польского орла… с металлической литерой „М“. У четырех сохранились… короны, все… сильно изношены». В инвентарной описи они значатся под номером PZS 2130 (Grzeluk I. Zachowane elementy symboliczne z ostatniej koronacji na Zamku. P. 76, 79).
Ципринус. Николай Николаевич Новосильцев. С. 1737. В 1825 г. практика публичных сеймовых заседаний была отменена (Каштанова О. С. К истории коронации Николая I в Варшаве (1829 год). С. 41).
РГВИА. Ф. 846. Оп. 16. Т. 1. Д. 585. Л. 1 об. – 5 об.
РГИА. Ф. 473. Оп. 3. Д. 63. Л. 3 об.; Kurjer Warszawski. № 129. S. 5 (553); О коронации Его Императорского Величества. С. 428–429.
Lileyko H. Siennicki Paweł. S. 233; Каштанова О. С. К истории коронации Николая I в Варшаве (1829 год). С. 44; Kicka N. Pamiętniki. S. 170–171. Коронационное платье Александры Федоровны хранится в фондах Национального музея в Варшаве.
Katalog wystawy Powstania Listopadowego z uwzględnieniem czasów przed i popowstaniowych, Warszawa, 1931. S. 170 (poz. 1477).
В число представительских помещений коронации был включен также Тронный зал второго этажа. Именно здесь хранились привезенные инсигнии, именно отсюда Николай и Александра отправились на коронацию в зал Сената. Примечательно, что к этому залу примыкает Кабинет европейских монархов. Это помещение, фактически объединенное с Тронным в единое представительское пространство, было создано Станиславом Августом Понятовским и служило королю для секретных встреч. Здесь, в полукруглом маленьком кабинете, размещались портреты монархов – современников Станислава Августа, включая Екатерину II.
Gutkowski J. Ceremoniał koronacji Mikołaja I na króla polskiego w Warszawie. S. 5.
По сообщению польской прессы, здесь могли размещаться до 2 тыс. дам (Kurjer Warszawski. 1829. № 136. S. 591).
РГИА. Ф. 473. Оп. 3. Д. 63. Л. 7.
