агентство для планирования и координации». ОКНШ играл также важную роль в осуществлении программы ленд-лиза, осуществляя общее руководство деятельностью объединенных хозяйственных комитетов. По сведениям ПЗК СССР в США, главные конторы Объединенных комитетов по вооружению, сырьевым материалам и морскому тоннажу, располагались в том же здании, в котором находилась главная контора ОКНШ.
К числу причин и обстоятельств, препятствовавших размещению советских заказов в американских ведомствах, относились такие факторы, как выполнение аналогичных заказов для США. Например, «выполнение программы американского правительства по строительству эскортных судов, а также оборудования для производства синтетического каучука, ставило выполнение всяких других заказов в зависимое положение от этой программы». В результате, как правило, для советских заказов сознательно выдавались «низкие приоритеты», которые не обеспечивали быстрое выполнение заказов; сроки поставки оборудования для СССР были очень короткие», и их выполнение привело бы к нарушению графика производства оборудования для эскортных судов и синтетического каучука. В Военно-промышленном комитете ссылались на то, что в портах США уже скопилось огромное количество промышленного оборудования, что служило препятствием принятию решений по вопросам производства нового оборудования. Работники ПЗК жаловались, что «всякие запросы СССР, идущие вне протокольных статей, встречают огромное сопротивление со стороны различных кругов», «принятие решений сопровождается длительной дискуссией различных комитетов и подкомитетов»; «недоверие к нашим запросам, в связи с требованием большого количества материалов».
Правительственной закупочной комиссии СССР в США, удалось сделать немало для преодоления различных запретов в ходе продвижения советских заказов и собирания технической информации на американских предприятиях. Уже в первые месяцы работы работники ПЗК часто сталкивались с задержками советских заявок. Одной из причин они считали «запутанность учета», наличие у американцев двух видов учета по ленд-лизовским поставкам: 1) по числу поданных, размещенных и не размещенных реквизиций (заявок); 2) по отправочным документам, то есть на основе сводок уполномоченных в портах по отгрузкам на пароходах. Между данными этих двух видов учета нередко бывали расхождения. По второму виду учета советские органы опирались также на данные из сообщений транспортного агента с американской стороны — агентства «Мур Маккормик» (к деятельности которого у советской стороны было немало претензий). В начальный период деятельности ПЗК поступление многих документов вообще не регистрировалось, они шли зачастую «куда попало». В связи с этим работники ПЗК предлагали следующие меры: «Выделить людей в военные отделения промышленных районов, где бы наши люди вели наблюдение за движением отправки наших товаров», создать систему «единого учета, исходящего от оперативного аппарата»[959].
Механизм борьбы за размещение и выполнение советских заказов освещается в обширной текущей документации ПЗК. В качестве способов продвижения советских заявок работники ПЗК обычно предлагали следующие: упрощение заявок, приближение их к американским стандартам, усиление личного воздействия, контактов и прямого «нажима на американцев» для скорейшего продвижения заявок, борьба за присвоение советским заказам американскими органами более высоких «приоритетов» при поставках.
Один из традиционных методов добиться увеличения размещения соответствующих заказов — уменьшить заявки по некоторым другим видам оборудования — вызывал критику со стороны многих работников ПЗК. Они предлагали сделать ставку на другой метод — активного наступления и натиска на американскую сторону, или по их словам, метод «выжимания», с целью заставить выполнять обязательства. Как видно, эти методы часто возымели свое действие, что в деталях показано на примере истории составления Второго протокола ленд-лиза, рассчитанного на период с 1 июля 1942 по 30 июня 1943 г. Обстановка, в которой начались переговоры и работа по составлению Второго протокола, сложилась под влиянием крупного прорыва в отношениях СССР с США и Великобританией, связанного с поездкой наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова в Лондон и Вашингтон в июне 1942 г. и заключением советско-американского договора. Появилось нечто «новое в отношениях» между союзниками, даже «оттенки искренности при решении практических вопросов, связанных с аллокацией материалов и установление приоритетов для оборудования и материалов»[960]. Документы показывают, что СССР удалось добиться обещания американцами поставить индустриального оборудования в СССР на большую сумму, чем изначально планировали в США.
Новый комплекс проблем с размещением советских заказов возник с конца 1943 г., в связи с желанием американской стороны разграничить поставки по ленд-лизу и по кредиту, перейти к поставкам оборудования, которое могло быть использовано СССР после войны, на основе оплаты наличными. По Закону о ленд-лизе поставляемые материалы должны были использоваться исключительно для военных целей. Президенту Рузвельту удалось расширить применение Закона о ленд-лизе: в ленд-лизовские поставки для СССР было включено продовольствие и другое снабжение для гражданского населения, если это поможет населению оказывать содействие военным усилиям, а также оборудование для предприятий, если срок до вступления их в строй достаточно короток для того, чтобы данное предприятие могло работать на войну. Однако границу между поставками для военных целей и поставками для послевоенной реконструкции невозможно провести точно. В ходе встречи В. М. Молотова с послом США в СССР В. А. Гарриманом 31 декабря 1944 г. Гарриман передал предложение президента Рузвельта предоставить СССР кредит для закупки в США предметов, необходимых для послевоенной реконструкции.
С 12 мая 1945 г. в связи с прекращением военных действий в Европе американское правительство приняло скоропалительное решение о прекращении поставок по ленд-лизу, которое было сразу оспорено Закупочной комиссией, и поставки, хотя бы и в урезанном виде, продолжались до 20 сентября 1945 г. С 15 октября было подписано кредитное соглашение между СССР и США.
Во второй главе мы детально рассмотрели проблемы организации доставки грузов в порты США, их отгрузок и отправки в СССР, которые занимали главное внимание работников Правительственной закупочной комиссии. Наиболее сложным и трудоемким этапом осуществления на практике поставок по ленд-лизу в СССР явился этап транспортировки и отправки грузов. Не случайно нарком внешней торговли А. И. Микоян требовал от работников Комиссии составления пятидневных сводок по отгрузкам товаров в СССР.
Одной из главных причин невыполнения обязательств по Первому протоколу ленд-лиза явилось отсутствие достаточного количества кораблей для доставки грузов, а также огромные трудности транспортировки их через Атлантический океан. Проблема тоннажа продолжала оставаться «камнем преткновения» в деле доставки ленд-лизовских грузов и в дальнейшем.
Главная претензия американцев к советской стороне заключалась в том, что «очень часто меняются планы погрузки», что требовало зачастую полного изменения кубатуры и грузоподъемности, а суда, по выражению представителя американского транспортного агентства «Мур Маккормик» м-ра Триппа, «не резиновые». В ответ на это контр-адмирал М. И. Акулин, главный переговорщик от лица ПЗК, занимавшийся отгрузками в СССР, настойчиво повторял, что «м-р Трипп должен понять, что высокоприоритетные грузы, [такие] как алюминий, мы должны отправлять в первую очередь и с каждым пароходом»[961]. Изменения планов погрузки, — внушал он американцам, — связаны были с тем,
