падает народ, а при многих советниках благоденствует”. И еще, Притч. 15, 22: “Без совета предприятия расстроятся, а при множестве советников они состоятся”.
Здесь приводятся цитаты из Священного Писания, которые полезны для ведения войны
И вновь Притч. 20, 18: “Предприятия получают твердость чрез совещание, и по совещании веди войну”. И еще, Притч. 21, 22: “Мудрый входит в город сильных и ниспровергает крепость, на которую они надеялись”. И еще, там же: “Коня приготовляют на день битвы, но победа – от Господа” (Притч. 21, 31). И еще, Притч. 24, 5–6: “Человек мудрый силен, и человек разумный укрепляет силу свою. Поэтому с обдуманностью веди войну твою, и успех будет при множестве совещаний”. Также Притч. 19, 21: “Много замыслов в сердце человека, но состоится только определенное Господом”. Посему Господь говорит, Ис. 46, 10: “Мой совет состоится, и все /f. 358c/, что Мне угодно, Я сделаю”». И сказал Роберт своим: «Все вышесказанное необходимо для человека, желающего стоять во главе войска и сражаться с врагами, и все это, по произволению Господню, в нашем войске будет. Папой дана нам земля Апулии и Сицилии, и я видел там людей с деревянными ногами, и они говорят гортанью. «Встанем и пойдем на них; мы видели землю, она весьма хороша; а вы задумались: не медлите пойти и взять в наследие ту землю; когда пойдете вы, придете к народу беспечному, и земля та обширна; Бог предает ее в руки ваши; это такое место, где нет ни в чем недостатка, что получается от земли», Суд. 18, 9–10». Заметь, что Роберт упомянул деревянные ноги, то есть башмаки на деревянной подошве, которыми пользовались сицилийцы и апулийцы. Это были презренные и ничтожные, и ничего не стоящие людишки. Он сказал, что они говорят гортанью, так как, когда они хотят сказать: «Чего ты хочешь?», – произносят так: «ЧеГо ты Кочешь?»[1731]. Итак, он считал их ничтожными людьми, безоружным народом, «у которого нет ни войска, ни силы для крепкого ополчения», Иудифь 5, 23.
Их было три родных брата: первый – Роберт, второй – Гвискар, третий – монах Амвросий. Два брата говорили третьему: «Ты будешь сражаться своим посохом (то есть «будешь помогать нам своими молитвами». – Прим. Салимбене), мы же двое будем сражаться оружием и с Божией помощью скоро покорим их». И так и случилось. Узнав об этом, греческий император, боясь, как бы Роберт не вздумал идти на Константинополь, чтобы уничтожить всех греков, велел отравить вокруг него всю воду; и Роберт умер[1732], и остался брат его Гвискар, от которого произошли короли Сицилии[1733].
О королеве Констанции, которая была матерью императора Фридриха II
Итак, от Гвискара произошел король Сицилии Вильгельм[1734], а от него – король Вильгельм II. У него было много сыновей[1735] и одна дочь, /f. 358d/ которую звали Констанция. Перед своей смертью он завещал своим сыновьям, не знаю, по какому внушению, чтобы они не выдавали Констанцию замуж. Те, храня завет отца, держали ее при себе до тех пор, пока ей не исполнилось тридцать лет. Она была дурной женщиной и не давала покоя женам своих братьев и всей семье. Тогда, считая, что верно сказал мудрец, Притч. 25, 24: «Лучше жить в углу на кровле, нежели со сварливою женою в пространном доме», а также Сир. 25, 18: «Соглашусь лучше жить со львом и драконом, нежели жить со злою женою», а также Притч. 27, 15–16: «Непрестанная капель в дождливый день и сварливая жена – равны: кто хочет скрыть ее, тот хочет скрыть ветер и масть в правой руке своей», – братья сказали: «Выдадим замуж нашу сестру и отделим ее от нас». И они отдали ее в жены королю Генриху[1736], который был императором Генрихом VI, сыном великого Фридриха I; она в Анконской марке, в городе Ези, родила ему сына Фридриха II[1737], о котором говорили, что он был сыном какого-то мясника, а королева Констанция забрала его себе, изобразив, что это она его родила. Поэтому, сказал Мерлин[1738], что Фридрих II будет «неожиданного и удивительного происхождения» – либо потому, что его матери было уже много лет, либо скорее потому, что он был подложным сыном, приобретенным обманным путем.
Впоследствии[1739] император Генрих напал на Сицилию и Апулию из-за жены[1740] и захватил все королевство этих провинций. И, возвратившись в Германию, он услышал, что жители королевства, а именно сицилийцы и апулийцы, изменили ему. Поэтому, вернувшись туда вновь[1741], он увез оттуда ценности и расправился со знатью. /f. 359a / Королева Констанция, разгневавшись за это на своего мужа и возмутившись, вместе со своими людьми встала на защиту королевства[1742]. И были между ними разногласие и большая война, так что люди мудрые и образованные говорили: «Они не “жена и муж, согласно живущие между собою” (Сир. 25, 2), как учит Писание». Шутники же говорили: «Если кто-нибудь объявит королю шах, королева его не защитит». Итак, император Генрих в конце концов захватил все королевство и уничтожил знать, и, по обычаю тевтонских императоров, многократно выступал против Церкви. Наконец он закончил свои дни[1743], и Фридрих II, его осиротевший маленький сын, остался на руках Церкви, которая его вскормила и взрастила, надеясь, что он будет лучше своего отца. Но каков отец, таков и сын, и последний оказался даже намного хуже.
Предсказания Мерлина о Фридрихе I и Фридрихе II
Предсказания Мерлина о Фридрихе I и Фридрихе II:
«Фридрих Первый – по волосам агнец, по шерсти – лев[1744]. Он будет опустошителем городов. Он будет осуществлять это в границах между вороном и вороной[1745]. Он будет жить в Генрихе[1746], который погибнет во вратах Милаццо. Фридрих же Второй, неожиданного и удивительного происхождения, окажется агнцем среди коз, которые должны будут его разорвать, но не поглотить. Вспухнет ложе его и принесет плоды в близких из мавров[1747], и он будет жить в них. Затем он омоется своей кровью; он не будет покрыт ею долго, но угнездится в ней. Однако в третьем гнезде возвысится тот, кто поглотит предшествующих. Он будет львом, рыкающим среди своих. Будет весьма полагаться на свое благоразумие. Рассеет сыновей Цейлана (у Мерлина – Гайтана. – Прим. пер.). Разрознит и ослабит Рим. Будет дышать воздухом Иерусалима[1748]. В 32 года он рухнет
