В эти же дни в Бауманском районном суде проходит суд (шел до 12 июля) над бандой Геннадия Карькова по прозвищу Монгол. За последние два десятилетия это был первый суд над крупной вооруженной бандой в столице (в нее входило более 20 человек). Именно этим объяснялось то, что меры безопасности в здании суда и его окрестностях были приняты беспрецедентные: туда нагнали милицию, военных, случайные люди на слушания не допускались.
Как мы помним, костяк банды состоял из неоднократно судимых людей, которые "бомбили" в основном воротил теневого бизнеса: торговцев наркотиками, разного рода спекулянтов, фарцовщиков и т. д. Расцвет банды пришелся на 1970–1971 годы. С лета 71-го на след "монголов" вышли сыщики МУРа во главе с начальником отделения 2-го отдела А. Фроловым, которые заставили банду буквально разбежаться в разные стороны — ее участников потом отлавливали чуть ли не по всему Союзу (сыщики выезжали в Боровск, Харьков, Фрунзе, Чечено-Ингушетию). Переловили всех, вернее, почти всех. Например, в материалах уголовного дела № 8055 пять раз упоминалось имя Вячеслава Иванькова, но к суду его так и не привлекли за недоказанностью этих эпизодов. Тем не менее в отношении других обвиняемых у суда доказательств хватило: Карьков получил 10 лет тюрьмы и 5 лет ИТК строгого режима, еще четверо его подельников были осуждены на сроки от 10 до 12 лет. Оправдательных приговоров не было.
13 июля в Рейкьявике должна была состояться вторая партия шахматного матча между Спасским и Фишером. Но она не состоялась по причине неявки на нее Фишера. Не пришел же он потому, что организаторы матча не удовлетворили его просьбу — убрать из зала якобы скрытые там видеокамеры, направленные исключительно на него. Аргументы, что никаких камер в зале нет и быть не может, Фишер проигнорировал. В итоге, прождав его час, судья матча засчитал Фишеру поражение. Счет в матче стал 2:0 в пользу Спасского. Теперь уже не только советские СМИ, но и многие зарубежные поспешили поставить на американце крест: мол, не видать ему чемпионского титула. Но и они поспешили в своих выводах, поскольку уже 16 июля Фишер выйдет на третью партию во всеоружии и сократит разрыв до минимума — 1:2.
14 июля в Москве женился популярный киноактер Сергей Никоненко. Стоит отметить, что это был уже третий брак актера, причем два первых продлились почти одинаково: первый — два года, второй — полтора. Однако на этот раз Никоненко собирался жениться всерьез и надолго. За своей третьей супругой Катей Ворониной он ухаживал несколько лет — с тех пор, как в конце 60-х познакомился с ней во ВГИКе, где она училась на актрису, а он — на режиссера (до этого Никоненко уже успел закончить актерский факультет). Катя оказалась девушкой с характером, поэтому ухаживания взрослого и именитого мужчины долгое время воспринимала довольно сдержанно и в общении с ним старалась во всем подчеркивать свою независимость. К примеру, когда Никоненко приглашал ее в театр, она всегда платила за билет сама. Так продолжалось несколько лет, пока>в июле 72-го неприступная крепость наконец не сдалась.
Тем временем Александр Збруев наконец-то приезжает в Москву и сразу же отправляется на съемки "Большой перемены". 14 июля и на следующий день в 3-м павильоне "Мосфильма" снимали эпизоды в декорации "квартира Ганжи": Ганжа выясняет отношения с женой — учительницей литературы Светланой Афанасьевной (Наталия Богунова); к ним на квартиру внезапно приходит Нестор Петрович. Помните, Нестор вызывается отнести "забытые" учительницей сумки с продуктами, но в недоумении наблюдает, как Ганжа с аппетитом уплетает ее колбасу. "Это же ее колбаса!" — восклицает учитель истории. "Понимаю, потому и не могу ничего с собой поделать", — отвечает Ганжа.
В тот же день в Нальчике началась экспедиция группы, снимающей фильм "Земля Санникова". Как мы помним, после скандала, устроенного актерами в марте во время экспедиции под Ленинградом, было принято решение заменить одного из актеров — Сергея Шакурова. На его место взяли Юрия Назарова. Его работа над ролью началась именно с нальчикской экспедиции. Вот как он сам об этом вспоминает:
"Прилетел я на Северный Кавказ. В аэропорту у самолета меня встречал Мкртчян (Альберт Мкртчян — один из режиссеров фильма. — Ф. Р.). Мы познакомились. Уже на месте я начал догадываться, что чем дальше, тем будет хуже. Знаете, все, что есть в человеке — ум, благородство, любые яркие душевные качества, — всегда светятся, их никуда не спрячешь, они на виду. Так и с полной их противоположностью. Это был как раз тот самый случай…"
Между тем другой актер — Олег Даль — на съемки в Нальчик приехал со своей женой Елизаветой. Как мы помним, всего лишь месяц назад в отношениях супругов едва не наступил окончательный разрыв (Лиза даже вернула Далю обручальное кольцо), но теперь все плохое забыто, и они вновь наслаждаются жизнью вместе. После пьяных гастролей в Горьком (на одном из спектаклей — это был не любимый им "Выбор" — Даль так "нализался", что лег по ходу действия на шкуру белого медведя, расстеленную на сцене, и потом не смог с нее встать, из-за чего его пришлось поднимать коллегам-артистам) его вынудили написать заявление об уходе из ленинградского Ленкома, но Даль не сильно переживает — сам давно хотел уйти из этого театра. Отмечу, что до поездки в Нальчик Даль в течение нескольких дней работал на "Ленфильме" (в филиале Сосновые поляны), где в павильонах режиссер Иосиф Хейфиц начал снимать картину "Плохой хороший человек". Даль играл в нем одну из главных ролей — Лаевского.
Тем временем на самой студии "Мосфильм" из-за жуткой жары царит безлюдье. Практически все режиссеры (кроме Коренева и еще пары-тройки других) стараются снимать на свежем воздухе, на натуре. Так, режиссер Евгений Карелов работает над фильмом "Я, Шаповалов Т. П.". Как мы помним, на главную роль в нем претендовал Высоцкий, но его кандидатуру завернули на самом кинематографическом верху. В итоге роль Шаповалова досталась Евгению Матвееву. Натурные съемки проходили под городом Дзержинском на реке Оке. Однако из-за засухи почти вся средняя полоса России была охвачена пожарами: горели леса и торфяники. Не стали исключением и окрестности Дзержинска. Руководство города бросило на тушение огня все подручные средства, в том числе и солдат, которые были выделены для съемок фильма про Шаповалова. Карелов, зная, что ему лично военные ничего не дадут, отрядил для этой миссии Матвеева, как-никак — звезда. Сказал: попроси хотя бы сто человек вместо положенных пятисот. Матвеев отправился к комдиву Васильеву. Но когда он туда явился, ему сказали, что комдив вот уже несколько часов как вместе с солдатами тушит пожар. Далее послушаем самого Е. Матвеева:
"Очертя голову кинулся я в охваченный пламенем лес. Дым, гарь… Ревут бульдозеры, танки… Нашел штабную палатку, вошел. Над шатким столом склонились, глядя в карты, офицеры…
Я стою, молчу: не знаю, как в этом пекле можно заводить разговор про кино.
Генерал Васильев вдруг выпрямился. Лицо его в саже, струйки пота текли по щекам, глаза светились яростью.
— Что здесь артисту н-н-надо?! — заорал он на меня, заикнувшись на последнем слове.
Я, опешивший от его вида и бешеного гнева, совершенно непроизвольно принял стойку "смирно". Так же на крике отрапортовал:
— Уже ничего, товарищ генерал! — И, совершив "кругом!", вышел из палатки.
Задыхаясь от дыма, кашляя, шел я к машине, а в душе ликовал: я увидел живого, настоящего Шаповалова! Я увидел генерала в бою с врагом, с которым воевать его никогда и никто не учил, — с огнем. Я увидел человека на пике творчества: он творил победу над пожаром. Он и есть мой Шаповалов! Не служака "от звонка до звонка". Он — вдохновение, он — азарт!
Не успел я сесть в машину, как подбежал майор и сказал:
— Генерал приказал собрать в дивизии всех солдат, которых по разным причинам нельзя было брать на пожар, и отправить к вам на съемки. Думаю, таких сотни полторы наберем…
Съемки состоялись…"
На всяких съемках, как обычно, происходит масса забавных случаев. Не стала исключением и эта лента. Вот лишь один из них. Снимался эпизод нападения красных конников на белую баржу. По сюжету красные с берега должны были сначала обстрелять баржу из артиллерийских орудий, а затем захватить с помощью конницы. Чтобы снять этот эпизод, пришлось долго уговаривать множество различных инстанций: от рыбнадзора и охотохозяйства до МВД. Наконец, "добро" получили. И вот — съемка.
Пальнув несколько раз из орудий, красные во главе с Шаповаловым бросились в атаку на баржу. Однако, взлетев на плавучее судно, актеры замерли от удивления: все "беляки", а также весь обслуживающий персонал съёмочной группы бултыхаются в воде, вылавливая рыбу, которая всплыла вверх, оглушенная разрывами снарядов. Съемка, естественно, была сорвана. Зато вечером вся гостиница, где проживали киношники, издавала на весь город рыбные запахи: варились, жарились добытые из реки трофеи.
