89
Седов. 1982. С. 27–28; Славяне и их соседи. 1993. С. 122.
Седов. 1982. С. 29–34; Славяне и их соседи. 1993. С.122.
Третьяков П.Н. Финно-угры, балты и славяне на Днепре и Волге. М., 1966. С. 259–264; Третьяков П.Н. Древности второй и третьей четвертей I тысячелетия до н.э. в Верхнем и Среднем Подесенье // Раннесредневековые славянские древности. Л., 1974. С. 49 след.
Седов. 1982. С. 29,33–34; ср.: Терпиловский Р.В. Ранние славяне Подесенья III–V вв. Киев, 1984. С. 74–83. Судя по аргументации Р.В. Терпиловского и Е.В. Максимова, «нет ни археологических, ни лингвистических оснований для соотнесения всех этих родственных между собой групп памятников [киевских, колочинских и т. д.] со славянским населением». Тем не менее делается «вывод о принадлежности киевской культуры одной из крупных групп предков ранних исторических славян» (Славяне и их соседи. 1993. С. 122). В справедливости этого осторожного определения сомневаться не стоит. Вместе с тем с учетом вышесказанного ясно, что считать как минимум колочинцев славянами оснований нет, кроме социально-экономического и культурного сходства. Соседние, родственные и сходные по хозяйственному типу народы — славяне и восточные балты, — естественно, должны быть отчасти близки с точки зрения общественного уклада и быта. Киевская культура могла быть, с учётом судеб потомков её создателей, смешанной балто-славянской.
Iord. Get. 36; Свод I. С. 108–109.
См. карты: Седов. 1982. С. 20, 31.
Их упоминает Птолемей (Свод I. С. 50–51), локализуя близ Уральских гор (вероятно, южной оконечности). Возможно, упоминание Саурики за Доном на Певтингеровой карте фиксирует движение саваров на запад. Очевидно, сюда же относится гуннский этноним «савиры» как результат гунно-аланского смешения.
Топоров В.Н., Трубачев О.Н. Лингвистический анализ гидронимов Верхнего Поднепровья. М., 1962. С. 226; Седов. 1982. С. 138. Ср. еще Sebbirozi и Zabrozi «Баварского географа» (Назаренко. 1993. С. 13–14). Из них первое явно отражает славянское «северцы»; возможно, от того же корня и второе. Но предпочтительнее возводить его к самоназванию не иранцев, позднейших севруков, а гуннов — савир.
Седов. 1982. С. 24.
Назаренко. 1993. С. 13–14.
ЭССЯ. Вып. 4. С. 149–152.
Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. М., 1986. Т. IV. С. 55. О возможной связи с Attorozi (и Aturezani?) «Баварского географа» см.: Назаренко. 1993. С. 29–30 (Примеч. 30), 31 (Примеч. 46).
ЭССЯ. Вып. 5. С. 183. Аналогично и происхождение гидронима *Е)ъпергь (ЭССЯ. Вып. 5. С. 182). Вероятнее всего возводить эти названия к контактам праславян с антами и дакийцами в начале Черняховского периода.
Птолемей говорит о сербах (к западу от Нижней Волги — Свод I. С. 52–53) вполне определенно. О.Н. Трубачев обосновывал для этнонима «сербы» индоарийскую этимологию (Трубачев. 1999. С. 74–75, 277) и связывал его с синдомеотскими племенами, что в целом соответствует данным Птолемея.
См.: Седов. 1982. С. 12 (находки керамики колочинского типа на поселении Рашков), 22 (о близких к колочинским домах с центральным столбом на днестровских поселениях), 26, 30, 33, 40. Впрочем, колочинские женщины, изготавливавшие посуду на антских поселениях, могли быть и полонянками.
Седов. 1982. С. 24. М.И. Артамонов даже выделял из пеньковской особую «пастырскую культуру» и относил ее болгарскому племени кутригур (Артамонов М.И. Етническата принадлежност и историческоото значение на пастирската култура // Археология. № 3. София, 1969. С. 1 и след.).
См.: Плетнева С.А. Хазары. М., 1986. С. 15–18.
Дорн Б. Каспий. О походах русов в Табаристан. СПб., 1875. С. 37. После этого Джамасп якобы «завладел и странами обоих народов». Это выглядит уже как чистый, хотя, возможно и древний вымысел. Невероятно полагать, что в своей акции возмездия Джамасп достиг каких бы то ни было славянских (антских или тем более словенских) земель.
Balcano-Slavica. I. Beograd, 1972. P. 9–42; Федоров — Полевой. 1973. С. 293–297 (о расселении славян из Прутско-Днестровских областей, то есть носителей пеньковской керамики и антских украшений — пальчатых фибул, в Румынии); Седов. 1982. С. 19–20.
Седов. 1982. С. 12.
Об этом см.: Moravcsik G. Byzantinoturcica. Berlin, 1958. B. 1. S. 108.
См. карты: Седов. 1982. С. 13, 20.
Седов. 1982. С. 20.
Седов. 1982. С. 12,13,19–20. Ср.: Федоров — Полевой. 1973. С. 293–296.
Федоров — Полевой. 1973. С. 293–294; Седов. 1982. С. 20.
Balcano-Slavica. 1972; Федоров — Полевой. 1973. C. 296–297; Седов. 1982. С. 19.
ПСРЛ. Т. 1. Стб. 6, 11.
Proc. Bell. Goth. VII. 22:1; Свод I. С. 186–187 (ср. примечание Л.А. Гиндина, В.Л. Цымбурского и С.А. Иванова — Свод I. С. 233. Примеч. 118).
Славяне и их соседи. 1993. С. 178.
Федоров — Полевой. 1973. С. 294.
Псевдо-Кесарий (Свод I. С. 254). Некоторые исследователи считали фисонитов (данубиев) Псевдо-Кесария мифическим народом, что противоречит их четкой локализации. Л. Нидерле отождествил их в итоге со славянами-дунайцами (Нидерле Л. Славянские древности. М., 2000. С. 485), что с учетом противопоставления словен и фисонитов в автора совершенно невероятно. Скорее всего, данувии — тогдашнее самоназвание рипианов (в Дакии по обе стороны Дуная), которые, по словам Псевдо-Кесария, называют Данувием Дунай (Свод I. С. 255).
Свод I. С. 254.
Федоров — Полевой. 1973. С. 297–298; Согща М. Die Slawen im Karpatisch-donaulandischen Raum im 6–7 Jh // Zeitschrift für Archaologie. 1974. B. 7; Kurnatovska Z. Die «Sclaveni» im Lichte der archaologischen Quellen // Archeologia Polska. Wrocław, 1974. Vol. 15.
См.: Федоров — Полевой. 1973. С. 293,298; Седов. 1995. С. 95–100.
Федоров — Полевой. 1973. С. 298.
*byvolъ, «буйвол, вол» (ЭССЯ. Вып. 3. С. 158–159); *саръ, «козел» (ЭССЯ. Вып. 3. С. 172–173); *košara, «загон для скота» (ЭССЯ. Вып. 11. С. 183–185); *mьrtьčina, «падаль» (ЭССЯ. Вып. 21. С. 151 — возможно, отчасти связано с исконнославянским *mьrtvьčina) и т. д. К балканским романским могут быть отнесены те заимствования из классической и народной латыни, которые отложились в восточной группе южнославянских языков (болгарском, македонском), а также заимствования с более или менее ясными восточнороманскими диалектными чертами. Им противостоит группа альпийских романских заимствований, отсутствующих или слабо представленных в восточных южнославянских языках (например, *xolča, *loktika).
Термины, связанные с бытом (*ban’a, *jьstьba, а также *bьtь, *bьtarь, «бочонок»), денежным обращением (*cęta), садоводством и растительностью вообще (*čeršьna, «черешня», *kdun’a, «айва», но и *baka, «ива»), виноделием (*mьstь, «муст») и др. — см.: ЭССЯ.
См., в частности: Рикман Э.А. К вопросу о славянских чертах в народной материальной культуре Молдавии // Краткие сообщения Института истории материальной культуры. 1954. Вып. 56.
Федоров — Полевой. 1973. С. 286.
Седов. 1982. С. 14, 18.
Ср.: Седов. 1982. С. 18; Славяне и их соседи 1993. С. 174 — словене Закарпатья хоронили умерших в грунтовых могилах, ставя урны с остатками кремации на кострищах с вымостками из камней; их предшественники же хоронили своих умерших в курганах, ставя урны в ямки, вырытые под кострищем, прикрытые каменной плитой.
