Однако в связи с изменением «положения о “Мур Маккормике”», Акулин поставил вопрос, «чтобы оплату счетов производили не мы непосредственно, а “Мур Маккормик”. Документы должны предъявляться “Мур Маккормиком” в Уор Шипинг Администрейшн». И, по словам контр-адмирала, такое решение состоялось. С января 1944 г. «закупку всех продуктов технического снабжения, необходимых для наших судов, будет производить Закупочный отдел “Мур Маккормика”»[415]. Этот отдел должен был также оплачивать счета.
На практике в деле снабжения советских судов возник большой перерасход средств. По установленному порядку, по словам Акулина, «заявки должны подавать наши уполномоченные в портах. Списки на снабжение уполномоченные составляют совместно с капитанами, а “Мур Маккормик” приобретает все снабжение (за исключением снабжения, необходимого для ремонта судов). Наши уполномоченные сдают документы Морской комиссии, с которой они производят расчет». Однако на практике получилась, что «наши капитаны составляли заявки бесконтрольно, эти заявки выходили за пределы всяких норм, капитаны… не заботились о стоимости. Часто в документах указывали цены, каких вообще не существует». И, как докладывал Акулин, создавалась безвыходная ситуация: «Мы не можем не оплатить, т. к. капитаны уже расписались…»[416]
В результате «мы сейчас израсходовали 10 млн долл., а получили на 2 млн, а не 8 млн. Никакой компенсации не получили». Заместитель председателя ПЗК предлагал установить жесткий контроль над расходами по снабжению, однако считал, что «силами наших людей мы не сможем обеспечить это дело — мы можем взять в западных портах американских работников, т. к. нет советских людей. Категорию уполномоченного по снабжению надо ввести по каждому порту… Работу будет вести “Мур Маккормик”, но ее необходимо контролировать».
Заместитель председателя ПЗК К. И. Лукашев добавил в ходе обсуждения, что «наши уполномоченные должны акцентировать счета, через них должны проходить заявки». А представитель «Амторга» М. Гусев указал, что «эти уполномоченные должны также обслуживать наше командование, пока обслуживание поставлено плохо»[417].
М. И. Акулин выразил свое согласие с тезисом, что «дело снабжения наших судов надо централизовать и хорошо, что это надо передать в одни руки — “Мур Маккормику”». По поводу норм снабжения судов он поспорил с утверждением Гусева, что «наши капитаны берут все что надо и не надо». В этом деле, с его точки зрения, имела место другая тенденция: в нормах снабжения «нас ограничивали американцы» — «еще хотели купить, а нам американцы говорят, что поставить не могут, т. к. торговые суда покупают техническое снабжение, уходят в Союз и там все оставляют. Приходят сюда и требуют все заново…». Он цитировал высказывания американской стороны: «Что вы делаете, мы только что снабдили полностью п/х “Советская Латвия”, а этот пароход снова пришел без единого троса»[418].
Такая же практика имела место и в более широких масштабах, с продовольствием. По мнению Акулина, это было связано и со стремлением помочь своей тяжело воевавшей стране, и сделать запасы для себя: «Моряки стараются как можно больше брать продовольствия и, насколько мне известно, большую часть продовольствия они сдают в наши госпитали и другие организации… Команда берет больше продовольствия и потому, что они используют это продовольствие, когда идут в обратный рейс из Советского Союза.
Один капитан дал заявку на мясо, приходит представитель американской администрации и заявляет, что у них положено 2 фунта на человека в неделю, а наши капитаны берут мяса или сахара с запасом на год. Мы берем продовольствия, которого хватило бы не меньше, как на 8 месяцев. Я говорил с капитанами, они отвечают, что эти продукты сдают в Союзе»[419].
В качестве «утешения» контр-адмирал добавил, что в последнее время Наркомморфлот отпустил колоссальную сумму денег на снабжение, поскольку суда находились в очень плохом состоянии. Вопрос же о нормах технического снабжения советских судов он предложил согласовать с НКВТ.
Общее руководство по снабжению советских судов по Западному побережью Акулин предложил возложить на уполномоченного советских судов тов. Хабалова, согласно схеме, уже утвержденной наркомом А. И. Микояном. Предложение иметь в портах представителей по снабжению советских судов было поддержано в выступлении К. И. Лукашева.
В результате обсуждения вопроса ПЗК постановила: «1. Комиссия признает работу по снабжению советских судов и обслуживанию команд советских судов в портах важной задачей и поэтому требующей немедленной организации. 2. Поручить тт. Гусеву, Акулину, Лукашеву 7 января 1943 г. донести наркому положение дел по вопросу обслуживания советских судов и просить разрешение снять двух человек с советских судов для заполнения штатных должностей инспекторов по снабжению в портах Сан-Франциско и Сиэтл, учитывая, что для порта Портленд такой инспектор уже имеется. 3. Предложить тов. Гусеву нанять нужное количество американских сотрудников для обслуживания инспекторов по снабжению в портах Сан-Франциско, Портленд и Сиэтл. 4. Адмиралу Акулину и Гусеву выработать положение-инструкцию как руководство в работе Уполномоченного Комиссии по снабжению и обслуживанию советских судов на Западном берегу тов. Хабалова»[420].
Свои особенности имела наземная транспортировка ленд-лизовских грузов через «персидский коридор». О налаживании маршрута через Иран свидетельствовала активная переписка между представителями НКВТ и военного и политического руководства СССР летом – осенью 1942 г. Об организации транспортировки докладывали начальник Советского транспортного управления в Иране (СТУ) генерал-майор технических войск Королев и военный комиссар СТУ, старший батальонный комиссар Гатилов заместителю наркома внешней торговли А. Д. Крутикову и начальнику штаба Главного управления тыла Красной Армии генералу Мидовскому от 18 июля 1942 г.: «Для обеспечения перевозки танков и военных автомашин СТУ провело следующие мероприятия:
1) Совместно с англичанами был пропущен от Бендер-Шахпура до Бендер-Шаха и до Полидехтара пробный поезд с одним груженым танком (предоставленным англичанами для проверки габарита и условий выгрузки Б[ен-дер–]Шаха)[421].
Результат поездки удовлетворительный. Пропуск танков по габариту обеспечивается. Пробная выгрузка Б[ендер–]Шаха танков[422] краном дала удовлетворительные результаты.
2) Охрану эшелонов с танками обеспечивают части Красной Армии от портов Персидского залива до места назначения.
3) Соответствующие инструкции по перевозке, по охране, по выгрузке в порту Б[ендер–]Шах СТУ англичанами разработаны и посланы на места.
4) Станция Полидехтар и Б[ендер–]Шах к выгрузке танков и автомашин подготовлены.
5) Прибытие первого парохода ожидаем на днях»[423].
20 августа 1942 г. заместитель начальника ГАБТУ генерал-майор танковых войск Коробков и военный комиссар ГАБТУ Красной армии 2-го ранга Бирюков обратились с письмом к заместителю наркома внешней торговли Крутикову, с целью пресечь попытки транспортировки танков «своим ходом». В письме, в частности, говорилось: «Прошу передать в Иран начальнику военной приемки инженер-подполковнику тов. Ленгник шифртелеграмму следующего содержания: Ваше донесение от 8.8.42 г. получено, приняты меры. Калинского с начсоставом отзовите к себе.
Транспортировку танков своим ходом от Шахи до Новшехера не разрешаю. Разрешаю использовать этот путь лишь для колесных машин при
