налога на крупный капитал в размере от 4 до 17 %, выпуск государственных займов и установление контроля над переводом капиталов за границу. Меры были утверждены палатой депутатов, но вновь заблокированы сенатом и Блюм снова подал в отставку.
Народный фронт к тому времени, из-за нарастающего разногласия между партиями, фактически перестал существовать: ФКП неуклонно поддерживая правительство, тем не менее, по мере обострения кризиса требовала все более решительных действий; СФИО, подобно всем партиям социал-демократического толка, не могла пойти на них, но и одновременно не могла и предложить какой-либо другой альтернативы. В результате правительство стремительно приближалось к банкротству: до конца 1937 г. оно должно было выплатить 23 млрд франков, а в казне было 6,5 млрд. Недобор по косвенным налогам в апреле составил 251 млн. франков1134.
Положение ФКП усугублялось «политическими процессами», начинавшимися в СССР. Резонанс московских процессов, предупреждал Р. Роллан, «во всем мире, особенно во Франции и Америке, будет катастрофическим». Он предлагал направить Сталину письмо и попытаться заставить его задуматься, «какие плачевные последствия для «Народного фронта»…, для совместной защиты Испании будет иметь решение, приговаривающее осужденных к смертной казни»1135. «Обвинения на московских процессах, – подтверждал лидер австрийских социал-демократов О. Бауэр, – подорвали доверие к Советской России»1136. «Варварство репрессий, – подтверждают историки К. Макдермотт и Д. Агню, – заставило отшатнуться либералов и социалистов»1137.
Позицию СФИО, в свою очередь, подрывало продолжение политики «невмешательства» в испанские дела и «умиротворения» Германии. Именно «эта моральная капитуляция перед лицом фашизма, активно боровшегося против Испанской республики, разложила французский «Народный фронт» сильнее, чем экономические проблемы, – приходит к выводу А. Шубин, – Стало ясно, что французский «Народный фронт» не готов к более глубоким преобразованиям и, следовательно, не имеет перспективы. Дальше можно было только отступать. В результате Блюму пришлось бесславно уступить власть либеральным партиям, а сторонники «Народного фронта» были деморализованы. С момента начала «невмешательства», а не после «паузы» Блюма, начинается агония «Народного фронта» во Франции»1138. Последним камнем на могиле Народного фронта стала поддержка СФИО, подписанного Э. Даладье, Мюнхенского сговора1139.
На смену Народному фронту пришло правоцентристское правительство Даладье, которое сразу взяло курс на мобилизацию власти. Это вызывало взрыв возмущения у социал-демократов: «неслыханно…, – восклицал Блюм, – требовать этой деспотичной власти от имени правительства, непредусмотрительность и слабость которого проявились на глазах у всех»1140. В ответ 11 апреля 1938 г., Даладье, обосновывая на заседании кабинета свои меры, заявил, что: «страна утомлена и она выметет всякое слабое и колеблющееся правительство»1141. Получив чрезвычайные полномочия, правительство Даладье повысило налоговое обложение трудящихся, провело третью девальвацию франка, ревизовало закон о 40-часовой рабочей неделе и обрушилось с репрессиями на стачечников1142.
А война уже стояла на пороге: «Наступил момент настоящего и добровольного национального союза…, – отмечал Даладье – Война или мир? Я действительно верю, что можно еще избежать войны, если Франция создаст у себя единый фронт. Если газеты не прекратят свою полемику и свои неосторожные акции, то я решительно настроен использовать твердость… Я заставлю замолчать прессу. Она говорит слишком много глупостей, а время пришло слишком серьезное, чтобы позволить ей это делать»1143. Даладье требовал предоставления ему чрезвычайных полномочий: «Я не верю, что возможно с помощью нормальной процедуры бороться против государств, которые… имеют перед нами преимущество в быстроте и в абсолютной тайне. Как спасти демократию? Как спасти Республику?»1144
В мае-июне 1940 г. Республика была разгромлена Германией за 45 дней и капитулировала, потеряв всего 80 тыс. солдат. Лидер консервативных сил, прославленный маршал Ф. Петен создал коллаборантское правительство Виши, активно сотрудничавшее с немецким фашизмом. И в этом не было ничего случайного, еще в январе 1940 г. английский посол сообщал из Парижа, что правые «элементы среди правящего класса… благодаря своему страху перед большевизмом, будут рады заключить мир с Германией»1145.
Мы наняли Гитлера
Какие бы тоталитарные тенденции ни намечались в Веймарской республике и в немецкой мысли того времени, маловероятно, что Гитлер пришел бы к власти, если бы не разразилась Великая Депрессия…
Дж. Кейнс1146
Старт бурному экономическому развитию Германии дало ее объединение – с 1871 по 1913 гг. она увеличила выпуск промышленной продукции в 5 раз, в то время, как Англии всего в 2 раза1147. К Первой мировой, по объемам промышленной производства, Германия обогнала Англию и вышла на второе, после США, место в мире. Германия имела самое развитое и политически организованное, представленное в парламенте, социал-демократическое движение[55], и самое передовое социальное законодательство: Германия первой еще в 1880-х гг., по инициативе Бисмарка, приняла законы о страховании по болезни, безработице, увечьям, пенсий по старости, правда их размеры и были весьма ограничены. Так закон о пенсиях по старости предусматривал их выплату только после 70 лет, до которых тогда редко кто из рабочих доживал. В начале 1890-х гг. был введен обязательный воскресный отдых, 11-часовой рабочий день для женщин и запрещен труд детей не достигших 13-лет.
Своей стратегической целью, закрепленной в программе 1891 г., социал-демократическая партия Германии (СДПГ) продолжала ставить отмену частной собственности. Однако тактические задачи партии отражали взгляды Э. Берштейна, который в своей книге «Предпосылки социализма и социал-демократии» (1899 г.), писал, что капитализм существенно изменился со времен Маркса и продолжает меняться, и что лозунг классовой борьбы необходимо сменить на лозунг классового сотрудничества, постепенного врастания капитализма в социализм1148. И СДПГ всеми силами старалась укрепиться, в качестве легальной парламентской партии. Она стала реальной политической силой, получив на выборах 1912 г. 4,5 млн. голосов и завоевав более четверти мест, в Рейхстаге.
Лозунг классового сотрудничества стал далеко не последним, когда сильнейшая партия II Интернационала, вопреки многочисленным решениям довоенных партийных съездов, спустя несколько дней после начала Первой мировой проголосовала за войну – за военные кредиты. Откровенно провластная позиция СДПГ, на фоне обострения экономических и социальных проблем во время войны, привела к тому, что в апреле 1917 г. из нее выделилась группа независимых социал-демократов (НСДПГ) выступавшая против предоставления военных кредитов. За один год число членов НСДПГ выросло до 100 тыс. чел.
Революционная ситуация в Германии осенью 1918 г. привела к свершению «либеральной революции» сверху: в конце сентября Вильгельм II выпустил манифест о введении в Германии парламентской системы правления. 3 октября было сформировано «коалиционное монархически-демократическое правительство», во главе с принцем М. Баденским. В правительство были приглашены представители СДПГ Ф. Эберт и Ф. Шейдеман. Рейхстаг объявил об амнистии политзаключенных, отменил прусскую 3-классную избирательную систему и ввел всеобщее избирательное право. Однако новое правительство не только не смогло переломить ситуацию, но и наоборот лишь способствовало углублению кризиса.
