class="p1">В стране наступал хаос: «в Германии проливается братская кровь, – описывал то время Э. Людендорф, – Германское достояние уничтожено. Государственные деньги растрачены и употреблены на эгоистические цели; финансы империи, отдельных государств и общин расшатываются с каждым днем. Народ с пониженным нравственным чувством разгуливает, пользуясь свободой революции; низменные инстинкты получили полный простор и не считаются ни с чем. Везде господствуют хаос, страх перед работой, обман и погоня за чрезмерной наживой. Рядом с миллионами могил павших за отечество и на глазах многих калек во многих местах ведется отвратительная, разгульная жизнь… Революция превратила немцев в париев среди других народов, в илотов на службе у иноземцев и иностранного капитала, в людей, которые сами перестали себя уважать»1149.
В начале октября в Готе прошла конференция группы «Спартак» и левых социал-демократов, выпустивших «Воззвание», в котором говорилось: «непомерные страдания и позорное злоупотребление доверием пролетариев приблизили в Германии момент начала революционной борьбы. Она уже началась в армии; массовое дезертирство…, целые батальоны и дивизии перебежчиков доказывают, что солдаты начинают сбрасывать с себя ярмо, что армия, важнейшее орудие реакции, разваливается. Однако это первое проявление революции находит контрреволюцию уже на своем посту. Так как средства насилия оказываются бессильными, она пытается приостановить движение предоставлением мнимых прав… Пролетарии! После неслыханного угнетения и предательства пробил ваш час. Покажите, что вы достойны его. Берите пример с ваших братьев в России!»1150
Людендорф требовал установления военной диктатуры и продолжения войны, М. Баденский выступал за сохранение гражданского правительства и мирные переговоры. Выбор оставался за кайзером, которому Баденский и Людендорф 25 и 26 октября подали прошение об отставке. Вильгельм II выбрал Баденского. Преемником Людендорфа стал ген. В. Грёнер, который 29 октября приказал атаковать английскую эскадру, но моряки отказались выполнить приказ, начались аресты моряков. В ответ 3 ноября в Киле, крупнейшей военно-морской базе Германии, состоялась массовая демонстрация протеста моряков. Ее поддержали солдаты местного гарнизона и рабочие. По приказу коменданта демонстрация была разогнана, в ходе столкновения оказались убитые и раненые. В ответ восстал местный гарнизон, был создан объединенный Совет рабочих, солдат и матросов1151.
Революция началась 5 ноября. Самым популярным лозунгом среди рабочих стал лозунг русской революции – «Вся власть Советам». По призыву левых социал-демократов началась всеобщая забастовка рабочих, а к вечеру вооруженное восстание в Берлине, Гамбурге, Любеке, Бремене, Киле и т. д. Повсюду создаются Советы рабочих и солдатских депутатов. В Киле моряки германского флота подняли красные флаги, пехотные части выступили на стороне восставших. Вооруженное восстание побеждает в Мюнхене, Бремене, Ростоке, Шверине, Дрездене, Лейпциге…1152
Социал-демократы (СДПГ) выступили категорически против социалистической революции и «русского пути»». Особое раздражение вызывали Советы, о которых в начале ноября 1918 г. газета СДПГ «Vorwarts» писала, как о «русской заразе»1153. Однако неожиданно 7 ноября – в день годовщины Русской революции, социал-демократы выдвинули ультиматум, требующий немедленного отречения кайзера и канцлера. «В тот вечер в городе происходят двадцать шесть митингов…, – оправдывался лидер СДПГ Эберт, – и мы должны выдвинуть ультиматум от лица всего общества, в противном случае все перейдут на сторону независимых социал-демократов»1154.
9 ноября кайзер отрекается от престола и покидает страну, два дня спустя подписано перемирие в Компьене. Рейхстаг походил на Петроградский Совет солдатских и рабочих депутатов, и принц М. Баденский был вынужден передать власть СДПГ, во главе с Эбертом. Для того, что бы перехватить инициативу власти у независимых и спартаковцев, лидеры СДПГ заключили соглашение с новым фактическим командующим немецкой армией ген. В. Гренером, и сами стали создавать Советы, направляя туда надежных офицеров и членов партии.
Несмотря на сопротивление левых, 10 ноября правые социал-демократы получили большинство во вновь созданном временном правительстве Германии, получившим название «Совет народных уполномоченных», его фактическим главой стал Эберт. Берлинский совет немедленно провозгласил, что «революция победно завершена. Германия стала социалистической республикой… Носителями политической власти теперь являются рабочие и солдатские Советы… Быстрое и последовательное обобществление капиталистических средств производства, учитывая социальную структуру Германии и уровень зрелости ее экономической и политической организации, возможно без серьезных потрясений»1155.
Спустя два дня правые социал-демократы, в принятой ими «Программе действий», изложили свое истинное отношение к революции. В программе отмечалось, что мировая война стала мощным революционным фактором, однако социал-демократия не должна позволить «увлечь себя событиям», поскольку «Социализм развивается сам по себе… Он не нуждается в подталкивании», поэтому, преобразование «старого авторитарного государства» в новое, «демократически-социалистическое» должно осуществляться на эволюционной основе парламентскими методами1156. В программе говорилось, что правительство будет «охранять упорядоченное (т. е. капиталистическое) производство и защищать собственность». Во исполнение программы между представителями крупнейших германских корпораций и профсоюзов было заключено соглашение о «трудовом сотрудничестве». Признавалось право на заключение коллективных договоров, создание фабрично-заводских комитетов, объявлялось, что с 1 января 1919 г. будет введен 8 – часовой рабочий день.
На I Всегерманском съезде Советов, проведенном в декабре, из 489 делегатов спартаковцев было всего 10 человек. Однако социал-демократы не смогли прямо противостоять народной стихии, и были вынуждены лавировать: Съезд одобрил лозунг социализации производства, принял «гамбургские пункты», которые вводили в армии выборность командиров, ликвидировали воинские ордена и титулы… Съезд передавал всю власть в стране в руки Совета народных уполномоченных, однако она одновременно была ограничена лишь правом «парламентского надзора» за действиями правительства. При этом подчеркивалось, что Советы не имеют права отменять распоряжения правительства. Съезд одобрил решение о скорейшем созыве Учредительного собрания, «забыв» предусмотреть какое-либо участие в подготовке и проведении выборов.
В итоге Совет превращался в чисто бутафорскую организацию. Против этого выступили спартаковцы. 1 января, при участии посланца Кремля К. Радека, по инициативе «Спартака» была провозглашена Коммунистическая партия Германии (КПГ). 6 января 1919 г. десятитысячная революционная толпа пошла в Берлине, по примеру русских большевиков, на штурм старого мира.
На плечи Эберта легла задача по подавлению революции. В первую очередь необходимо было погасить основные причины недовольства и главную из них – безработицу. В январе 1919 г. безработица в Германии достигла 6,6 % всего трудоспособного населения, под новый год в Берлине по официальным данным было 80 тыс. безработных. Современные источники доводят эту цифру до 250 тыс.1157 Эберт призывал: «хлеб по возможности – работа любой ценой». Пример Керенского маячил перед глазами, инфляция казалась меньшим злом, чем безработица, и в первые два с половиной месяца правительство Эберта выпустило 16,5 марок без всякого обеспечения1158. В начале 1919 г. Берлин имел, самую высокооплачиваемую в мире армию безработных. За деньги была куплена и лояльность революционных матросов, сохранявших нейтралитет во время разгрома Спартака.
Военные меры по разгрому революции были возложены на Г. Носке, главу Объединенных немецких профсоюзов, ставшим Министром
