им, что продукты их труда являются вкладом в общее дело»[644].
Московский «начальник» позволил себе, с точки зрения «официального протокола», «пошутить»: он «ответил, что заявку мы дали на 1 год и, шутливо заметил, что на конференции он сделал заявку на более продолжительный период, а также что он сделает все от него зависящее, чтобы удовлетворить эти просьбы».
В заключение Крутиков просил Хендриксона «оказывать содействие при неизбежных изменениях транспортных планов, вызываемых условиями военной обстановки». Директор Управления по распределению продовольствия ответил, что он «понимает неизбежность таких изменений и отметил, что взаимопонимание между его учреждением и Закупочной комиссией всегда основывалось на сотрудничестве и кооперировании». Заместитель наркома внешней торговли в традиционном духе выразил м-ру Хендриксону «признательность за его сотрудничество»[645].
Яркое прочувствованное описание продовольственных проблем СССР и вклада американской продовольственной помощи в обеспечение побед Красной армии в ожесточенных сражениях, содержится в письме председателя ПЗК А. И. Беляева майору Ральфу Олмстеду, администратору по продовольствию, Министерство сельского хозяйства США, от 30 марта 1943 г.
Беляев писал: «В Вашем письме от 24 марта Вы просили меня описать продовольственное положение Советского Союза в настоящее время.
Я могу сказать, что продовольствие всегда играет важную роль в жизни народа. В военное время продовольствие так же необходимо для гражданского населения и армии, как вооружение и пушки.
Перед настоящей войной Советский Союз был богатейшей страной в отношении продуктов питания благодаря плодородности почв по всей стране и благодаря тому, что народ Советского Союза под гениальным руководством Советского правительства и г-на Сталина организовал коллективные хозяйства, которые развивались на научной основе…
В течение почти двух лет ужасной войны с гитлеровской Германией, […] советский народ… временно потерял очень важные сельскохозяйственные районы, такие как Украина, что создало огромные затруднения в отношении снабжения Советской Армии и гражданского населения различными продуктами питания. По этой причине мы обратились к правительству США с просьбой снабжать мою страну продовольствием в возможно больших количествах…
Для того чтобы снабдить Красную Армию продовольствием во время ее блестящего наступления против держав Оси необходима пшеница, зерновые культуры, масло, концентраты и т. д.
Наполеон сказал: “Движение армии определяется ее желудком”. Этот трюизм относится и к современным войнам, а также к советскому фронту, где линия фронта простирается от холодной Арктики до жаркой полупустыни, почти на 2000 миль»[646].
В период Четвертого протокола произошли значительные изменения в положении сельского хозяйства СССР, в связи с освобождением советской территории от вражеских войск. Вопрос о продовольственном положении СССР в 1945 г. и перспективах американских поставок обсуждался во время встречи А. И. Микояна с В. А. Гарриманом от 18 апреля 1944 г. В числе прочих на повестке дня стоял вопрос «о программе поставок на четвертый период». Микоян вручил Гарриману проект программы поставок СССР в счет кредита на 1 млрд долларов, «пояснив при этом, что эта программа по кредиту включается в программу поставок по IV Протоколу, и тов. Микоян вручает ее лишь для сведения г-на Гарримана, в связи с высказанной им просьбой».
Посол США, в частности, поинтересовался, намечались ли советской стороной «какие-либо изменения в программе поставок по продовольствию». Микоян проинформировал, что «по хлебопродуктам имеются большое сокращение. Некоторое сокращение имеет место также по сахару. Что касается мясопродуктов и животных жиров, то поставки последних намечаются почти на таком же уровне, что и по Третьему протоколу»[647].
Далее Гарриман задал более общий вопрос, ориентированный на будущие тенденции: «произойдут ли какие-либо изменения в импорте продовольствия после сбора урожая 1945 года.
Тов. Микоян ответил, что после сбора урожая 1945 г. наши потребности в импортном продовольствии должны уменьшиться, […] в первую очередь это коснется хлеба и растительных масел, производство которых мы сможем сравнительно быстро восстановить. Что касается мясопродуктов и животных жиров, то восстановление их производства потребует более длительного времени.
Тов. Микоян заявил, что Красная Армия в основном освободила от вражеской оккупации все богатые сельскохозяйственные районы Советского Союза; остается лишь небольшая часть Бессарабии. Таким образом, сельскохозяйственная база уже выбита из рук врага».
Гарриман разъяснил, что вопрос о программе завоза продовольствия он задал в связи с тем, что в то время Вашингтон был занят «планированием сельскохозяйственного производства США». Про его словам, в задачу планирования входит не только обеспечение продовольствия на экспорт, но… и предотвращение перепроизводства сельскохозяйственных продуктов». Именно в связи с этим посол просил наркома внешней торговли хотя бы в общих чертах сообщить, «каковы будут потребности Советского Союза в продовольствии после снятия урожая 1945 и 1946 гг. Желательно информацию иметь по тем видам продовольствия, которые вывозятся из США, Канады и других стран Америки, включая сахар».
В связи с этим Микоян разъяснил, что «предсказать перспективы урожая в 1945 г. сейчас трудно, т. к. нам неизвестно, в каких условиях будет происходить сев этого урожая; предвидеть это тем более трудно в отношении освобожденных районов». Далее им было отмечено, что «цифры завоза продовольствия в 4 периоде, указанные во врученном сегодня тов. Микояном проекте программы, правильно отражают нашу потребность на период с 1 июля 1944 г. по 1 июля 1945 г. Что касается урожая 1944 г., то мы ожидаем, что общий валовый сбор в этом году будет выше, чем в прошлом году, когда в Приволжских районах была засуха, и Украина еще не была освобождена от вражеской оккупации»[648].
Гарриман поинтересовался, «не будут ли на Украине после снятия урожая в 1945 г. излишки хлеба, пояснив, что имеет в виду излишек, который останется после удовлетворения потребностей самой Украины.
Тов. Микоян ответил утвердительно».
Далее американец спросил, каково будет положение с производством сахара. Микоян пояснил, что «восстановление производства сахара затрудняется тем, что много сахарных заводов на Украине разрушены врагом, кроме того, не проведена подготовка для посева сахарной свеклы…».
Посол особо интересовался также вопросом о перспективах производства продовольствия в СССР в 1946 г., «а также после завершения военных действий, когда освобожденные резервы рабочей силы можно будет бросить на восстановление сельского хозяйства».
А. И. Микоян в связи с этим отметил, что «восстановление сельского хозяйства встретит большие затруднения в отношении тягловой силы. Уже 3 года, как сельское хозяйство не получает тракторов».
Гарриман пояснил, что «в США сельскохозяйственное производство планируется на два года вперед». Микоян резонно ответил, что «в США имеется больше возможностей планировать сельскохозяйственное производство, т. к. на их территории нет военных действий и, очевидно, не предвидится». На это Гарриман возразил, что «Советский Союз имеет больше опыта в планировании». Микоян заметил, что «до войны мы действительно планировали производство на более длительный период, однако, в связи с военными событиями, сейчас это встречает затруднения».
Гарриман настойчиво объяснял,
