Магия музыки
Пути Господни неисповедимы. Вы можете полагать, что глава фармацевтической корпорации мечтает, чтобы его ученые сотрудники только и занимались наукой, но изобретатель Эли Лилли и президент компании Рэндалл Тобиас выбрали другой путь.
Тобиас не хотел, чтобы его коллектив неизменно выступал в одной и той же роли, и говорил: «Мы располагаем данными, которые доказывают, что люди, работающие в области математики и науки, обладают повышенной предрасположенностью к музыке. Так что если фирма хочет набрать ученых мирового класса для работы в научно-исследовательских лабораториях в Индианаполисе, такие ученые наверняка будут спрашивать о гораздо большем, чем план предоставления отпусков и пенсионное обеспечение». «Я сужу по многим людям, работающим здесь», – соглашается кандидат на докторскую степень в лаборатории Колд-Спринг-Харбор (Лонг-Айленд) Кэти Кормиер (она занимается исследованиями рака и в совершенстве владеет игрой на фортепиано и на гобое, а потому мгновенно «вычисляет» музыкантов – скрипачей, флейтистов, саксофонистов и певцов среди своих ученых собратьев).
Склонность к музыке у аспирантов, работающих в лаборатории, положила начало разговорам о том, чтобы собрать собственный квинтет деревянных духовых инструментов, где Кормиер играла бы на гобое. Что же общего у ее разносторонне одаренных сотрудников? «Аналитическая способность, которую они применяют и в науке, и в музыке, – уверяет Кормиер в интервью корреспонденту газеты „Ньюсдэй“, – вам необходимо уметь творить, чтобы быть ученым».
Диана Дабби подрабатывала пианисткой, чтобы оплачивать учебу на инженерном факультете; сейчас она – ассистент профессора электротехники и музыки в колледже инженерных специальностей в Нидхэме (штат Массачусетс). «Что привлекало меня в каждой из этих сфер, так это богатство их языка. В нем всегда была какая-то тайна, – объяснила она корреспонденту „Сиэтл Таймс“, – каждая настолько неизмерима, что вы всегда сможете продолжать расти. И в каждой есть богатый набор символов».
Пионер виртуальной реальности Джарон Ланьер имеет способности как к компьютерной науке, так и к музыке. Он сочиняет и записывает музыку различных стилей и жанров, играет на фортепиано и еще на нескольких редких и необычных инструментах. В 1994 году он выпустил альбом классической музыки «Инструменты перемен» и сейчас работает над музыкальным альбомом «Доказательство сознания».
Увлечение параллельными науками или математикой и музыкой является куда более распространенным явлением, чем можно себе представить, согласно статье Кэтлин Роунтри «Посвящается всем музыкантам, избравшим другие профессии», опубликованной в журнале «American Music Teacher». Студенты колледжей нередко выбирают двойную специальность – математику и музыку.
Именно такое сочетание встречается так часто, что кажется почти что закономерным. Незыблемый диктат музыкального размера, где все определяют числа, создает ритм, который неким образом согласуется с алгоритмами науки и математики. Может быть, одно предпочтение имеет нечто общее с другим?
Можно сказать, что Алан Гринспен, бывший председатель Совета управляющих Федеральной резервной системы, однажды сыграл в экономике роль первой скрипки. Мало известен тот факт, что он действительно играл на кларнете, когда изучал музыку в престижной Джульярдовской школе. Те, кто пишет о годах жизни Гринспена, посвященных джазу, характеризуют его как «хорошего оркестранта», надежного и заслуживающего доверия, подразумевая под этим, что звездой он не был. Примерно в то же время, согласно его биографу, Гринспен начал проявлять «скрытые и давно сдерживаемые способности экономиста».
Несколько слов о нейробиологииИсследования неврологов указывают на существование областей мозга, отвечающих одновременно и за способности к математике, и за способности к языку. Научно доказано: эта особая зона мозга у детей, изучающих тональные языки, развивается не так, как у детей, изучающих нетональные. Интонационные модели различных языков широко варьируются. Для англоговорящих людей, например, характерно делать ударение на одном слоге в каждом слове; франкоязычные народности такое акцентирование в разговорной речи не используют. Турецкая речь отличается восходящей интонацией на последнем слоге. В некоторых африканских языках изменение интонации используется в грамматических целях – для обозначения прошедшего времени. По причине сложности тональных языков и типов неврологических изменений, происходящих по мере их изучения, специфическое развитие языкового центра мозга также может способствовать тому, что ребенок легче овладеет математическими навыками. Конечно, это всего лишь предрасположенность, и ей могут препятствовать другие биологические факторы и окружающая среда. Поэтому дети, изучающие тональный язык в раннем возрасте, могут иметь преимущество в изучении математики в более позднем возрасте. Примечательно, что та же самая часть мозга участвует и в развитии музыкальных способностей.
Как бывший музыкант, Гринспен оказался в хорошей компании. Альберт Эйнштейн, которого называли «гением среди гениев», был известен тем, что временами играл на скрипке. Имя Эйнштейна, конечно, связано с наиболее важными научными открытиями всех времен, включая теорию Большого взрыва, ядерное деление, квантовую физику и электронику. Наверное, мы можем поблагодарить его мать, которая в детстве настояла на том, чтобы он учился играть на скрипке. Вдохновитесь блестящей самобытностью этих разносторонних личностей, достигших многого. Их разнообразные увлечения как будто питают друг друга. Да, кажется, что музыка и наука часто оказываются в одной связке, но у вас может быть свое уникальное сочетание.
Я большой фанат музыки и думаю, она придает особую силу всему остальному в нашей жизни. Однако помните: не существует универсальной рекомендации для тех, кто хочет создать живой ум. Вы выбираете свою палитру занятий, которая подходят именно вам. Таково послание этой главы.
Заключительный пример выдающегося человека, который знает о музыке все, – это бывший государственный секретарь США Кондолиза Райс. Райс – подлинный прототип разносторонне образованной женщины эпохи нового Возрождения. Ее мать была пианисткой и представляла, что в будущем ее дочь тоже станет профессиональным музыкантом; даже имя, которое она дала своему ребенку, происходит от музыкального термина con dolcezza, что означает «с нежностью».
В детстве Райс изучала французский, занималась фигурным катанием и балетом, но в подростковом возрасте твердо решила, что будет концертмейстером. О стремлениях, связанных с музыкой, она рассказала корреспонденту журнала «National Review»: «Я строила свою жизнь так, чтобы стать оркестранткой. Это единственное, чем мне хотелось заниматься. Но все пошло прахом». Вместо карьеры музыканта она начала делать карьеру в сфере международных отношений и отличилась не только особой индивидуальностью, но и выдающимися достижениями – в Вашингтоне.
Сосредоточиться над поиском ответа на вопрос о том, кто ты и для чего пришел в этот мир – вот настоящее дело жизни. Это тяжелый, непрерывный труд. Казалось бы, что тут сложного, раз каждый из нас от рождения обладает всем необходимым, чтобы чувствовать свою ценность и уникальность. Это как стандартный заводской набор оборудования. Но жизнь шлифует нас, и наше чувство самоуважения постепенно, слой за слоем, стирается. «Мы приходим в этот мир, обладая дарами, принадлежащими нам по праву рождения, затем полжизни мы их растрачиваем или позволяем другим вводить нас в заблуждение по их поводу, – пишет Паркер Палмер в своей книге „Позвольте вашей жизни говорить“. – Когда мы молоды, мы полны ожиданий, имеющих мало общего с тем, кто мы есть на самом деле, и тем, что ожидают от нас люди в своем стремлении загнать нас в какие-то узкие рамки. Всю первую половину жизни нас вводят в заблуждение о нашей изначальной одаренности. Потом, если мы пробуждены, осознанны и способны признать свою потерю, вторую половину жизни мы проводим, пытаясь наверстать упущенное и возвратить себе дар, которым когда-то обладали».
Танцовщица Айседора Дункан (1877–1927) замечала, что большинство женщин тратит впустую двадцать пять-тридцать лет жизни, прежде чем им удается разрушить общепринятую ложь, в которой они сами себя уверили, особенно, если речь идет о том, что им нужно для счастья. Это остро прочувствованное замечание заставляет меня содрогнуться от ощущения его печальной правды. Эта разрушительная сила, которая терзает всех нас – назовите ее энтропией индивидуальности, – в каждом своем проявлении так же упряма, какими должны быть и мы, создавая противоборствующую силу – кайдзен.
Наша ежедневная работа состоит в том, чтобы вернуть сегодня то, что было отнято у нас вчера, вернуть утраченное чувство прекрасного лебедя. Помните сказку: выросший среди уток лебедь считался чужаком – гадким утенком – из-за своей длинной шеи. Никогда не видевший существа, похожего на него, лебедь верил, что он хуже всех, ибо не знал, что ему было предназначено – стать прекрасным лебедем.
