с нами до конца жизни. Неудивительно, что, стремясь к обретению контроля над реальностью, герой расщепляется на себя старого, немощного (Рассказчика, который лишь вербализует реальность) и себя телесного, нового (Тайлер), способного, выносливого, сексуального, ведущего других за собой, готового к испытанию на прочность, бросающего вызов физическому миру.
В «Бойцовском клубе» журнал Рассказчика в подвале отражает его стремление к контролю над своим телесным опытом в условиях душевного расстройства. Этот акт самонаблюдения может быть рассмотрен как форма терапии и попытка восстановления личной идентичности. Так, когда герой описывает боли в животе, это может быть связано с его внутренним конфликтом и подавленными эмоциями, что выражается физически. «Я – холодный пот на лбу Джека» – про страх. «Я – разбитое сердце Джека» – про отчаяние.
Ведение журнала для Рассказчика становится способом фиксации и осмысления его внутреннего мира. Это выражение самоконтроля и самотерапии, направленное на установление связи с собственными эмоциями и телесными ощущениями.
Это также можно рассматривать как психологическую стратегию адаптации, позволяющую ему справляться с душевными трудностями и находить путь к самопознанию. В итоге обсуждение ощущений и симптомов в теле в контексте фильма становится метафорой для психологического и эмоционального контроля. В «Бойцовском клубе» концепция самотерапии через ведение журнала о теле, а также внешние обстоятельства посещения групп поддержки для людей с тяжелыми заболеваниями, является общей стратегией главного героя, Рассказчика, и его сверхъестественного компаньона, Тайлера Дердена. Эти элементы взаимодействуют при создании образа личной трансформации[6] и поиска истинной идентичности.
«Бойцовский клуб» написан на языке тела, как если бы само тело рассказывало историю в терминах собственных ощущений и болей. Даже любимую женщину герой описывает через симптом: «Будь у меня опухоль, я назвал бы ее Марлой. Марла – крохотная язвочка на небе, которая зажила бы, если к ней не прикасаться языком, но не удержаться». Главный герой романа и фильма – тот, кого я описываю в данной главе, – Психосоматик.
+
Стратегии Психосоматиков
Это может показаться странным, но манипуляция болезнью, а то и смертью – одна из самых действенных. Как правило, человек усваивает ее с детства, когда растет с такими взрослыми, которые проявляют к нему чувства и заботу только тогда, когда ребенок заболевает. Такой ребенок быстро усваивает, что можно добиваться доброго к себе отношения через такой саморазрушительный, по сути, способ и уже неосознанно использует его на протяжении жизни.
–
Стратегии Психосоматиков
Как уже выше сказано – способ саморазрушительный. Эскалация симптома проходит несколько стадий, завершающие в них – хроническая болезнь или инвалидность, смерть, наследственное заболевание, передающееся дальше детям.
Однако мы рассматриваем не собственно манипуляцию болезнями, а скорее способ взаимодействия с миром и окружающими. Способ на все стимулы в первую очередь реагировать телом. Хотя да, в экстремальном случае он приводит к таким нарушениям. Но для того мы и работаем в терапии, чтобы обогатить способы реагирования. Итак, как работать с Психосоматиками?
Для меня самое важное в работе с клиентом – установить контакт для диалога, раппорт. Это означает, что, во-первых, следует изучить их «язык». Я учусь распознавать язык клиента, чтобы вместе с ним добраться до универсального языка терапии – чувств. Здесь нам в помощь метафоры. Все, что они говорят о своем теле, имеет, как я уже говорила, отражение в эмоциональной и когнитивной сфере. Любую телесную метафору мы должны перевести на язык чувств, так как он универсален. Их нужно озвучить клиенту и получить подтверждение или продолжать искать другой вариант значения.
* * *
– Что ты сейчас чувствуешь?
– Головокружение, и вот тут, в животе, такой круг, будто диск.
– Похоже на страх?
– Да, но что-то еще, будто ноги слабые и ватные.
– Волнение и смущение? И немного радости, но испуг?
– А вот сейчас потеплело…
– Когда я угадала про радость?
– Похоже, да, но сейчас в груди так, как стучит что-то…
– Тревога?
* * *
– У меня нет мыслей, просто хочется упасть, причем громко, как будто сложиться костями…
– О чем конкретно тебе хочется громко заявить?
* * *
– На этих словах колет…
– В каком месте?
– В груди, и отдает в горло. И слезы…
– Горе?
– Да, я горюю.
* * *
– Чувства нет, а в теле горячо.
– Гнев?
– Точно не гнев, но хочется прыгать и топать. Ой, нет, гнев!
* * *
– Что, опять про папу работать? Я сейчас умру.
– Хорошо, ложись, умирай, покажи в психодраме, как все это будет.
– Не, слишком много шевелиться, давай уже выберем папу, расскажу ему сто пятый раз, что я чувствую!
Образы в культуре
Сюда можно отнести и Рассказчика из «Бойцовского клуба» Чака Паланика, и Тома Сойера, искренне верившего в свои болезни, когда нужно было прогулять школу. Князь Мышкин в романе «Идиот» Федора Достоевского: страдает эпилепсией, очевидно усугубляющейся в моменты неприятия реальности. Жираф Мелман из мультфильма «Мадагаскар», всегда заботящийся о своем здоровье, представляет собой типичного ипохондрика с излишней озабоченностью тем, что он ест, а также вопросами гигиены. Мелман ни разу не ложился спать, не измерив температуру, не приняв таблетку. Он постоянно жалуется на различные болячки, включая даже пятна на своей шее, а в крайнем случае ищет «умиральную яму».
Другого тела у нас, к счастью или несчастью, нет. Есть лишь это, с его особенностями, болезнями, симптомами, ограничениями. Вместо того чтобы мечтать, как мы прекрасно построили бы свою жизнь, будь мы здоровы, и фантазировать о том, как хорошо тем, кто здоровее нас, важно научиться видеть себя здесь-и-теперь такими, какие мы сейчас. В том телесном состоянии, в котором мы находимся сейчас. А дальше посмотреть, что же можно делать со своей жизнью и желаниями при этих, данных нам возможностях.
А также знать, что желать имеет смысл лишь то, что можно осуществить самостоятельно, исходя их данных сил. А все остальное – помощь ли людей, счастливое ли стечение обстоятельств, внезапные исцеления (а вдруг) – считать даром Божьим, не больше и не меньше. Быть благодарными за чудеса и творить свою реальность из того, что есть уже сегодня.
15. Требовательные
«Ты же обещала!»
Полчаса до окончания двухдневной группы, шеринг. Тренер проверяет: «Кому важно что-то сказать, доделать – скажите!» Удовлетворенная группа молчит; участники сделали сессии, благодарят ведущую и друг друга. И вдруг:
– Я хочу!
– Что ты хочешь?
– Вчера
