просто больше не верил, что кто-то может выкарабкаться сам — без связей, фамилий и влиятельных отцов.
Алиса тихо вздохнула и, чтобы разогнать неловкую паузу, спросила, будто между делом:
— А наша прогулка по НеоПолису ещё в силе? Или ты уже передумала?
Мила оживилась и заулыбалась:
— Ну ещё бы! Конечно в силе. Я тебе такое покажу — у тебя глаза на лоб полезут! Тут ведь каждый уголок с фишкой. Голограммы, парки на крышах, зал теней, библиотека с виртуальными порталами… А ещё кафе с роботами-официантами и тренажёрный зал, где можно бегать по виртуальному Марсу!
— Марсу? — переспросила Алиса, приподняв бровь.
— Ага! И не только. Там даже гравитация меняется. Ну, почти. Короче, увидишь сама.
Мила соскочила с кровати и хлопнула ладонями. — Завтра после учёбы — идём. Я же тебе обещала, что ты влюбишься в этот город.
Алиса чуть улыбнулась. Кто знает… может, в НеоПолисе действительно найдётся место даже для такой, как она.
Глава 13
Рано утром, когда небо за окном едва начинало сереть, Алиса, едва продрав глаза, нащупала тапки и поплелась в ванную. Ей хотелось успеть повторить материал до занятия — перечитать конспект, пролистать параграф в учебнике. Для этого и встала пораньше, хоть организм и протестовал каждой клеткой.
Потянувшись, она зевнула, потирая щеку, и, сонная, почти на автомате толкнула дверь ванной. Свет она не включила — утро, полумрак, тишина… Да и зачем? Дверь не заперта, значит, ванная свободна.
Открыв шкафчик, Алиса достала щетку, нанесла на неё полосатую пасту и, встав перед зеркалом, начала лениво чистить зубы, глядя на своё растрёпанное отражение. Мысли ещё путались, глаза слипались, движения были медленные, почти медитативные.
И только спустя секунд десять до неё дошло… Вода льётся. Из душа. ПАР. Шорох. Алиса застыла, с зубной щёткой во рту, разом окончательно проснувшись. Прежде чем она успела отпрянуть или хоть как-то среагировать, шторка душа с резким движением отодвинулась в сторону.
Из-за пара, струй и собственного шока картинка сложилась как в замедленной съёмке: Матвей. Мокрые волосы прилипли к вискам. Грудь вздымается после горячего душа. Брови взлетели вверх от неожиданности. И… конечно же, взгляд, полный недоумения, направленный прямо на неё.
— Что, чёрт возьми… — выдохнул он, прикрываясь первым, что попало под руку — полотенцем.
Алиса, не двигаясь, всё ещё с зубной щёткой в зубах, смотрела на него широко раскрытыми глазами. Пена стекала с уголков губ. Реальность догоняла её медленно, но верно.
— Эээ… — пробормотала она неразборчиво и с каким-то почти трагическим величием указала щеткой на воду, — не заперто было.
Матвей моргнул.
— А ты всегда входишь, не стучась?
— Утро… — глухо ответила Алиса, попятилась к двери, выронив щётку в раковину. — Я… повторить хотела.
— Повторить? — переспросил он, хмурясь.
— Параграф, — буркнула она, уже за дверью, и с хлопком прикрыла за собой дверь, оставив Матвея в облаке пара и лёгкого замешательства.
В гостиной Алиса прижалась лбом к стене, пытаясь осознать уровень своей утренней неловкости.
— Умничка, Орлова, — пробормотала она себе под нос. — Просто гениально.
Пылая от стыда так, словно внутри включили печку, Алиса пулей влетела в комнату девочек, захлопнув за собой дверь. Она еле отдышалась, вспоминая, как растерянно выглядел Матвей, и как она, с пеной во рту и глазами белки из лесного пожара, ввалилась в ванную. Прекрасное начало дня, ничего не скажешь.
Стараясь не орать в подушку, она подошла к тумбочке и схватила планшет. Свой первый. Самый настоящий — выданный при поступлении, аккуратный, тонкий, с логотипом НеоПолиса на крышке. «Ничего себе, в какой момент ты вообще успела стать студенткой?» — мелькнуло в голове. До сих пор казалось, что всё это сном было. Ну, до сегодняшнего душа, конечно.
Вернувшись в гостиную, Алиса старалась дышать ровно, как будто не секунду назад наблюдала, как Матвей выходит из пара. Она села за стол, развернула планшет и открыла нужную тему. Биология. Или физика? Неважно. Главное — не думать. Ни о чем, особенно не о крепких плечах и прессе Матвея. Или о том, что он, скорее всего, уже вешает на дверь табличку «стучать, если не хочешь психотравму».
Сосредоточившись на тексте, она повторяла параграф, будто от этого зависела её жизнь. Может, и зависела. Или хотя бы шанс не чувствовать себя круглосуточной неловкостью на ножках.
И тут шаги. Четкие, уверенные. Из комнаты мальчиков вышел Матвей. Уже переодетый — в чёрной рубашке, аккуратно заправленной в джинсы, с выправкой будто у кого-то из будущего управления. Он остановился на пороге и хмуро взглянул на Алису.
Орлова уткнулась в планшет, изображая живейший интерес к формулировке закона Архимеда, как будто это был роман века. Но взгляд на себе она чувствовала — почти физически. Как прожектор на школьной сцене, когда забыл слова.
— Доброе утро, — буркнул Матвей, всё так же хмуро.
Алиса кивнула, не отрываясь от экрана.
— Угу. Утро.
— Надеюсь, на следующий раз ты выучишь, как работает ручка на двери.
— Надеюсь, ты выучишь, как её запирать, — не выдержала Алиса и выпалила чуть громче, чем собиралась.
Матвей смотрел на неё ещё пару секунд, будто взвешивал девушку на внутренних весах, а потом фыркнул, разворачиваясь к кухонному уголку.
— Сарказм у тебя, конечно, крепче логарифмов.
Алиса глубоко вздохнула и наконец позволила себе украдкой на него взглянуть.
Ну вот, теперь и утренние стычки в коллекции… «Да, доброе утро, господин лорд из душа,» — мысленно пробурчала Алиса, лихорадочно прокручивая в голове формулировку закона Ньютона. — Сила равна… Масса на ускорение… или позору на квадрат стыда?
Но даже при всём старании взгляд всё равно то и дело возвращался к фигуре у кухни.
Из комнаты вышел заспанный Валера — с вихром на макушке, в растянутой футболке с логотипом какой-то старой рок-группы и с выражением полного непонимания происходящего.
— Что за шум, а драки нет? — пробормотал он, зевая и почесывая затылок.
Алиса уже открыла рот, чтобы что-то съязвить, но Матвей опередил её, даже не обернувшись:
— Обсуждаем последнюю лекцию по физике.
Валера недоверчиво прищурился, потом пожал плечами:
— А, ну тогда ясно. Мне вот больше геология нравится, — и, не дожидаясь реакции, пошёл в ванную, хлопнув дверью.
В гостиной повисла странная тишина, нарушаемая лишь тихим жужжанием планшета. Алиса медленно повернулась к Матвею, прищурившись:
— Физика, значит?
Он бросил на неё быстрый
