Наташка. – Это никакой не чёрт, просто кот у нас такой, очень модный и дорогой. Смурф зовут, он добрый и приветливый, только с виду неказистый, чисто конголезец.
– Всё ты врёшь, конголезцы должны быть красивые, африканцы очень красивые бывают, – возразила Лида.
– Так и Смурф у нас красавец! Особой такой породистой красоты зверюга, и чёрный как настоящий африканец.
– А коты разве в красных плащах ходят? – с подозрением в голосе поинтересовалась сиделка.
– Этот ходит, бывало, капюшон накинет да как сиганёт из-под камина, жуть. Я сама чуть со страху не окочурилась. – Наташка закатила глаза и высунула язык, демонстрируя как происходило это самое окочуривание. – Пепельницу даже уронила.
– А вот некоторым, – Лида строго посмотрела на Елену Леонидовну, – нечего по чужим участкам шастать и в окна подглядывать. Это, знаете ли, может оказаться вредным для здоровья.
– Дамы, это просто кошмар! – не унималась бывшая профессорша, глядя куда-то мимо. – Вы себе даже не представляете!
– И не говорите, коллега! Иногда кошмар бывает просто кошмарный. А, что за кошмар с вами приключился? – участливо спросила Наташка. Видимо, справедливо решила, что старуха уже забыла, чего так испугалась, и помнит только охватившее её чувство ужаса. Начнёт рассказывать, ничего не вспомнит, поймёт, что никакого кошмара нет и в помине, и сразу успокоится.
– Всюду кошмар, вы должны это понимать, это очень важный вопрос, который нужно непременно обсудить. Имейте меня ввиду обязательно, я на вас рассчитываю, если что, ну, вы знаете. Дай вам Бог здоровья.
– И вам здоровья, Елена Леонидовна, и здоровья, и спокойной ночи, – ласково сказала Лида и подтолкнула Наташку к дому.
– А вам, милая дама, хорошего жениха, – донеслось им вслед.
– Интересно, почему это она жениха тебе пожелала, а мне только здоровья? – проворчала Наташка. – Обидно как-то.
– А потому что на мне, наверное, написано, что у меня давным-давно не было никакого жениха. Так написано, что даже выжившей из ума бабульке это ясно. Кстати, а где ты их берёшь? Конголезцев и всех остальных? Ты же не спишь со студентами?
– Упаси, Господи! «What’s that you say Mrs Robinson? Ля-ля-ля и хей-хей-хей!», – пропела Наташка. – Просто у меня в отличие от некоторых широкий круг общения. Это ты тут в своих Зябликах сидишь безвылазно, а я посещаю разные мероприятия, культурные и некультурные. Женихи ко мне как-то сами прибиваются, можно сказать, откуда ни возьмись. – Она развела руками. – Ну, если их можно женихами назвать.
– Ну да, при виде твоей «Лолитки» только слепой к тебе не прибьётся, – согласилась Лида.
После прогулки к озеру спала она крепко, ей снился мужчина на причале и та самая пресловутая лунная дорожка на воде, которая в Питерских широтах летом никогда не случается, вернее случается, но уже к концу августа, когда лето-то уже и летом не назовёшь. Мужчина во сне встал с причала и пошёл по этой лунной дорожке аки по суху. Разумеется, никаких таких развевающихся одежд на мужчине вовсе не было. Увлечённая столь занимательным сновидением, она даже не слышала, как ночью в комнату опять проник Смурф и с комфортом устроился у неё на подушках. С этим безобразием пора было заканчивать, поэтому утром Лида отругала Смурфа и засунула сопротивляющегося кота в его собственную меховую нору, установленную в гостиной. Смурф из норы грозно рычал и всячески ругался.
Рабочий день прошёл без эксцессов и отвлечений на Наташкины глупости. Наташка нашла себе полезное занятие, решив помыть окна в гостиной. Против этого Лида совсем не возражала. Однако вечером после ужина Наташка опять заныла, что ей скучно, и такой отпуск на отпуск никак не похож, особенно если учесть, что она полдня мыла окна в этой огромной халабуде из экологически чистых материалов. И вообще, зачем людям, живущим в месте, где зима длится практически девять месяцев в году, такие огромные окна? Это ж даже ежу понятно, почему у Лиды зимой куча денег уходит на отопление! Хитрые финны наверняка придумали себе в таких домах разные энергосберегающие системы и приспособы, а наши лопухи взяли, да и скопировали с них только архитектуру вместо того, чтобы подумать головой. Тут уже даже и Кунцову от Наташки досталось, мол, втюхал бабе-дуре домик в деревне и ходит радуется, вернее не ходит, а жирует, упырь, на квадрацикле, катере и аж на двух водных мотоциклах. После упоминания мотоциклов Наташка спохватилась и потащила Лиду к озеру.
– Пойдём поглядим, вдруг опять водяной появится!
Лида на этот раз легко поддалась на уговоры подруги, ей и самой было интересно поглядеть на водяного, но на озере никого не оказалось, и вообще было холодно и неуютно, даже рябь на воде от ветра присутствовала.
– А не пора ли нам на рынок? – поинтересовалась Наташка. – Пополнить хавчиком закрома, так сказать, ну и развеяться, раз у вас тут на свежем воздухе ничего интересного нет, кроме этого самого воздуха.
– Завтра в обед к Бабаичу подскочим, у него круче, чем на рынке, всё есть практически от трусов до самолёта, и не так дорого.
– Бабаич что такое?
– Местный магазин.
– Магазин Бабаич? Прикольно!
– Магазин «Али-Баба» называется. Хозяин его Али, по прозвищу старик Бабаич.
– Уже интересно.
– В среду утром у него промежуточный завоз, а основной в пятницу. Но в пятницу все наши дачники тут как тут, очередь, а в среду практически никого. Цены у него вполне человеческие, да и сам вроде нормальный, но хитрый как сто чертей. Я иногда вообще не понимаю, что он говорит.
– А он на каком языке излагает? Не забывай, я языковед, языкознай и языкоболтай.
– Излагает вроде на нашем, на русском, но как бы не совсем. Просто иногда дурку валяет, мол, моя твоя не понимайт, вернее наоборот твоя моя не понимайт, а я совсем не то говорить, что ты подумать. Очень колоритный дядька, на актёра Этуша похож.
– А нос с горбинкой? А усы есть?
Лида кивнула.
– О! Так он красавец точно в моём вкусе, – обрадовалась Наташка.
– Ему сто лет в обед.
– Ещё интересней, старый конь и всё такое. – Наташка захихикала и потёрла ладошки.
На следующий день, когда Лида улизнула от компьютера, чтобы в рабочее время сгонять в магазин, Наташка уже поджидала её в гостиной, наряженная в очередное декольтированное кружево, шляпу и чёрные очки Кристиан Диор на пол-лица. Лида забеспокоилась, что южное сердце старика Бабаича может не выдержать подобной красоты. Она сняла с себя рабочий прикид и надела джинсы с толстовкой.
– А почему мы на машине? – поинтересовалась Наташка, последовав за Лидой в гараж. – Это разве не тут в Зябликах? Я думала мы
