дел УССР и все последующие годы был близок к нему и готов с холопским усердием выполнять любые его противозаконные указания и удовлетворять личные хрущевские прихоти»[1287].
Более единодушны в своих оценках историки и публицисты. В их трудах Серов предстает типичным злодеем сталинской эпохи. Например, Д.А. Волкогонов пишет: «…зловещая и мрачная личность, получившая в свое время самые высшие награды государства за высылку народов и другие омерзительные дела. Достаточно сказать, что он лично провел 150 “заседаний” пресловутых “троек”, отправивших на тот свет многие тысячи людей»[1288].
Хотя следует признать, что здесь есть определенная неточность. Никаких «троек», существовавших в 1937–1938 годах, Серов не возглавлял. Речь идет о вынесении внесудебных решений, в том числе и о расстрелах, Особым совещанием (ОСО) при НКВД, на котором во время войны Серов иногда председательствовал.
Однако историки, рисуя портрет бериевского опричника, каковым Серов безусловно и был, приписывают ему порой то, чего он, конечно же, не совершал. «Злодейскую» роль Серова, притом совершенно напрасно, ищут и в деле маршала Жукова. Некоторые авторы полагают, что он виноват в послевоенной травле полководца. Они называют Серова «космическим мерзавцем» и почему-то именно его числят одним из виновников бед, обрушившихся на маршала, полагая, что «охота за жуковскими “сокровищами” превратилась в навязчивую идею партийно-чекистской мрази, все пытавшейся скомпрометировать великого полководца», и что люди из МГБ «обратили в свою веру даже Сталина»[1289]. В действительности, и об этом много говорилось выше, Серов и Жуков были на дружеской ноге, и оба стали жертвами интриг начальника контрразведки СМЕРШ Абакумова[1290]. Вне всякого сомнения, Абакумов при этом служил орудием в сталинских руках.
Так в чем же конкретно заключалось участие Серова в сталинских репрессиях и какова его роль в тех или иных громких делах? Надо сказать, что такого рода «послужной список» Серова весьма внушителен. Здесь же отметим лишь бесспорное. То есть репрессивные акции, осужденные еще в хрущевское время, а также в конце 1980-х годов — в период перестройки — и получившие однозначную оценку как преступные.
Прибыв в сентябре 1939 года на Украину, Серов осуществляет широкие репрессии против населения на захваченной Советским Союзом территории Польши. В период с сентября 1939 года по февраль 1941 года в западных областях УССР арестованы 21 449 поляков, 19 982 украинца, 12 695 евреев и 178 белорусов[1291]. Еще большее число, около 170 тысяч человек, подверглось в 1940 году выселению из западных областей УССР в «места не столь отдаленные», а именно в Сибирь[1292]. Более того, в 1940 году Серов проводит в жизнь решение о бессудном расстреле польских офицеров, содержащихся в Старобельском лагере, и гражданских лиц в западных областях Украины в рамках реализации решения Политбюро от 5 марта 1940 года. Сегодня эта акция известна как «Катынский расстрел» — по названию местности под Смоленском, где впервые обнаружены тела казненных. Всего были расстреляны 21 857 человек[1293], из них на территории Украины — 3820 офицеров в тюрьме Харьковского УНКВД и 3435 гражданских лиц в других тюрьмах[1294]. В июне 1941 года, буквально за несколько дней до начала войны с Германией, Серов занят депортацией в Сибирь неугодных советской власти жителей Прибалтийских республик. Всего арестовано и выселено: из Эстонии 10 тысяч человек, из Литвы 17 тысяч человек и из Латвии 16 тысяч человек[1295].
В годы войны список сталинских преступлений множится, и Серов активно в них участвует. Но теперь уже счет иной, и речь идет о тотальной депортации коренного населения ряда республик. Так, Серов участвовал в выселении советских немцев, калмыков, карачаевцев, чеченцев и ингушей, крымских татар.
Но помимо, так сказать, массовых акций Серов выдает и «штучную продукцию». Известна его роль в репрессиях против видных деятелей науки в бытность заместителем наркома госбезопасности в 1941 году. Именно Серов утвердил обвинительное заключение по делу знаменитого ученого-генетика Н.И. Вавилова[1296]. После войны сыграл активнейшую роль в деле коменданта сталинской дачи И.И. Федосеева. Причем не просто вел следствие, но и, выполняя прямые сталинские директивы, усердно избивал несчастного.
И наказанные народы, и отдельные лица, репрессированные Серовым, были уже при Хрущеве реабилитированы. А что же Серов? Он занимал должность председателя КГБ и невозмутимо участвовал в проведении реабилитации, готовил наверх порой весьма интересные и содержательные доклады о тех или иных преступлениях Сталина[1297]. Так как же все это понимать? И как совмещается одно с другим?
В фигуре Серова достаточно выпукло отразилась двойственность хрущевской либерализации. Реформы проводились представителями все той же «старой гвардии», а чистку и реорганизацию чекистского ведомства поручили человеку, чье персональное участие в сталинских репрессиях было всем очевидно. Но, тем не менее, Серова без малого пять лет терпели на этом посту. И причина отнюдь не только в его личной преданности Хрущеву. Просто сказывались привычки командно-административного метода управления, который Хрущев впитал еще при Сталине. В качестве руководителя КГБ ему требовался прежде всего надежный и послушный исполнитель, а вовсе не самостоятельно мыслящий политик во главе столь грозной организации.
ПРИЛОЖЕНИЯ
ДОКУМЕНТЫ
№ 1. Из докладной записки И.А. Серова наркому внутренних дел СССР Л.П. Берии об обстоятельствах занятия Львова и о поведении Н.С. Хрущева и С.К. Тимошенко. 24 сентября 1939 г.
№ 2. Директива Штаба войск НКВД по охране тыла 1-го Белорусского фронта № Ш/1–00578 с объявлением директивы уполномоченного НКВД СССР по 1-му Белорусскому фронту И.А. Серова об «оперативно-чекистских мероприятиях на территории Польши». 20 марта 1945 г.
№ 3. Сообщение И.А. Серова наркому внутренних дел СССР Л.П. Берии об обстановке в осажденном Берлине. 23 апреля 1945 г.
№ 4. Сообщение И.А. Серова наркому внутренних дел СССР Л.П. Берии о положении в занятых советскими войсками районах Берлина. 24 апреля 1945 г.
№ 5. Директива начальника штаба 331-го пограничного полка № 1–1249 об отмеченном заместителем наркома внутренних дел СССР И.А. Серовым неблаговидном поведении пограничников. 25 апреля 1945 г.
№ 6. Письмо И.А. Серова наркому внутренних дел СССР Л.П. Берии о неправильном указании начальника ГУКР СМЕРШ В.С. Абакумова о создании в городах Германии оперативных групп СМЕРШ. 22 июля 1945 г.
№ 7. Директива Главного управления войск НКВД по охране тыла действующей Красной армии № 15/10002243 о запрещении личному составу войск НКВД, находящемуся за границей, незаконного приобретения вещей и их перевозки в СССР. 25/27 июля 1945 г.
№ 8. Приговор Военного трибунала войск НКВД по охране тыла ГСОВГ по делу о расхищении ценностей из Рейхсбанка. 23 октября 1945 г.
№ 9. Письмо И.А. Серова наркому внутренних дел СССР Л.П. Берии о неправильном поведении К.Ф. Телегина и его попытках скомпрометировать работников НКВД. 28 ноября 1945 г.
№ 10. Письмо
