Последнее желание мистера Макбрайда - Джо Сипл

Но засохший кекс с черникой на завтрак убеждает меня покинуть отель. За последние двенадцать лет, с момента ухода из дома, я наелся ими до отвала. И ватные яблоки. И безвкусные вареные яйца.

И я наконец отправляюсь в дом своего детства, но концентратор оставляю на заднем сиденье. Без него я чувствую себя голым. Уязвимым. Словно без этой штуковины я могу в любой момент лишиться чувств. Остается лишь надеяться, что я сумею продержаться достаточно долго.

Стучать в дверь как-то странно. Я стою на пороге, ожидая, когда мне откроют. Не уверен, правильно ли поступил. Все какое-то чужое. Я не был здесь очень, очень давно.

Дверь открывается. На пороге мама. Лицо ее проясняется, и она делает шаг вперед, чтобы обнять меня, словно не в силах ждать, когда я войду в дом.

– Привет, мам!

– Входи! Выпей с нами кофе.

Лицо ее сияет улыбкой, но я чувствую какую-то напряженность, словно она стыдится своей радости при виде сына. У глаз я замечаю смешливые морщинки – раньше их не было. Хорошо, что у нее есть повод для смеха, даже если эти морщинки говорят о неумолимом течении времени.

В гостиной я с удивлением вижу за столом Деллу. Она сидит напротив Коллинза. Впрочем, не следует удивляться, ведь она живет по соседству. Я не представляю, как за последние годы изменилась ее жизнь, но точно знаю, что у нее никого нет. Она ушла от мужа, забрав Тиган, а потом потеряла дочь. Совершенно понятно, почему она здесь. У этих людей есть множество причин держаться друг друга: вместе они пережили тяжелую травму. Их объединяет Тиган – и я. Единственное, что кажется неуместным, – это мое появление. Я ушел. Отгородился от них и попытался убедить себя, что сделал это по веским причинам. Но так ли это? Или я просто пытался отгородиться от того, что вижу сейчас? От дискомфорта. От боли.

Я пытаюсь скрыть недостаток кислорода – беру кружку и наливаю себе кофе. Но даже такое простое действие не кажется нормальным. За много лет, что я провел в этом доме, я ни разу не выпил чашки кофе. Я вспоминаю, что жил здесь очень юным и тогда все было по-другому.

– Чем собираешься заняться сегодня, Джейсон? – спрашивает Коллинз.

Он обхватил кружку обеими руками. Руки у него по-прежнему сильные, и я вспоминаю, как увидел их в первый раз. Коллинз сидел перед классом на уроке живописи, и люди рисовали его руки. Он сидел рядом с нахмурившимся и недовольным Мюрреем…

– Джейсон?

Голос матери возвращает меня в реальность.

– Извините. В церкви я встретил девочку…

– Подожди, – останавливает меня мама. – Ты ходил в церковь?

– Не совсем. Мне просто хотелось поговорить с отцом Джеймсом.

Мама кивает. Она явно рада, что я хоть зачем-то сходил в церковь.

– И там я встретил девочку, – продолжаю я. – Вообще-то это было неслучайно. Нашу встречу устроил отец Джеймс. Девочка очень похожа на меня в детстве, только гораздо умнее для своих лет. Я помогаю ей исполнить желания.

Я улыбаюсь, и Делла одобрительно кивает.

– Желания? – переспрашивает мама, и я снова не могу сдержать улыбки.

Если бы Александра была здесь, она бы поняла, почему я вечно все повторяю.

Стоит мне сказать о желаниях, и со мной что-то происходит, мгновенно и резко. Словно в вену ввели препарат. Дышать становится легче. Мысли проясняются. Я сосредоточен и собран. Я забываю обо всем – и перестаю гоняться за собственным хвостом.

Интересно, Мюррей чувствовал то же самое?

– Да, – отвечаю я, не в силах сдержать улыбку. – Пять желаний. Как когда-то было у нас с Тиган. И мы начнем прямо сегодня.

– Правда? – Коллинз делает большой глоток кофе. Он чувствует себя совершенно свободно и, кажется, не замечает произошедшей со мной перемены. – И каково же ее первое желание?

– Мы пойдем в аквапарк.

Делла, которая пристально наблюдает за мной все это время, явно понимает, что происходит.

– Мы не станем тебя задерживать, – говорит она. – Ты же не хочешь опоздать.

До того как Баджер откроет для нас аквапарк, еще два часа, так что я точно не опоздаю. Но я чувствую: Делла понимает, как мне хочется быть с Александрой. Насколько легче мне становится рядом с ней. Я чувствую себя нужным. А исполнение ее желаний делает жизнь осмысленной. У меня появилась цель. Может, это интуиция, порожденная трагической утратой. А может, Делла хочет избавиться от меня и связанных со мной воспоминаний. Сказать трудно. Я допиваю кофе и целую маму в щеку:

– Я расскажу, как все пройдет.

– Это было бы замечательно, – отвечает мама, сжимая мое плечо, словно вселяя в меня твердость.

Я делаю шаг к двери, но меня останавливает голос Деллы:

– Джейсон. – Она умолкает, словно подбирая слова. – Если эта девочка важна для тебя, ты должен сказать ей об этом.

* * *

– Ты знаешь, что важна для меня?

Александра морщится:

– Знаю. Но это странно.

Она смотрит на меня поверх своей папки. Палец ее отмечает нечто важное. На ней красно-бело-синий купальник и рубашка в цветах американского флага. Не знаю, надела ли она свою поясную сумку, но без нее я Александру никогда не видел.

– Я хочу сказать, это хорошо, но…

– Забудь, – отмахиваюсь я.

Именно так я всегда твердил Мюррею. Впрочем, сейчас я разговариваю куда уважительнее, чем в те дни.

– Итак, кого мы ждем?

Хуан на кухне, готовит завтрак. Запахи распространяются просто потрясающие. Александра не отрывает пальца от листка и задумчиво смотрит в потолок, словно вспоминая.

– Так… Беллу, Кейт и Майли… А Сара и Тиффани встретят нас на месте.

Много детей. Не уверен, что родители дадут им карманные деньги – похоже, все ляжет на меня. Может быть, мне следовало поучаствовать в процессе приглашения. Я не успеваю спросить, как из кухни выходит Хуан, расставляет на столе тарелки и раскладывает вилки. Он сурово смотрит на Александру.

– А Камилла, Хуанита и Лурдес? – спрашивает он.

Плечи Александры напрягаются.

– Я их не приглашала.

– Почему? – спрашивает отец, словно становясь выше.

Александра не смотрит на него, но Хуан не собирается отступать. Он ждет ответа. Я вспоминаю имена приглашенных девочек: Белла, Кейт, Майли, Сара и Тиффани. И неприглашенных: Камилла, Хуанита, Лурдес. Мне больно, что старания Александры быть американкой завели ее слишком далеко. После долгой неловкой паузы я нарушаю молчание:

– Тебе нравятся Камилла, Хуанита и Лурдес?

– Да. Они все просто замечательные.

– Тогда я думаю, ты должна их пригласить. И знаешь почему?

– Почему? – Александра не поднимает глаз.

– Потому что