Мастер или нет. Но моя чуйка подсказывала, что он сказал это вполне серьёзно…
Больше сюрпризов у настоятеля не было. Мы направились к выходу из Храма, когда заметили собравшуюся там толпу.
Навстречу нам шагнули несколько азиатов, подпоясанных абсолютно чёрными поясами. Такие знаки отличия получали только настоящие знатоки боевых искусств…
— Вам что-то от меня нужно?
— Да, Князь. — Идущий впереди воин склонил голову. — Мы годами слышали, как Мастер называет тебя величайшим из воинов. Прошу прощения, но наши сердца не успокоятся, пока мы не узнаем, так ли ты хорош на самом деле…
— Проще говоря, вы хотите набить мне морду? — Я выхватил из его слов самую суть.
— Если совсем грубо, то да… — Монах смутился. — Конечно, если Мастер разрешит!
— Не вижу причин отказать вам в небольшом развлечении. — Лицо старика расплылось в улыбке.
В его ответе я даже не сомневался. Он всегда любил устраивать мне незапланированные поединки.
— Что ж, если все так этого хотят, то я тоже не против!
Я поставил сумку с рудой в стороне и вышел вперёд.
— Если хотите узнать, как дерётся Князь Искажений, то пожалуйста. Скрывать мне нечего. Но только, чур, не жаловаться!
Монахи меня окружили. Бой начался.
* * *
— Ваше Сиятельство, а вы… — Фёдор Серябкин, директор одного из крупнейших артефактных заводов Империи, судорожно сглотнул. — Вы в самом деле считаете, что нам надо идти… Туда⁈
Он посмотрел вперёд и содрогнулся. Стоящие рядом с ним мужчины потупили глаза. Они полностью поддерживали каждое сказанное Серябкиным слово. Но, в отличие от мастера-артефактора, не были настолько смелыми.
Опытные люди, добившиеся успеха каждый в своей области, они отлично понимали правила игры. Приняв приглашение Мамонтова, они фактически согласились играть по его правилам.
И теперь они не имели права ему отказать. А иначе…
О том, что будет иначе, они предпочитали не думать! Только не в ТАКОМ месте…
— Мой милый Федя… — Князь Мамонтов обернулся, и на миг им всем показалось, что в его глазах пляшет адское пламя. — Я правильно услышал, что ты только что назвал мою лёгкую прогулку, организованную для ближайших друзей, глупой затеей?
— Но… — Смельчак Серябкин начал понимать, что допустил роковую ошибку. — Ваше Сиятельство… Но это же Искажение! Очень сложное и высокоранговое! В такое место рискнёт зайти далеко не каждый Охотник. А у нас даже подготовки нет… Это же огромный риск!
Серябкин обвёл Искажение руками. Стоило ему оглянуться, как в его взгляде появилось ещё больше ужаса, чем раньше.
Сутки назад все участники рейда получили приглашения от Мамонтова с приказом явиться по указанному адресу. Приглашение не обещало им ничего хорошего, но выбора ни у кого из них не было. Слишком уж сильно они были связаны с князем Анатолием и зависели от его мнения.
Отказать ему означало примерно то же самое, что подписать смертный приговор!
Прибыв по адресу, они обнаружили, что направляются не на совместный ужин, а в полноценное Искажение.
И вот теперь они стояли здесь, в самом сердце этого ужасного места. Совсем рядом бурлила огненная река, из темноты наблюдали красные глаза, а вокруг ревели монстры.
Худший момент их жизней. Но он мог стать ещё хуже, если перейти Мамонтову дорогу.
И недалёкий Серябкин это сделал.
Они ничего не успели понять, когда Анатолий за один шаг оказался рядом с артефактором. Могучая фигура князя нависла над Серябкиным, делая его мелким и незначительным.
— Дорогой Фёдор… Кажется, ты забыл, что связан со мной кровью. Ты взял мои деньги и согласился делать то, что я хочу. А сейчас ты вдруг изменил своё мнение… Я всё верно понимаю?
— Нет, не верно! — Неожиданно для всех, Серябкин решил идти до конца. — Я не отказываюсь работать с вами. Просто идти сюда опасно! А ещё… Ещё ваш план слишком сомнительный!
— И что же в нём сомнительного?
Мамонтов казался безобидным, но все присутствующие сделали несколько шагов назад. Что-то в его тоне пугало их до глубины души…
Тем временем Серябкин не сдавался.
— Что в нём сомнительного? Да всё! Вы фактически вынудили нас выступить против Его Величества Императора Александра. Это государственное преступление! Уж поверьте мне, Державины не дремлют. Они растерзают нас всех, как только пронюхают, что мы задумали! А ещё…
— Что ещё? Ну же, договаривай!
— А ещё на стороне Императора сражается барон Гордеев. Он совсем молодой, но я слышал, что он такой же сильный, как его предок. Не знаю, как вы, но я не хочу, чтобы он меня убил!
Присутствующие переглянулись и, не сговариваясь, активировали Щиты. Все знали, как сильно Анатолий ненавидит Гордеева. Даже простое упоминание барона могло его взбесить!
Они оказались правы.
Сила вспыхнула вокруг Мамонтова. Он навис над сжавшимся в комок Серябкиным и протяжно свистнул.
В тот же миг из темноты Искажения на артефактора выскочил огромный монстр. Повизгивая от возбуждения, чудовище утащило кричащего от боли Серябкина.
А потом его крик резко затих…
— Итак… — Князь Мамонтов оглядел притихших членов рейда. — У кого-то ещё есть вопросы? Может, кто-нибудь желает высказать недовольство моими методами?
Все присутствующие дружно помотали головами. Анатолий улыбнулся.
— Так я и думал! А теперь продолжим наше маленькое путешествие. — Князь двинулся вглубь Искажения, не замечая бродящих вокруг чудовищ. Остальные нехотя последовали за ним. — Нам есть что обсудить. Первый этап плана завершён. Но впереди ещё много работы…
* * *
На самом деле, это получился даже не бой, а демонстрационно-показательное выступление.
От того, чтобы сражаться на мечах или с использованием другого оружия, я отказался сразу. Увидев, что один из юных монахов протягивает мне посох бо, я и вовсе поморщился.
— Без обид, но посохов с меня точно достаточно. У меня с прошлого раз остались синяки в таких местах, о которых не принято говорить… Предлагаю старый добрый мордобой! То есть, говоря на вашем языке, рукопашный бой. Руки, ноги и ничего лишнего!
— Как хотите, Князь. Мы согласны на всё, что вы предложите.
Они так хотели со мной сразиться, что и в самом деле были готовы принять все мои условия.
Вокруг меня собралась настоящая толпа, и вперёд вышел первый противник. Им оказался паренёк лет шестнадцати. Рубашки на нём не было, и на его выпирающие рёбра было грустно смотреть.
— Хозяин, ты что, собиррраешься бить этого ррребёнка? Это же непррравильно!
— Ребёнка?
