масштабная воздушная операция, в которой примет участие более 450 самолетов. Достигнутые локальные успехи Сталина не впечатлят. 2 сентября он надиктует по телефону Шапошникову директиву для Еременко. «Ставка все же недовольна Вашей работой… — скажет Сталин. — Вы противника чуть-чуть пощипали, но с места сдвинуть его не сумели… Гудериан и вся его группа должна быть разбита вдребезги. Пока это не сделано, все ваши заверения об успехах не имеют никакой цены»[464].
Приказ командующего войсками Резервного фронта Г. К. Жукова о победе, одержанной частями 24-й армии в районе г. Ельни
7 сентября 1941
[ЦА МО РФ. Ф. 219. Оп. 679. Д. 11. Л. 126–127. Подписи — автографы Г. К. Жукова и С. Н. Круглова]
Запись переговоров по прямому проводу верховного главнокомандующего И. В. Сталина и начальника Генштаба Красной армии Б. М. Шапошникова с командующим войсками Брянского фронта А. И. Еременко о расформировании Центрального фронта и операции по разгрому 2-й танковой группы Г. Гудериана
24 августа 1941. 23 ч 40 мин
[РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 487. Л. 48–55]
Директива Ставки Верховного главнокомандования № 001540 командующему войсками Брянского фронта А. И. Еременко и заместителю командующего ВВС Красной армии И. Е. Петрову о неудовлетворительных результатах действий по разгрому 2-й танковой группы Г. Гудериана и задачах авиации
2 сентября 1941
[ЦА МО РФ. Ф. 148а. Оп. 3763. Д. 97. Л. 31–32. Автограф Б. М. Шапошникова]
Несмотря на требования Ставки, решить все поставленные перед Брянским фронтом задачи Еременко не сможет, и Сталин прикажет прекратить наступление. Именно неудача Брянского фронта имела результатом выход танковой группы Гудериана на оперативный простор и создание угрозы правому флангу Юго-Западного фронта. Реализация этой угрозы на практике в значительной степени и предопределила падение Киева в результате операции по его окружению. Ответственность за неуспех Брянского фронта в полной мере разделяет и Ставка, поскольку она не ограничилась постановкой фронту общей задачи, но целым рядом последующих директив вмешивалась в оперативное руководство боевыми действиями[465].
Несмотря на локальные успехи этого периода вооруженной борьбы, достичь перелома не удастся, и по приказу Ставки 10 сентября войска Западного, Резервного и Брянского фронтов перейдут к обороне. В этот день «по поручению Ставки Верховного Главнокомандования» Б. М. Шапошников направит командующему Западным фронтом шифровку: «Ставка приказывает прекратить дальнейшие атаки противника, перейти к обороне, прочно закопаться в землю… вывести в резерв 6–7 дивизий, чтобы создать мощную маневренную группировку для наступления в будущем» [466].
Относительно подробно о событиях на Брянском фронте приходится говорить потому, что без этого останется неверно представленной позиция, занятая Сталиным по вопросу об обороне Киева. Киевскую оборонительную операцию обычно приводят в качестве примера военной некомпетентности Сталина, настоявшего на своем решении продолжить оборону, несмотря на мнение ряда военных о необходимости вывести в сентябре 1941 г. войска из-под Киева из-за угрозы окружения группировки советских войск. С таким предложением, как мы видели, к нему обращался в конце июля Жуков[467]. 7 сентября начальник Генштаба Шапошников и его заместитель Василевский обратились к Сталину с просьбой разрешить отвод войск от Киева, но получили отказ. 11 сентября главнокомандующий Юго-Западным направлением Буденный предупредит Сталина о «надвигающейся катастрофе». В тот же день состоятся переговоры Ставки с командованием Юго-Западного фронта. В них со стороны Ставки примут участие Сталин, начальник Генштаба Б. М. Шапошников, С. К. Тимошенко. Последней фразой переговоров станет указание: «…Киева не оставлять и мостов не взрывать без разрешения Ставки»[468].
Шифротелеграмма начальника Генштаба Красной армии Б. М. Шапошникова командующему Западным фронтом С. К. Тимошенко с текстом директивы Ставки ВГК № 001705 о переходе к обороне
10 сентября 1941
[ЦА МО РФ. Ф. 208. Оп. 2513. Д. 5. Л. 26]
Эта позиция не была порождением непонятного упрямства Сталина, как это иногда представляется в исторической публицистике. Как мы только что видели, Сталин предпринял масштабные действия для того, чтобы отвести угрозу от Киева, специально создав для этого Брянский фронт, который должен был мощным контрударом предотвратить надвигающуюся катастрофу. Принятые меры результата не принесут.
14 сентября штаб Юго-Западного фронта в составе командующего войсками фронта генерал-полковника М. П. Кирпоноса, членов Военного совета М. А. Бурмистенко и Е. П. Рыкова направит начальнику Генерального штаба и главкому Юго-Западного направления боевое донесение, последним восьмым пунктом которого станет сообщение: «Фронт перешел к боям в условиях окружения и полного пересечения коммуникаций»[469].
Говоря о киевской катастрофе, необходимо подчеркнуть сложную — политико-военную, а не чисто военную — природу решения о продолжении борьбы за Киев. Оставление Киева, а значит, и всей Украины выглядело в глазах Сталина (и не только его одного) крупнейшим политическим поражением с далеко идущими стратегическими военными и экономическими последствиями. Естественно, он пытался не допустить такого развития событий всеми силами, имевшимися в его распоряжении. Сталин, помимо прочего, не хотел терять лица на международной арене, поскольку в конце июля во время встречи с посланником президента США Г. Гопкинсом он заявил, что Киев не будет сдан, а линия фронта к концу года пройдет западнее города. Потеря лица в данном случае грозила осложнениями в формировании союзнических отношений и обеспечении материально-технической поддержки со стороны западных держав. Следует видеть и то, что Ставка и лично Сталин приняли энергичные военные меры по предотвращению окружения Киева контрударом Брянского фронта под командованием А. И. Еременко по войскам танковой группы Г. Гудериана в рамках скоординированного наступления трех фронтов. Именно неудача Брянского фронта предопределила окружение и падение Киева.
Запись переговоров Ставки ВГК с командованием Юго-Западного фронта с критикой предложения командования об отводе войск от Киева
11 сентября 1941
[РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 483. Л. 36–39, 40. Телеграфная лента, автограф И. В. Сталина]
Михаил Петрович Кирпонос
Конец 1930-х
[РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 100. Д. 91774]
Итог хорошо известен. В Киевской оборонительной операции с 7 июля по 26 сентября Юго-Западный фронт потерял 531 тыс. чел., почти в полном составе погибло управление фронта во главе с командующим М. П. Кирпоносом.
С
