начал орать свои песни.
Тут зазвонил будильник, и я проснулась, дрожа, как осиновый лист. Этот негодник уже и во сны ко мне пролез!
* * *
После завтрака мы с Арни вышли в пасмурный день. Дождь наконец перестал, но темные тучи все еще клубились над головой. Когда мы шли под деревьями, с веток срывались холодные капли.
Мимо в вихре брызг пролетел черный внедорожник. Нам с Арни то и дело приходилось выходить на проезжую часть, чтобы не наступать в огромные лужи на тротуаре.
Я вздрогнула: порыв ветра швырнул капли дождя прямо в лицо. Поплотнее запахнула пончо – новенькое пончо, которое тетя Хелен прислала мне на день рождения.
Я надела его впервые. Оно было светло-коричневое и очень элегантное. Больше похоже на тренч, с пояском и другими атрибутами.
Мы перешли Сливовую улицу и очутились в школьном квартале. Арни был какой-то смурной. Мне захотелось разговорить его.
– Что проходишь в школе? – спросила я.
– Не твое собачье дело.
На этом беседа и завершилась.
Мы остановились на краю огромной грязной лужи посреди тротуара.
– Ух ты, настоящее озеро, – сказала я.
У Арни глазищи аж засияли.
– Спорим, – начал он, – я перепрыгну?
Я покачала головой.
– Ну уж нет. Даже не пытайся.
– Да мне раз плюнуть. – Он отступил на пару шагов. – Гляди.
– Арни, не надо… – взмолилась я. – Не вздумай. Я не шучу. Не надо. Знаю я, что у тебя на уме.
– А что у меня на уме, Эми?
– Хочешь меня забрызгать. Чтобы испортить мое новое пончо.
Арни покачал головой.
– Ничего подобного. – Он поднял правую руку. – Клянусь. Я эту лужу на раз перепрыгну.
– Нет. Пожалуйста, не надо! – закричала я.
Но он уже разбежался, согнул коленки – и прыгнул.
ПЛЮХ!!!
Гаденыш приземлился точнехонько на середину лужи. У него, конечно, и в мыслях не было ее перепрыгивать.
Я с визгом отшатнулась. Поздно! Волна грязи окатила мое новенькое пончо, потекла по ногам и заляпала туфли.
– Арни, ты… ты скотина! – взвыла я.
Но он так ржал, что все равно не услышал.
Глава 11
Монстр нападает»
В общем, вы наверняка уже поняли, каково жить с Арни.
Он испортил мою вечеринку и напугал нас с подругами до смерти. Марта и Софи ко мне больше не приходят.
Он выбросил листки со сценарием, который мы разучивали, в окно.
А потом угробил мое новое пончо.
Вы небось подумали, что это и стало последней каплей? Что именно после этого я совершила тот ужасный поступок, навсегда изменивший нашу жизнь?
Так вот, вы ошибаетесь.
ТЪ были еще цветочки. Уж поверьте.
* * *
Вернувшись из школы, я обнаружила маму на кухне. Она сидела за столом, разложив перед собой дюжину разноцветных зверюшек-оригами.
Мама – творческая личность. Она постоянно что-то рисует, плетет и украшает стены гобеленами. До того как потерять работу, она трудилась в багетной мастерской.
Я подошла к столу и стала рассматривать жирафа-оригами.
– Это зачем?
– На благотворительность. – Тут мама обратила внимание на мое пончо, и глаза у нее полезли на лоб. – Господи, Эми, что случилось?
Я застонала:
– Арни случился!
Она двумя пальцами приподняла рукав.
– Ты упала?
– Нет, говорю же, это сделал Арни. Он забрызгал меня. Нарочно.
Мама опустила взгляд на здоровенное пятно.
– Ты в этом уверена?
– Я должна быть уверена, что он скотина? – огрызнулась я.
Мама нахмурилась.
– Не надо, – мягко сказала она. – Бранью делу не поможешь.
– А чем поможешь? – рявкнула я. – Мама, Арни не дает мне жить!
Она взяла квадратик синей бумаги и стала складывать птичку.
– И делать из мухи слона тоже не нужно…
– Из мухи слона? – взорвалась я. – Из мухи слона?! Посмотри на мое новое пончо. Полюбуйся.
Она не сводила глаз с птички, которую сжимала в пальцах.
– Я вижу. Мы все знаем, что у Арни проблемы…
– Проблемы? Это у меня проблемы! – Я так грохнула кулаком по столу, что все фигурки подскочили. – Мама, с ним надо что-то делать.
– С твоим братом очень непросто, я все понимаю. Но мы с папой делаем все, что в наших силах.
– Значит, недостаточно! – рявкнула я. – Семейный совет помнишь? Ему хоть кол на голове теши. Он считает все свои выходки обалденными. А все ваши советы ему до фени.
Мама скомкала птичку и бросила на стол.
– Я понимаю, Эми, я все понимаю. Но и ты пойми! Нам с отцом и так тяжело. Сейчас главное – найти работу. – Она вздохнула. – Деньги… они на исходе.
Я открыла рот, но осеклась. Что тут скажешь?
Мама снова потянула меня за рукав.
– У меня для тебя снова плохие новости.
Я закатила глаза.
– Ну что опять?
– Мне нужно, чтобы ты посидела с Арни в субботу утром.
Я начала снимать пончо, но остановилась.
– Но ты же знаешь, что Лисса придет ко мне печь хлеб.
– Испечете днем, – ответила мама. – Можете утречком сходить с Арни в торговый центр, пусть займется чем-нибудь. Пару часов, и все. А потом вернетесь и испечете.
Она смотрела на меня с мольбой. Как я могла отказать?
– А где, кстати, Арни? – спросила я. – Он дома?
Мама покачала головой.
– Отцу пришлось забрать его с тренировки по футболу. Тренер запретил ему играть.
– Да ладно? – воскликнула я. – И почему же? Что он опять натворил?
– Он запугивал мяч товарищам прямо в лицо. Нарочно. Двоим нос расквасил.
– Знаешь, мама, по-моему, ему нужна помощь посерьезнее.
Она вздохнула.
– Знаю-знаю. Но… еще один врач нам сейчас не по карману.
В дверь позвонили. Я побежала открывать.
– Ой, Софи, привет!
На подруге была просторная бордовая толстовка и черные лосины. От сырости ее кудряшки пребывали в беспорядке.
Она сощурилась, глядя на мое заляпанное пончо.
– Ты что, упала?
– Нет, – ответила я. – Меня забрызгали.
– А чего не снимешь? Крыша течет?
– Да я только пришла, – огрызнулась я. – Ты по делу?
– Да вот подумала, может, ты поможешь мне с естествознанием? Я на той неделе приболела, теперь наверстываю.
Я искоса глянула на нее. Она стояла без ранца
