к которым присоединилось собственное молодое воинство.
513
Достаточно одного взгляда на негритянское государство в Ираке и «одновременные» попытки Спартака, Сертория, Секста Помпея, чтобы получить представление о количестве представлявшихся возможностей. Вейль предполагает следующее: 1785–1765 гг. – распад державы, узурпатор (генерал); 1765–1675 гг. – много мелких властителей, в дельте совершенно независимых; 1675–1633 гг. – борьба за единство, прежде всего государи Фив с постоянно растущими численно сторонниками из зависимых от них правителей, в том числе гиксосами; 1633 г. – победа гиксосов и поражение фиванцев; 1591–1571 гг. – окончательная победа фиванцев.
514
Как воодушевляющая идея он может сохраняться и дальше; в действительности же он больше никогда не будет применен.
515
Ср. названную в примечании 484 работу Питона.
516
История III, 81.
517
Так что сюда относится также и американская конституция, чем только и объясняется удивительное благоговение, которое испытывает в ее отношении американец, даже когда он ясно сознает ее несовершенство.
518
Цезарь прекрасно это понял: «Nihil esse rem publicam, apellationem modo sine corpore ac specie» [ «Республика – ничто, одно только название, ни тела, ни вида» (лат.)] (Светоний. Цезарь, 77).
519
С. 79 сл.
520
В речи за Сестия Цицерон указывает на то, что на плебисцитах присутствует по пять человек от каждой трибы, которые к тому же на самом деле принадлежат к другой трибе. Однако и эти пятеро приходят сюда лишь для того, чтобы продаться власть имущим. А ведь пятидесяти лет не прошло с тех пор, как массы италиков отдавали жизнь за это самое право голоса.
521
И что весьма примечательно, также и Эд. Мейер в своем шедевре «Монархия Цезаря», единственном посвященном этому времени труде, поднимающемся на уровень государственного мышления (и еще раньше этого – в статье об императоре Августе. Kl. Schr. S. 441 ff.).
522
«О государстве» – предназначенный для Помпея меморандум от 54 г.
523
С. 564 сл.
524
С. 590.
525
«На „Сон Сципиона“» VI, 26, где богом назван тот, кто управляет государством так, quam hunc mundum ille princeps deus{715}.
526
Не случайно Брут, стоя подле трупа, выкрикнул имя Цицерона, как и то, что Антоний выделил этого последнего как идейного вдохновителя содеянного. Однако «свобода» не означала ничего, кроме олигархии нескольких семей, ибо толпе давно уже прискучили ее права. Само собой разумеется и то, что рядом с духом за содеянным стояли также и деньги, крупная римская собственность, усматривавшая в цезаризме конец своего всесилия.
527
Даосизм, напротив того, поддерживался, потому что проповедовал уход от всякой политики. «Желаю видеть рядом только толстых», – говорит Цезарь у Шекспира{716}.
528
Тацит этого уже не понимал. Он ненавидит этих первых цезарей, потому что они всеми мыслимыми средствами обрушивались на ползучую оппозицию в его окружении, оппозицию, которой, начиная с Траяна, больше не существовало.
529
С. 471 сл.
530
С. 454, 492 сл.
531
С. 435 сл.
532
«Империи гибнут, хороший стих остается», – сказал В. фон Гумбольдт на поле битвы при Ватерлоо. Однако личность Наполеона предопределила собой историю следующего столетия. А что до хороших стихов, то насчет их спросил бы он прохожего крестьянина. Они остаются – для преподавания литературы. Платон вечен – для филологов. Наполеон же внутренне господствует во всех нас, в наших государствах и армиях, в нашем общественном мнении, во всем нашем политическом бытии, причем тем больше, чем меньше мы это сознаем.
533
С. 479 сл.
534
С. 524 сл.
535
Это и означает английский принцип men not measures{719}, и в этом – тайна всякой успешной политики.
536
С. 28, 524 сл.
537
С. 474 сл.
538
По сути это относится и к церквам, представляющим собой по сравнению с религиями нечто иное, а именно моменты мира фактов, а потому являющимся по характеру управления политическими, а не религиозными учреждениями. Мир завоевала не христианская проповедь, но христианский мученик, и тем, что у него достало на это сил, он обязан не учению, но стоявшему у него перед глазами образцу – Человеку на кресте.
539
В общем-то, не следовало бы даже и подчеркивать, что это есть принципы не аристократического правления, но правления вообще. Никакой одаренный вождь масс, ни Клеон, ни Робеспьер, ни Ленин, не относился к своей должности как-то иначе. Тот, кто действительно ощущает себя в роли порученца толпы, вместо того чтобы быть правителем тех, кто сам не знает, чего хочет, ни дня не будет владеть ситуацией. Вопрос лишь в том, достигают ли великие народные вожди своего положения ради самих себя или ради других, и об этом можно рассуждать очень долго.
540
Изначально объединение девятнадцати князей и вольных городов (1529).
541
С. 443 сл., 570 сл.
542
Поэтому на почве буржуазного равенства место генеалогического ранга тут же занимает владение деньгами.
543
С. 511 сл.
544
С. 616 сл. Ср. также: Wellhausen. Die relig.-polit. Oppositionsparteien im alten Islam. 1901.
545
Для демократии в Англии и Америке существенно то, что в первой крестьянство вымерло, а во второй его никогда и не было. «Фермер» в душе своей – обитатель пригорода, и он занимается земледелием практически на индустриальных принципах. Вместо деревень здесь лишь фрагменты больших городов.
546
А где между прасословиями существует также и политическое противоречие, как в Египте, Индии и на Западе, там повсюду возникает еще и клерикальная партия, т. е. вовсе не религия, но церковь и не верующие, но духовенство как партия.
547
И более крепкое расовое содержание предоставляет ей в этом смысле определенные перспективы.
548
С. 587 сл.
549
Плебс соответствует tiers (буржуа и крестьянам) XVIII в.,
