с противниками о его забаллотировании. В Риме же приговор был совершенно неважен: достаточно было, если ответчик еще заранее добровольно удалялся из города и тем самым исчезал из партийной борьбы и конкуренции за должности.
575
Pohlmann v. Griech. Gesch. S. 236 f.
576
Так, в пресловутом процессе 93 г. Рутилий Руф был осужден потому, что, будучи проконсулом, он, как того требовала от него должность, выступил против вымогательств обществ откупщиков.
577
И как бы во внутреннем созвучии с «артиллерией».
578
Самым разительным примером окажется для будущих поколений вопрос о «вине» за мировую войну, т. е. вопрос о том, кто посредством господства над прессой и телеграфными кабелями всей Земли обладает властью устанавливать в общемировом мнении те истины, которые ему нужны в собственных политических целях, и поддерживать их так долго, как это ему необходимо. И совершенно иной вопрос, который все еще продолжают смешивать с первым лишь в одной Германии, – это чисто научный вопрос о том, кто же все-таки был заинтересован в том, чтобы событие, породившее о себе тогда же целую литературу, наступило именно летом 1914 г.
579
При подготовке к мировой войне пресса целых государств была финансово подчинена руководству Лондона и Парижа, а вместе с ней в жесткое духовное порабощение попали соответствующие народы. Чем более демократична внутренняя форма нации, тем с большей легкостью и полнотой подвергается она этой опасности. Таков стиль XX века. Демократ прежнего закала требовал бы сегодня не свободы для прессы, но свободы от прессы, однако вожди превратились за это время в «выскочек», желающих, чтобы в массах было гарантировано благоприятное о них мнение.
580
Великое книгосожжение у китайцев (с. 627 сл.) выглядит рядом с этим вполне безобидно.
581
С. 638.
582
В этом скрывается разгадка того, почему все радикалы, т. е. бедные партии, неизбежно делаются орудиями финансовых сил, equites, биржи. Теоретически они на капитал обрушиваются, на практике же они нападают не на биржу, но в ее интересах – на традицию. Во времена Гракхов это было совершенно так же, как и теперь, причем во всех странах. Половина народных вождей покупается деньгами, должностями, участием в бизнесе, а с ними – и вся партия в целом.
583
С. 597 сл.
584
«Preussentum und Sozialismus». S. 41 f.
585
«Political discourses» [ «Политические рассуждения» (англ.)], 1752.
586
Знаменитое «Inquiry»{742}, 1776.
587
Согласно распространенному гелертерскому представлению экономические последствия мобилизации должны были в считаные недели привести к прекращению войны.
588
С. 117 сл.
589
С. 7 слл., 470 сл.
590
С. 435 слл.
591
С. 121, 164.
592
С. 11.
593
С. 477 сл.
594
«Negotium (под ним подразумевается любой промысел: предпринимательство называется „commercium“) negat otium neque quaerit veram quietem, quae est deus»{745}, – говорится в указе Грациана (ср. с. 113 сл.).
595
Вопрос Пилата устанавливает также и соотношение между экономикой и наукой. Религиозный человек будет впустую с катехизисом в руке пытаться улучшить происходящее в окружающем политическом мире. Мир же преспокойно идет своей дорогой, предоставляя тому думать о нем все что угодно. Перед святым открывается выбор: приспособиться (и тогда он делается церковным политиком и бессовестным человеком) или бежать от мира в отшельничество, даже в потусторонность. Однако то же самое повторяется, и не без комизма, внутри городской духовности. Философ, возведший здесь свою полную абстрактной добродетели и единственно верную социально-этическую систему, желал бы, как и следовало ожидать, раскрыть экономической жизни глаза на то, как ей следует себя вести и к чему стремиться. Картина всегда совершенно одна и та же, будь система либеральной, анархистской или же социалистической и кем бы она ни была создана – Платоном, Прудоном или Марксом. Однако также и экономика, ничуть не смущаясь, идет дальше, предоставляя мыслителю выбор: отступить и излить свое негодование по поводу этого мира на бумаге или же вступить в него в качестве экономо-политика, когда с ним произойдет одно из двух – он либо превратится в посмешище, либо тут же пошлет свою теорию ко всем чертям, чтобы отвоевать себе ведущее место.
596
С. 7.
597
С. 13.
598
Совершенно то же самое и с бродячими ордами охотников и скотоводов, однако экономическое основание высшей культуры неизменно предполагает людскую разновидность, которая, питая и неся на себе высшие экономические формы, прочно прикреплена к земле.
599
С. 463.
600
Андершэфт в «Майоре Барбаре» Бернарда Шоу – образ настоящего государя в этом царстве{746}.
601
С. 483. Как средство управления она называется финансовым хозяйством. Вся нация оказывается объектом взимания податей в виде налогов и пошлин, используемых вовсе не на более вольготное поддержание жизни, но для обеспечения ее положения в истории и увеличения мощи.
602
В наиболее широком смысле, куда относится также и подъем на ведущие роли рабочих, журналистов, ученых.
603
С. 370 сл.
604
С. 47.
605
С. 394.
606
Включая сюда врачей, которых в правремена невозможно отделить от священников и колдунов.
607
Сюда же относятся пастухи, рыбаки и охотники. Кроме того, как это видно из родственных мотивов старинных сказаний и обычаев, возникает своеобразная и чрезвычайно глубокая связь крестьянства с горным делом. Металл добывается из шахты точно так же, как зерно из земли и дичь из леса. Однако для рудокопа также и металлы являются чем-то таким, что живет и растет.
608
От изначального мореплавания до биржевых сделок мировых столиц. Сюда же относится все обращение, совершающееся по рекам, шоссе, железным дорогам.
609
С. 490. Сюда же относится и машинное производство с характерным для него чисто западным типом изобретателя и инженера, а также
