и различия в материальной природе должны существовать и в «праведном городе» Фараби. Это значит, что правитель «праведного города» должен быть подобным самому творцу мироздания. Создатель всеобщего порядка так устанавливает мелочи и части Вселенной, что это влечёт упорядочивание всего мира. Все эти вещи, будучи множественными, в то же время имеют одно общее начальное действие. Правитель также должен иметь быть связующим звеном между различными частями общества. Общество, будучи разноликим, имеет одно общее начало, объединяющее его, то есть сконцентрированное в правителе этого города.
Что же касается управителя всего мироздания, то помимо причин связи и антагонизмов, Он установил в мироздании порядок. Кроме этого, в мироздании есть и другая сила, которая сохраняет порядок и устой. Правитель «праведного города «должен иметь непременно близкую и нерушимую связь с Творцом сущего, он не должен стать причиной изъяна в мировой системе порядка, но, наоборот, должен всевозможными методами помогать и укреплять существующий порядок и мировую гармонию. Правитель «праведного города» должен установить в городе справедливость и добродетель. Порядок и добродетели в городе должны быть такого уровня, чтобы намного опережали природную и «упорядоченную» добродетель. Именно тогда жители праведного города достигнут совершенства и своего предназначения, то есть счастья в этом и ином мире. Это произойдёт, если только правитель этого города владеет теоретической философией в совершенстве. В противном случае достижение полного счастья невозможно. А таким правителем может быть только пророк.
Что же касается религии этого города, то она самая достойная и праведная. Действия правителя, направленные на исследования добродетели, называются политикой. На этом основании всякий, кто достигнет данного положения, найдёт в себе силы для осуществления своей задачи, а все необходимые качества праведного правителя присутствовать будут в нём. Возможно, не будучи правителем, он не будет заниматься политикой как таковой, то есть не будет переходить от потенции к поступку. Но это нужно понимать не в том смысле, что «праведный город» может существовать без своего правителя. Точнее, невозможно существование «праведного города» без его правителя.
Если представить, что не существует «праведного города», то можно однозначно говорить об отсутствии добродетели как таковой. Но не нужно думать, что Фараби рассматривает добродетель отдельно от «праведного города», это только одно из его необходимых условий. Хотя политика связана с городом, её основы, несомненно, лежат вне его.
Возможно, кто-то скажет, что политика в смысле определённого действия с целью установления порядка и воплощения в жизнь добродетели должна проявляться в совершенном и праведном городе, однако то, что понимается под политикой в современном мире, не имеет отношения к политике «праведного города». Конечно, нет сомнений в том, что если не будет «праведного города», не будет и политики. Но Фараби приводит и другое толкование данного мнения. Как мы сказали ранее, его цель – не указывать на то, что политика следует за «праведным городом», изменяясь вслед за мельчайшими изменениями в самом городе. Фараби внимателен и к изменениям в городе. Он считает, что правитель должен и обязан следить за всеми малейшими изменениями в городе и, соответственно, в обществе. Так, в частности, он говорит: «Наши предки[75] обращали своё внимание на общественные изменения. Они пользовались опытом, приобретённым в результате этих общественных изменений, и это пользование мы называем интеллектуальным размышлением. Это интеллектуальное размышление есть один из признаков и качеств правителя праведного города».
Политика, по его мнению, не следует определённым временным изменениям в обществе; основанные принципы этой политики нисходят с в физический мир с мира божественного.
Фараби вслед за Аристотелем, считает человека естественно склонному к цивилизации. Это ни в коем случае не означает, что в основе человека заложена устремлённость к определённым изменениям, которые осуществляются при наличии некоторых общественных условий. Напротив, его цель заключается в подчинении цивилизации заложенных в человеке природных инстинктов и качеств.
Город существует потому, что того требует природное естество человека. Когда Фараби утверждает, что политика есть основа существования города, он не принимает во внимание всеобщий порядок, но говорит, что город и его упорядоченные части (политика, управление городом) имеют прямую связь с человеческим естеством. Это, в свою очередь, имеет непосредственную связь с мирозданием и иерархией сущего. Город связан с политикой не потому, что он есть общественное место, а потому что связан с божественным откровением и божьим ангелом или действенным интеллектом.
Из данного рассуждения следует, что Фараби ставит на один уровень философа и пророка. Мы знаем, что некоторые критиковали Фараби за то, что он, якобы, ставит выше философа, чем пророка Это недоразумение возникло от того, что Фараби говорит, что философ соединяется с действенным разумом (‘акл фа‘л) посредством умопредставления, а пророк – посредством воображения. Философ получает добродетели посредством исследования, через доказательства и логические умозаключения. Пророк приводит людей к добродетели, обещая им награду и предупреждения о наказании. Следовательно, проблема не в достоинствах и положении пророка и философа, а в самой политики, то есть в установлении роли добродетели и иерархии «праведного города».
Мы видим, что разногласия начинаются там, где Фараби начинает исследовать пророка и философа непосредственно как правителя, ибо правитель города использует все возможные методы, чтобы пробудить добродетель в соответствии с возможностями и потенциальными силами различных людей. В связи с эим уместен следующий вопрос: тождественно ли положение пророка (наби) и философа или нет?
Фараби говорит, что религия подобна философии[76]. Их сходство можно наблюдать в их внешней форме, в то время как в своей внутренней основе они идентичны и представляют собой одно целое. Когда он описывает религию жителей «праведного города», он делит её на две части, практическую и теоретическую, подобно тому, как он делит на две части и философию. Теоретическое мировоззрение жителей относится к божественным атрибутам, трансцендентному миру и соответствующей божественной или духовной иерархии. Фараби рассматривает духовную иерархию в ее соотношении с божественной сущностью, действием и особенностями каждой отдельной вещи.
Он внимателен и к отдельным частям мироздания. Задаваясь вопросом о сотворении первичных физических тел, которые являются основой всех последующих вещей, Фараби исследует особенности вещей в их отношении и связи с другими частями мироздания и связи каждой из них с Богом.
Так же он рассматривает и самого человека. В нём он видит, прежде всего, его интеллект, отношение к окружающему миру и Всевышнему. Фараби также задаётся вопросом о сущности божественного откровения и особенностях его ниспослания, о жизни и смерти, загробном счастье, которое получают праведники, и наказании, которое получают грешники.
Что же касается ведения дел в «праведном городе», то оно охватывает не только особенности посланников божьих, праведных правителей и
