class="p1">Ожидая продолжения, внимательно смотрела на сына, и он таки договорил:
— Если я не уговорю тебя отдать ей все мои акции.
Обалдеть.
Это что там за революционные идеи в той блондинистой голове зашевелились, а?
Скрипнула зубами: сейчас-то дочери претензии не выскажешь, но я этого не забуду. И ухо ей от селедки, а не акции Феликса. Я и свои ей не отдам, хотя хотела же. Но не теперь.
Наплевать на собственного ребенка, угрожать брату, бухать вместо того, чтобы уложить Нину спать — если Марине кажется, что это нормально, то я корону ей поправлю, хоть бы и лопатой.
— Иди в душ, я проверю Нину и зайду к тебе, — отправила сына укладываться, а сама вернулась к нашему спасителю.
— Дима, ты же понимаешь, я очень беспокоюсь. Феликс несколько наивен и доверчив, поэтому его знакомства, о которых мне неизвестно, напрягают.
Этот чудесный мальчик, которого я знала, кажется, бесконечно давно, криво улыбнулся и развел руками:
— Элина Витальевна, не волнуйтесь. Феликс не пострадал. Его никто никуда не заманивал, просто нашли в маленьком компьютерном клубе тут неподалеку. Там тепло, сухо, относительно безопасно. Он все понял, больше так не будет.
— Мне все это не нравится, и тревожиться я, конечно, буду, — вздохнула, но еще раз поблагодарив Диму за возвращение Феля домой, пошла проведать внучку, принять таблетки и заглянуть к сыну.
Мой взъерошенный котеночек обнаружился в постели завернутый чуть ли не с головой в одеяло, и, когда я опустилась у кровати на стул, прошептал из своего кокона:
— Я, когда выскочил из дома, ничего с собой не взял, даже телефона. Пробежался по городу — все закрыто. Замёрз и понял, что, ну, зря я так. А вернуться было стыдно. Ты в больнице, а я, получается, оставил крошку Нину с пьяной матерью.
— Ох, ты ж моя радость. То есть ты стыдился, боялся вернуться и?..
Тут сын скрылся под одеялом целиком и замолчал.
Ясно.
Подробностей не будет.
Тревожно, но делать нечего.
Подождем.
Устроив свое беспокойное семейство спать и распрощавшись с Димой до завтра, померила давление и после душа упала на постель. Отрубилась мгновенно.
Утром Марина тихой мышкой сбежала на работу еще до того, как мы с Ниной спустились на кухню.
Ну, ничего, основное я сказала, но повторю при случае с удовольствием.
И не раз.
Да еще про акции, шантаж и свинское поведение добавлю.
Поглядела в список срочных дел и внезапно вспомнила, что мне вчера сказал врач:
— Вам совершенно точно нужно отдохнуть. И хорошо бы на теплом море, но источники минеральных вод тоже подойдут.
Поскольку намедни адвокат поставил меня в известность: в ближайшее время никакой встречи с мужем организованно не будет, то я передала через него Вадиму список вопросов, местами с весьма эмоциональными комментариями.
— Пусть готовится. Прочитает, подумает, да может, что-то внятное мне скажет. Все же шестьдесят пять пунктов претензий требуют времени даже на прочтение, — грустно усмехнулась.
Чем дальше уходил в прошлое день, когда Вадим отправился отбывать наказание, тем сильнее мне казалось, что мы с Ермаковым давно чужие. Просто люди, которых объединяет память, двое детей и внучка. И некоторая собственность, которой постепенно становится все меньше и меньше.
А сейчас, для поправки здоровья и сил, я решила поехать на море с сыном и внучкой.
— Не все же бабушкам-мамушкам по санаториям разъезжать, — усмехнулась Марине, которую оставляла на хозяйстве. — Работа — это важно, но помни, что Дима за тобой присматривает. И все, что касается принудительного лечения в силе. Я наплюю на твою самостоятельность и независимость, если ты продолжишь губить свое здоровье. Я тебя не для этого рожала.
Дочь помрачнела, но не возразила, прекрасно зная, что мама, она, конечно, с пониманием, но может и закрутить гайки. Тем более после того короткого разноса, который я ей устроила за Феликса и акции. Ну и за шантаж.
Вот в таком нервно-напряженном состоянии мы с Ниной и Фелем отбыли к теплому морю, аж на целый месяц, сильно надеясь, что Дима действительно присмотрит за Мариной и домом.
Глава 21
Хорошее видится издалека
«Optimum medicamentum quies est» (лат.)
«Лучшее лекарство покой»
Нинок дремала почти у самой линии прибоя под зонтиком на лежаке, прикрытая лёгким пледом, Феликс катался с горок в мини-аквапарке при нашем доме отдыха — дети были заняты. Я же, полулёжа на соседнем с внучкой шезлонге, потягивала апельсиновый фреш и неспешно оглядывала местность недавно переставшими дёргаться глазами.
Нужно отметить, что отдых наш вполне благополучно наладился.
Втроём в большом номере мы уживались достаточно мирно, поскольку не запрещали Феликсу тусоваться вечерами с местным бойз-бендом, играющим на открытой сцене пансионата кто во что горазд. Ну и не будили Феля до обеда, тихонько отползая с Ниной к завтраку в ресторан, а позже — на пляж.
Через неделю более-менее нормализовавшегося графика нашего нового жития — бытия, голова моя неожиданно оказалась способна что-то анализировать, планировать, а иногда даже предаваться философским размышлениям.
Вот сейчас вдруг вспомнила, как перед самым отъездом забегала к Марине в офис и мельком видела нашего нового компаньона, о котором в телефонном разговоре Сам выразился кратко:
— Вадим может сердиться, но в настоящее время продажа части акций стала спасением. И для него, и для вас. С новым партнёром нужно просто наладить хорошие отношения.
Легко сказать «просто наладить отношения», если Марина при каждом его упоминании шипит и нецензурно ругается, а мнение Вадика пока неизвестно.
Я же ничего толком сказать не могу, ибо мы были лишь представлены. По мне, так обычный взрослый мужик в дорогих тряпках. Дымов и Дымов.
— Знакомься, это Захар Алексеевич, — неприязненно покосившись на него, процедила дочь, — а это моя мама, Элина Витальевна.
Наш новый компаньон облобызал мне ручку, и, сверкнув улыбкой, пошутил:
— Спасибо, что «приняли в семью», Элина… Витальевна.
— Можно просто по имени, — поморщилась, потому что как-то меня его непонятные улыбки насторожили.
Дымов усмехнулся, приложив руку к сердцу и чуть склонив голову:
— Счастлив быть представленным, Элина.
Вежливо кивнула и уволокла Марину в кабинет пошептаться.
Я же не просто так прибежала, а немножечко озадачить дочь финансовыми вопросами её прошлой семьи:
— Скажи мне, что у Ермаковых сейчас за денежные дела с Борскими, учитывая, что нынче никого из твоих бывших родственников в стране нет?
Марина задумалась немного и пообещала дать точный, развёрнутый ответ после некоторых уточнений.
— Пришлю тебе на почту отчет и справку со сводными таблицами, — криво усмехнулась моя крошечка, поскольку была уже в курсе
