постели, и их утро продолжилось в той же неспешной, интимной атмосфере. Они вместе готовили завтрак, смеясь над подгоревшими тостами. Они пили кофе, сидя на кухонном полу, и разговаривали обо всем и ни о чем. И глядя на него, Алиса понимала — их примирение было не просто концом ссоры. Это было началом чего-то нового, более глубокого и настоящего.
Глава 31. Начало
Три недели пролетели как один счастливый, насыщенный день. После примирения что-то изменилось в их отношениях — они стали глубже, спокойнее, увереннее. Марк действительно стал впускать Алису в свой мир. Он познакомил ее со своим ближайшим кругом — парой старых друзей из университета, своим финансовым директором Анной, которая смотрела на Алису с нескрываемым любопытством и постепенно проникалась к ней уважением. Он показал ей свой московский пентхаус — не как символ статуса, а как свое личное пространство, рассказав историю каждой картины, каждого предмета мебели.
Алиса, в свою очередь, продолжала знакомить его со своей жизнью. Он присутствовал на еще одной выставке Юры — на этот раз без ревнивых сцен, а с искренним интересом. Он даже купил одну из его картин, что привело художника в неописуемый восторг. Марк проводил время с Дашей и другими подругами Алисы, и они, видя его настоящим, без позерства, окончательно приняли его в свой круг.
Но сейчас они были в Милане. Снова. Тот же отель, та же комната с видом на крыши города. Но на этот раз все было иначе. Они приехали сюда не как работодатель и наемный сотрудник, а как пара. У Марка была короткая деловая встреча, но основное время они посвящали себе.
Их последний вечер в Милане они провели в том самом ресторане с видом на Гранд-канал, где когда-то состоялся их первый ужин. Сидя за тем же столиком, они вспоминали, какими были тогда — он, пытающийся произвести впечатление своими успехами, она, раздражающая его неудобными вопросами.
— Знаешь, о чем я думал тогда? — сказал Марк, держа ее руку в своей. — Что ты самая раздражающая и при этом самая фантастическая женщина, которую я когда-либо встречал.
— А я думала, что ты очередной самовлюбленный богач, который считает, что деньги решают все, — улыбнулась Алиса. — Как же я ошибалась.
— Мы оба ошибались, — он поднес ее пальцы к своим губам. — И как же хорошо, что мы дали себе шанс это исправить.
После ужина они не пошли в номер сразу. Вместо этого они бродили по ночным улицам, держась за руки. Теперь между ними не было напряжения неопределенности — лишь спокойная уверенность в друг друге.
— Помнишь, ты сказал, что это не конец, а начало? — тихо спросила Алиса, когда они остановились на мосту через канал.
— Помню, — кивнул он. — И я был прав.
Он повернулся к ней, и в лунном свете его лицо казалось особенно серьезным.
— Алиса, эти недели... они были лучшими в моей жизни. Ты научила меня большему, чем все мои наставники и бизнес-тренеры. Ты показала мне, что значит жить. По-настоящему.
Она смотрела на него, чувствуя, как сердце наполняется теплом.
— И ты показал мне, что не все в этом мире измеряется деньгами и статусом. Что даже у «императоров» есть сердца.
Он улыбнулся, но в его глазах была тень грусти.
— Завтра мы уезжаем. Обратно в реальность.
— Наша реальность теперь — это мы, где бы мы ни были.
Он обнял ее, и они стояли так, глядя на темную воду канала, в которой отражались огни города.
— Я не хочу, чтобы мы жили в разных городах, — сказал Марк. — Я устал от самолетов и гостиничных номеров. Я хочу просыпаться рядом с тобой каждое утро.
— У меня в Петербурге работа, — осторожно сказала Алиса. — Ипотека...
— Я знаю, — он переплел свои пальцы с ее. — Я не предлагаю тебе все бросить. Я предлагаю... найти решение. Вместе. Может, я смогу чаще работать из Петербурга. Или... — он сделал паузу, — или мы можем найти что-то посередине.
Алиса смотрела на него, и в ее душе боролись радость и страх. Страх потерять себя, свою независимость. Но и радость от того, что он готов менять свою жизнь ради них.
— Мы найдем решение, — тихо сказала она. — Главное, что мы хотим этого вместе.
Позже, в номере, лежа в постели, прижавшись к нему, Алиса думала о том, как все изменилось. Всего несколько месяцев назад она была одинокой переводчицей, мечтающей о чем-то большем. А теперь... Теперь у нее был он. Человек, который видел в ней не приложение к своему статусу, а реально любил ее.
— О чем думаешь? — его голос прозвучал в темноте.
— О том, что я счастлива, — просто ответила она.
— Я тоже, — он притянул ее ближе. — И я сделаю все, чтобы ты всегда была счастлива.
Утром, собирая вещи перед вылетом, Алиса поймала себя на мысли, что смотрит на комнату без грусти. Потому что она знала — это не прощание. Это всего лишь пауза перед новой главой их жизни.
В аэропорту, ожидая посадку, Марк вдруг сказал:
— Знаешь, я подумываю открыть филиал в Петербурге. Небольшой, но стратегически важный. Это потребует частых поездок туда. Очень частых.
Алиса посмотрела на него и улыбнулась.
— Это гениальный бизнес-план, господин Орлов.
— Я знаю, — улыбнулся он в ответ. — Я нанял блестящего стратега.
Когда их самолет взлетел, Алиса смотрела в иллюминатор на удаляющийся Милан. Город, где началась их история. Марк взял ее руку, и их пальцы переплелись.
— Я люблю тебя, — сказал он, и в этих словах не было ни тени сомнения.
— Я тоже люблю тебя, — ответила она.
Глава 32. Возвращение
Самолет приземлился в Пулково под аккомпанемент осеннего дождя, барабанящего по иллюминатору. Алиса смотрела на знакомые серые пейзажи за окном, и странное чувство разделенности охватило ее. Всего несколько часов назад они завтракали в солнечном Милане, а теперь — снова Петербург с его промозглой сыростью и суетой.
Марк, сидевший рядом, выпустил ее руку только когда пристегнули ремни для посадки. Теперь его пальцы снова нашли ее ладонь, сильные и уверенные.
— Возвращаемся в реальность, — тихо сказал он, следуя за ее взглядом.
— Это и есть наша реальность, — поправила она, пожимая его руку. — Просто другая ее грань.
В аэропорту их уже ждал водитель Марка. Но вместо того, чтобы направиться к служебному выходу, Марк взял их чемоданы и повел Алису к такси.
— Сегодня без лимузинов, — улыбнулся он, видя ее удивление. — Я помню наши условия.
Он проводил ее до дома, поднялся вместе, помог
