на карнавале
Цифра, аналог – и вот нас отцифровали
И всё не так – но у нас не просят прощенья
Как бумеранг – вечное невозвращенье
А за окном – Санта-Клаусы дарят подарок
Слёзы ментов, кшатриев, их иномарок
Бродят в ночи стада отборнейшей дичи
Шепчут весне: «Этот день уже не трагичен»
Так всё и будет под изрешечённым покровом
Добрые люди прокричат нецензурное слово
Русский поэт набухается до озверенья
А мёртвую рысь на том свете накормят вареньем
Ленточки скотча буквально прямо с экрана
Сонным песочком засыпан след каравана
Как мотылёк, только искренней и красивей
Солнце моё, мы уходим с тобой из России
Тропой бескорыстной любви
Уходим под воду в нейтральной воде
Подводные скаты помашут нам вслед
Хвосты их начертят в воде кельтский крест
Морские ежи нам подарят ножи
И все варианты равны нулю
Из России – с любовью.
22.08.2002
Madame Baclachkina
Громко и нагло шумят тамтамы войны
В небе проносятся сны сумасшедшей весны
Слева дымится родной пролетарский завод
Справа летает невидимый самолёт
Падай, не падай – повсюду родная земля
Путь к горизонту находится ниже нуля
Рельсы покрыты следами ухоженных лап
Сердце как пламя. Трамвай направляется в штаб.
Сломанный ключик танцует у дверцы зимы
Был Новый Год, но его не заметили мы
Если не жрать, притупляется клаssовый нюх
Я разрушаю ваш солнечный город для двух
Сердце не камень, не ножницы и не смерть
Нервы на взводе: задействованы на треть
Падай, не падай – повсюду расплавленный цирк
Наши кумиры – Колоколов и Дырк
Где-то по центру Земли находится крот
Мы придём к власти и, может быть, он к нам придёт
Деньги отменит, чтоб мы похвалили его
Ради великого равенства Ничего
Встань же, Империя, чтобы подняться с колен
И заверни моё сердце в полиэтилен
Чтоб я смогла написать леопард через «ю»
И подтвердить этим идеологию
Мадам Баклажкина
Купи «Калашников»
Сорви настурцию —
За революцию!
Вперёд на подиум
Умрём за Родину!
Вперёд на Страшный Суд
Пусть нам бухло несут!
Август 2002
Узнать, когда летают самолёты
Пони удачно вписался в диаметр арены
Одиссей закупился пластинкой ансамбля «Сирены»
Слушает и не может никак одуплиться
Отчего у матросов на палубе пёсьи лица.
Метаморфоза – был Плиний, а стал Овидий
В этой шкатулке лишь то, что ты хочешь увидеть
Братство и равенство смерти – хайль, банзай
Волга и Лена в экстазе впадают в Дунай.
Напрасно ты в слезах просил кого-то
Узнать, когда летают самолёты
Тебе, видать, не объяснили в школе —
Летают лишь с травы и алкоголя
Пьяницам часто мурлычат из космоса барсы
Я переснял киношку фон Триера Ларса
Там Бьорку вооружили серебряной пулей
А её сына казнили на электрическом стуле.
Кровь расплывается в контуре брошенных зданий
Джейсон приносит Медее цветочек вниманий
Но чтобы добиться внимания – нужен IQ
И ловкость и наглость, чтоб оказаться в раю.
Меланхоличный ребёнок, воспитанный в шкафе
Грустно плывёт среди мутной воды в батискафе
Бездна темна и ему никогда не покатит
Ни любовь на все времена, ни смех каракатиц
Всем Белоснежкам – усмешка нейтрального зверя
Сонным песочком засыпано таинство прерий
И никакого сиянья арктических глаз
Чтоб в их разрядах прорваться в последний KINGSAJZ.
Октябрь 2002
Колыбельная (Sunset)
Ярко-розовою змеёй
Развернулась кромка заката
Я войду в твой укутанный сон
Электрическим холодом ската.
Холод выше далёких крыш
Холод лучше инъекций под кожу
Нам расскажет про то, что не спишь
И во сне не забудешь тоже
И ни вечером, ни с утра
Ток не будет высоковольтным
Невозможно желать добра
Только меткости нашим кольтам
Так что нечего нервничать
Ведь сюда не летают рейсы
И никто не приложит печать
К лепесткам твоего эдельвейса,
Уцелевшего от огня,
Обернувшегося пожаром
Здесь ничто не против меня,
Но ничто не даётся даром
На границах координат
Повстречались наши икс-файлы.
И уходят в туннель – закат,
Возвращаясь на белый Айленд
Ткань заката – прозрачная ткань
Ей не спрятать того, что было
Прискакала к порогу лань
И сомнамбулою застыла
Значит, стрелки часов грустны
И не сходятся над кристаллом
И ты можешь просить – усни
Но приснятся только вокзалы
Это время закрыть глаза,
Игнорируя собеседниц,
И аккорды, как рейд Ульзан
Как будильник для спящих медведиц
В изумрудном небе – Форт-Нокс
Золотая гроза туманов
Весь ваш Усов – такой же попс,
Как Шевчук и Олег Газманов
Как планета, как синий бант,
Как контакты третьего рода
Смотрит вверх подземный атлант —
Соблазнительна непогода;
Пролетают кареты купцов,
Экранированные экраном.
И созвездие Близнецов-мертвецов
Замыкает свой круг над Сиамом.
Вот таким оказался закат,
Мой sunset – чтобы смысл был ясен.
Мы в палатке купим «Дукат»…
Дым укутает путь восвояси.
На границе всех слов и фраз
Повстречались наши икс-файлы
И уходят в туннель – санрайз,
Возвращаясь на белый Айленд
Уплывая на белый Айленд
Отплывая на белый Island
Все вернутся на белый Island
в итоге.
