территориях, из-за которых некогда воевал с Галой. Если Масинисса нападет на воинов Сифакса, то начнется война, в которой все шансы на победу будут у масесилиев, поскольку масилии к большой войне не готовы. Масиниса еще не утвердился в Цирте достаточно крепко, поэтому поход в глубь вражеской страны может привести к необратимым последствиям для новой власти. Если все пойдет так, как задумано, то Сифакс сможет присоединить к своим владениям земли Восточной Нумидии.
Сифакс прислушался к мнению тестя и развязал войну с соседом. Прогнозы Гасдрубала полностью оправдались: войска Сифакса наголову разгромили отряды Масиниссы. Брошенный своими воинами, предводитель масилиев с несколькими телохранителями бежал на гору Белл, где были запасы воды и богатые пастбища для скота. Подданные Масиниссы перешли на сторону победителя, лишь немногие воины со своими семьями ушли на гору Белл. Выждав некоторое время, Масинисса стал совершать ночные набеги на земли сторонников Сифакса, затем перешел планомерным к вторжениям на территории, подвластные Карфагену. Были захвачены большая добыча и множество пленных, которых нумидийцы пригнали на побережье и продали заезжим купцам. Карфагенское правительство было возмущено таким положением дел и направило к Сифаксу послов, чтобы убедить царя раз и навсегда покончить с Масиниссой. Правитель Нумидии высокомерно ответил, что не царское дело гоняться за разбойником, который укрывается в горах (Liv. XXIX. 31). Но поскольку Масинисса досаждал ему лично, Сифакс вызвал военачальника Букара и приказал ему либо уничтожить, либо взять живым бывшего правителя Цирты. Букар возглавил отряд из 2000 всадников и 4000 пехотинцев, за успешное выполнение боевой задачи царь посулил ему большую награду (Liv. XXIX. 32).
Букар, храбрый воин и великолепный кавалерийский командир, по свидетельству Тита Ливия, был «человек горячий и неутомимый» (XXIX. 32). Он внимательно следил за действиями людей Масиниссы, выжидая удобного момента для атаки, а когда убедился, что противник потерял осторожность, действовал быстро и решительно. Масесилии налетели как ураган на разбредшихся по равнине масилиев, разогнали вооруженное охранение, захватили огромное количество пленных и домашнего скота. Масинисса чудом остался в живых и с пятью десятками воинов укрылся на вершине горы. Букар отослал в Сигу добычу и пленников, а заодно и большую часть своих воинов, поскольку считал, что война подходит к концу. Под его командованием осталось 200 всадников и 500 пехотинцев (Liv. XXIX. 32). С этими силами военачальник продолжил охоту на Масиниссу.
Сын Галы понимал, что ловушка вот-вот захлопнется. Со своим маленьким отрядом он осторожно спустился с горы, но наткнулся на вражеские дозоры, потерял много воинов и был вынужден укрыться в узкой лощине. Букар приказал перекрыть все выходы из лощины, но Масинисса хорошо знал местность и потайными тропами сумел вывести своих людей из западни. Букар ринулся в погоню и около города Клупея настиг беглецов. На широкой равнине произошел кавалерийский бой, в котором нумидийцы сражались с нумидийцами. Воины Букара взяли в кольцо всадников Масиниссы и забросали дротиками, отрезав все пути отступления. Лишь пятеро наездников сумели вырваться из окружения, одним из них был Масинисса. Букар приказал своим всадникам рассыпаться по равнине и гнать беглецов к широкой и бурной реке. Это не остановило Масиниссу и его людей, они с разгона бросились в бушующий поток. На глазах Букара двое масилиев пошли ко дну, на противоположный берег выбрались всего три человека. Был среди них Масиниса или нет, военачальник Сифакса не знал. Неизвестно, по какой причине Букар пришел к выводу, что царевич погиб, и прекратил преследование. Возможно, нумидиец просто не захотел переправляться через реку.
Это был один из ключевых моментов Второй Пунической войны. Если бы Букар продолжил погоню и прикончил Масиниссу, исход африканской экспедиции Сципиона был бы иным. И судьба Карфагена сложилась бы иначе. Но военачальник проявил преступную халатность, и Масинисса спасся от верной смерти. Тем не менее Букар вернулся в Сигу победителем и доложил Сифаксу о гибели его врага. Особую радость это известие вызвало в Карфагене: пунийцы не скрывали своего ликования. Но, как вскоре выяснилось, торжество оказалось преждевременным.
Масинисса был ранен, но не убит. Несколько дней он отлеживался в пещере, залечивая раны, в то время как двое его воинов добывали все необходимое разбоем и охотой. Как только Масинисса почувствовал себя лучше, он покинул убежище и отправился в Цирту. Сначала к нему примкнули лишь 40 наездников, но когда по Восточной Нумидии распространился слух, что сын Галы жив, его войско увеличилось до 4000 всадников и 6000 пехотинцев (Liv. XXIX. 32). В итоге Масинисса занял Цирту, после чего начал совершать набеги на земли масесилиев и владения карфагенян.
Узнав о том, что его противник жив и вернул царство отца, Сифакс впал в ярость. Не доверяя военачальникам, он собрал большое войско и лично выступил в поход. Узнав о вторжении, Масинисса занял позиции в гористой местности между Циртой и Гиппоном Регием, намереваясь здесь встретить вражескую армию. Согласно данным Аппиана, войско Масиниссы насчитывало до 20 000 человек (App. Lib. 11).
Сифакс был опытным военачальником. Накануне решающей битвы он составил план действий, предусматривающий не только разгром вражеских отрядов, но и пленение Масиниссы. Для этого царь разделил свое войско на две половины: одну возглавил сам, командование над другой передал сыну Вермине. Согласно замыслу Сифакса Вермина должен был обойти вражеские позиции и в разгар боя атаковать масилиев с тыла. Ночью царский сын со своим отрядом незаметно покинул лагерь, сам Сифакс выступил на рассвете. Он сознательно не скрывал своей армии, двигаясь по открытой местности и привлекая к себе внимание противника. Рассчитав время, когда Вермина должен обойти вражеское войско, Сифакс приказал трубить наступление и повел масесилиев в атаку.
Сражение носило ожесточенный характер, на стороне Сифакса было численное преимущество, на стороне Масиниссы – хорошая позиция. Масесилии медленно поднимались по склонам гор, но масилии отчаянно отбивались, поражая врагов копьями и стрелами, забрасывая камнями и дротиками. Бой продолжался с переменным успехом до тех пор, пока в тылу у воинов Масиниссы не появился отряд Вермины. Масесилии с двух сторон набросились на вражеское войско, перебили и взяли в плен множество масилиев. Увидев, что пути отступления отрезаны, Масинисса собрал вокруг себя 200 всадников, разделил их на три отряда, после чего приказал идти на прорыв по разным направлениям. Один из отрядов был окружен и сдался в плен, другой попал в засаду и был уничтожен, лишь Масинисса сумел вырваться из окружения: в очередной раз его спасло прекрасное знание местности. Вермина устремился в погоню за врагом, однако Масиниса мастерски уходил от преследования, путал следы и в итоге настолько утомил сына Сифакса, что тот был вынужден вернуться к отцу.
Аппиан разъяснил читателям, почему Масинисса оставался неуловимым для своих врагов: «Сифакс и карфагеняне намного превосходили его численностью, но отправились они в поход с
